Репетиция для двоих и собаки

Глава 10. Пункт назначения-неизвестен.

Утро приходит слишком рано — как всегда после ночёвки под открытым небом. Лиза просыпается первой: волосы растрёпанные, свитер наполовину свалился с плеча, но глаза сияют так, будто она спала на королевском матрасе, а не на коврике возле кострища. Илья, наоборот, поднимается со стоном — у него ощущение, что ночью какой-то невидимый шаман выколотил из него все кости и забрал обратно. Элвис бодр, весёло рыщет вокруг, выискивая что-нибудь съедобное и потенциально запрещённое.

— Доброе утро, мистер “Я-ненавижу-природу”, — хихикает Лиза, потягиваясь.
— Мне снилось, что на меня напало стадо гусей, — мрачно отвечает Илья.
— Это не сон. Они просто приходили посмотреть, дышишь ли ты.

Лиза собирает остатки костра, Илья укладывает инструменты назад в минивэн. Всё идёт быстро, с удивительной лёгкостью — как будто за ночь что-то незаметно изменилось. Они уже не действуют параллельно, каждый сам по себе; теперь движения складываются в одну общую рутину, похожую на плохо, но мило отрепетированный дуэт.

— Так… — Илья достаёт телефон, собирается открыть навигатор. — У нас по плану три часа до следующего городка…
Он нажимает экран. Ничего не происходит. Телефон завис.
— Отлично. Самое время для новых испытаний.

Лиза подходит ближе и тоже тыкает в экран.
— Он умер?
— Он… делает вид, что думает.
— Значит, точно умер.

Телефон выключается окончательно.

— План Б? — спрашивает она.
— Мы едем по бумажной карте, как в прошлом веке?
— А ещё лучше, — Лиза хитро улыбается. — Мы едем, куда глаза глядят.

Илья смотрит на неё, как будто она предложила ему прыгнуть с парашютом, не проверяя, есть ли там что-нибудь внутри.
— Лиза. Мы уже отстали от фестиваля. Мы заблудились. Мы ночуем в лесу, где гуси ведут себя агрессивнее, чем некоторые фанаты. А теперь ты хочешь ехать… как? “На вдохновение”?
— Именно.

Она достаёт старую, потрёпанную карту Казахстана — ту самую, что валялась под сиденьем минивэна и которую они оба игнорировали все предыдущие дни. Карта распахивается, как крылья дракона: огромная, неудобная, со множеством линий, которые, кажется, сами не знают, куда ведут.

— Вот, — Лиза кладёт карту на капот. — Мы сейчас где-то возле Берёзовки.
— “Где-то” — ключевое слово, — бурчит Илья.

В этот момент Элвис, которому скучно, подходит, нюхает бумагу… и решительно ставит лапу ровно на участок возле трассы, ведущей в сторону Алматы.

Лиза моргает.
— Ну… вот и всё.
— Что — всё?
— Собака выбрала путь.
— Подожди, мы серьёзно позволим собаке решать наши маршруты?!
— А почему нет? Он в этой компании самый уверенный.

Элвис радостно гавкает, будто подтверждая: он, вообще-то, давно всё понял за этих двух.

— Ладно, — Илья вздыхает, удивляясь себе. — Если мы погибнем, в письме родственникам напишите, что виноват пёс.

Лиза сворачивает карту, бросает её на приборную панель и забирается в машину.
— Готов?
— Нет.
— Отлично! Поехали.

Минивэн трогается. Дорога сначала кажется определённой — асфальт, поля, привычная степь. Они едут от Берёзовки, и мир вокруг медленно просыпается: одиночные машины, редкие домики, вдалеке блестят крыши сельских магазинов.

— Ты когда-нибудь ездил без плана? — спрашивает Лиза, свесив локоть в окно.
— Только один раз, — отвечает он спустя паузу. — Когда сбежал с репетиции на экзамен по физике.
— И?
— Провалил и то, и другое.
— Отличное начало твоего жизненного пути.

Она смеётся, а он, к собственному удивлению, улыбается тоже.

Навигатор не работает. Карта сомнительная. Собака — их новый GPS. А впереди виднеется развилка, ведущая либо напрямую к областному центру, либо в сторону бесконечных дорог, что тянутся на юг — туда, где Алматы далека, маняща и совершенно неопределённа.

Но именно так, похоже, и должен начинаться «настоящий путь».

Илья впервые не пытается сопротивляться.
И это пугает меньше, чем он ожидал.

Дорога постепенно меняет настроение. Асфальт становится светлее, тише, будто выцветает под солнцем. Поля растягиваются бесконечными зелёными плоскостями, а впереди, на горизонте, просматривается лёгкая дымка — обещание больших расстояний и ещё больших приключений.

Лиза включает радио. Из динамиков раздаётся хриплый местный сигнал, затем внезапно — народная музыка, будто из деревенского ЗАГСа.
— О, — оживляется она, — это мой любимый жанр: “Что было в кабаке в семь утра”.
Илья вращает ручку настройки.
— Может, найдём что-то… менее… ударное?
— У нас нет навигатора. Дай хотя бы песням вести нас.
— Я предпочёл бы, чтобы нас вели дорожные знаки. Или здравый смысл.

Элвис снова подаёт голос с заднего сиденья — короткое, требовательное “гав”.
— Видишь? Даже он против здравого смысла, — улыбается Лиза.
— Это не аргумент, — отвечает Илья, но всё-таки перестаёт крутить ручку.

Музыка остаётся: ритмичная, странная, местная. И чем дальше они едут, тем больше Илья ловит себя на том, что что-то в этом хаотичном звучании успокаивает.

Через пару километров развилка становится очевидной: одна дорога ведёт прямо, к областному центру. Другая уходит южнее — туда, где начинаются длинные трассы на Караганду, Балхаш, а затем, через сотни километров, на Алматы.

— Ну что? — спрашивает Лиза, нависая над картой. — Судя по карте, если мы возьмём правее, то выйдем на трассу, ведущую к Жезказгану.
— Жезказган? — хмурится Илья. — Это… мягко говоря, не рядом.
— Но красиво же звучит! Же-е-ез-каз-ган…
— Лиза, мы не выбираем маршрут по музыкальности названия!
— А почему нет? Это же роудстори.

Он уже открыл рот, чтобы возразить, но тут Элвис, не спросив никого, перепрыгивает на переднее сиденье и снова кладёт лапу — прямо на правую часть карты.

— Всё ясно, — вздыхает Илья. — Демократия погибла.
— Нет, — Лиза подмигивает. — Она просто стала пушистой.