Реставрация душ. Анастасия. Сундук памяти
Глава 7: «Мир»
9 мая 1945 года, Москва
Ещё затемно, до первых петухов, в доме Николая и Зинаиды все проснулись от глухого, нарастающего гула. Он шел не с неба, а от земли, и сначала сердце привычно сжалось, выискивая в памяти знакомые сигналы тревоги. Но это был не рёв моторов. Это был гул людских голосов.
Николай первым вскочил с постели и распахнул форточку. Холодный майский воздух ворвался в комнату, а с ним ворвался и этот странный, многоголосый, ликующий шум.
— Что там? — испуганно спросила Зинаида, зажигая керосиновую лампу. Ее руки дрожали.
Лена, уже пятнадцатилетняя, но до сих пор спавшая с любимым рыжим котом Рыжиком, прислушалась, широко раскрыв глаза. Тася и Василий, вышли из комнат. Тася, всегда чуткая, уже стояла у окна, вглядываясь в предрассветную мглу. Василий, опираясь на трость, прислушивался к гулу.
И тут вдалеке, где-то в центре, грянул залп. Не одиночный, не зловещий, а праздничный, канонада из десятков, сотен орудий. И следом, разрывая тишину, поплыл над спящим городом мощный, торжествующий голос Левитана, льющийся из всех репродукторов, из всех распахнутых окон:
— ...Великая Отечественная война... увенчалась нашей ПОБЕДОЙ! Германия полностью разгромлена!
Слова тонули в нарастающем, как снежный ком, всеобщем ликовании. Где-то закричали «ура», где-то запели, где-то просто плакали, громко, навзрыд, не стесняясь.
Николай обернулся к семье. Его лицо, изрезанное морщинами за четыре страшных года, дрогнуло. Он попытался что-то сказать, но только беззвучно пошевелил губами, а потом медленно, по-стариковски, опустился на стул и заплакал. Плакал тихо, содрогаясь всем телом, роняя на свои грубые, рабочие руки тяжелые, редкие мужские слезы.
Зинаида подбежала к нему, обняла его седеющую голову, прижала к себе. И сама зарыдала. Они стояли так, посреди комнаты, два немолодых уже человека, прошедших сквозь ад, и выплакивали наконец-то своё счастье.
Тася и Василий, обнявшись, смотрели на них, а потом переглянулись. В их глазах была та же буря эмоций, радость выживания и огромная, ни с чем не сравнимая надежда. Письма от Иллариона, Семена и Алеши, полученные накануне, лежали на столе, как самое драгоценное доказательство того, что кошмар позади. Все трое их братьев были живы и возвращались домой.
— Это конец? Правда, конец? — прошептала Лена, обращаясь больше к сестре, чем к кому-либо еще.
Тася кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Она подошла к столу и взяла в руки рамку с фотографией родителей, спасенную в ту огненную ночь. Она погладила их лица.
#26397 в Любовные романы
#1757 в Разное
#854 в Драма
боль, предательство, любовь психологичес...
16+
Отредактировано: 28.12.2025
Добавить в библиотеку 