Реквием по другу не поют на площадях —
Его поют внутри, где тесно рвутся жилы.
Где вместо нот — осколки на полях,
А вместо ритма — тишина в затылок.
Заварил кофе так, как любил его друг:
Чуть покрепче, с щепоткой корицы.
Сделал жадный глоток и привиделось вдруг,
Как он возится с новой теплицей.
Там, где нет ни войны, ни границы,
Где рассада растёт, не боясь,
Что её перерубит фугас.
Он стоит, улыбаясь щербато —
То ли ангел, то ли солдат он,
И руками, что помнят металл,
Разминает земной матерьял.
...А потом обернулся — и нет никого.
Только пар над корицей плывёт в никуда.
Только кружка дымится в ладонях его,
И вторая — нетронута — стынет одна.
Он садится к столу, достаёт телефон —
Там всё те же контакты, всё те же места,
Только друг не ответит на голос в ночи,
Не напишет: «Братишка, ну как ты, держись».
Как же так? Мы же ждали вдвоём
этот май, эти ливни, смородину.
А теперь он один. И рассада взошла.
И теплица готова к посадке.
Он приедет к нему — где родная земля,
Где уже не бомбят и не гадко.
Только память болит, словно пуля, паля,
И вгрызается в сердце украдкой.
Он нальёт себе кофе. И рядом — второй,
Так, как будто бы друг просто вышел.
За окном засмеётся мальчишка чужой,
И покажется — друг его слышит.
Он не вздрогнет, не вскочит, не бросится в дверь —
Просто примет, как должное, чудо.
Потому что друзей не теряют. Теперь
Он их носит с собою повсюду.
Отредактировано: 14.07.2026