Резервация монстров: Одна среди них

16

– Нас точно никто не увидит? – Уточнила я, вглядываясь в неясные очертания деревьев в разрыве облаков далеко внизу.

Корабль двигался не спеша, и это было скорее похоже на демонстрационный полет для себя любимых, нежели на рискованный побег. Такую невысокую скорость мне объяснили тем, что машина, много лет стоявшая без дела, должна эксплуатироваться крайне осторожно, во избежание неприятностей. Ну чтож, медленно так медленно. Лишние неприятности нам точно ни к чему.

Шахр снисходительно покосился в мою сторону, а Царним милостиво снизошел до ответа:

– Во-первых, видеть нас тут некому. Здесь на протяжении сотен километров ни души, это совершенно безлюдное место. Во-вторых, режим невидимки. Даже если мы пролетим в паре метров над толпой народа, даже тогда нас никто не заметит. Не переживай, и идем за стол.

Легко сказать. Помимо всего прочего, в голове никак не могла уместиться одна главная мысль. Герман - пришелец. Мда… А еще лжец. И я даже не знала, что хуже.

Отойдя от иллюминатора, я присоединилась к братьям за трапезой. Они сидели рядом возле овального стола, уютно расположившегося между плазменных колонн, и с аппетитом хрустели незнакомого вида едой, напоминающей круассаны, только абсолютного черного цвета. Присев на воздухоплавающий пуфик, я подгребла ногами к жующему Царниму, красноречиво уставившись на кусок угля в его руке и с мнимым сочувствием поинтересовалась:

– Подгорели?

Тот поперхнулся, и закашлялся сквозь смех. Шахр в свойственное ему манере закатил глаза, и молча взяв один пирожок из общей тарелки, демонстративно разломил напополам перед моим лицом. Меня тут же неуловимо коснулся аромат ванили, шоколада, и чего-то ягодного, отчего рот мой наполнился слюной, заставив возжелать тут же впиться зубами в ароматный уголек.

– Это вафля, – констатировал Ним, просмеявшись, и подвигая тарелку ко мне поближе. – Попробуй.

Шахр, занявший по отношению ко мне позицию снисходительного высокомерия, мол, вроде и болтается тут мелочь под ногами, но не без пользы, безмолвно протянул мне большой металлический стакан, в котором плескалось нечто, похожее на травяной настой. Благодарно кивнув, я осторожно пригубила напиток, и замерла с недонесенным до рта пирожком. Тот самый восхитительный вкус зеленого чая с мелиссой и нотками цитруса, который посчастливилось попробовать однажды у Ивара, было не спутать ни с чем.

– Эм… ребят? - нерешительно начала я.

На меня вопросительно уставились две пары глаз.

– Это ведь чайные капсулы, верно?

Ар кивнул, дожевывая вафлю.

– И в чем проблема? – Неумело скрывая раздражение, прошипел Шахр.

– Просто у нас их не делают, уже сотни лет формат бумажных пакетиков с заваркой не меняется. Такие капсулы я пробовала только когда пила чай с Германом и Даром у них на базе. Я так понимаю, эти капсулы ваша тема?

– Правильно понимаешь, – подтвердил чернокосый. – Более того, эти капсулы мы привезли с Тсарниан вместе с многогодовыми запасами продовольствия. Сносу им нет.

Он сокрушенно покачал головой, а я поставила кружку на стол и уставилась на нее так, будто она была наполнена живыми пауками.

– Тогда откуда у моего куратора мог оказаться этот чай?

– Ты про Ивара? - Сощурился мужчина.

Я кивнула. – Вы знакомы?

Братья переглянулись. Пернатый многозначительно усмехнулся в кружку, а Царним, поджав губы, отвел глаза, и выдал:

– Он с нами.

– Что-о-о?!

Шарх страдальчески поморщился на источник громкого звука, а чернокосый, повернувшись, искоса наблюдал за моей реакцией.

Сказать, что я была просто ошеломлена, было ничего не сказать. Но как же тогда получается, ведь это значит, Ивар с Гером были заодно? Такой же, значит, пришелец. Но тогда каким же образом он вписался в институт, как случилось так, что ему доверили курировать проект? Здесь, видимо, остается только поразиться удивительным талантам инопланетян к ассимиляции.

Неплохо было бы до кучи выяснить их столь безотказные методы внедрения в инородное сообщество. В таком случае, все встает на свои места. Герману намного проще было поставить своего человека на курирование опасного для их инкогнито проекта, чтобы не заморачиваться о том, что левые люди могут рассекретить их базу. Но тогда возникает новый вопрос, на кой черт им понадобилась я?! Конечно, понадобилась, это громко сказано, поскольку Гер с самого начала упирался всеми конечностями для того, чтобы меня не пустить на эту работу. Но в конце концов я на ней оказалась, и по воле случая разузнала все, о чем он молчал все долгие годы нашего знакомства. Видимо, в один момент случилось так, что он смог передумать? Да нет, звучит как полный бред.

 Возможно, Ивар как-то повлиял на его решение? Скорее да, чем нет. Но тогда что могло послужить аргументом в мою пользу? Мозг начал потихоньку закипать. Я оказалась в информационном тупике. Понятно, Герман не проговорится даже под пытками. Может попробовать пытать Ивара? Внезапно я почувствовала в себе дикое желание вывести этих инопланетных проходимцев на чистую воду. Вообще непонятно, по какому поводу был объявлен заговор молчания. Главную их тайну я и так уже узнала. Вроде бы. Сдавать их мне, мягко говоря, некому. Мой круг общения по окончанию института сузился до Германа, соседки, и немногих работодателей, общение с которыми велось исключительно по электронной почте.

Обиженно надкусив аппетитно хрустнувший рогалик, я принялась сердито жевать, не обращая внимания на соседей по чаепитию. Те насмешливо попереглядывались, затем пернатый деловито отчалил к пульту и заслонил собою экран.

– Не переживай, – встрял Цар в мой мысленный процесс, – Если я смогу тебе помочь, ответить на вопросы, обращайся, – дружелюбно подмигнув розовым глазом, он опрокинул в себя остатки холодного чая, и удовлетворенно растекся по пуфику, как оказалось, с выдвигающейся спинкой. Мне моя осанка была дорога, да и ответ на вопрос о том, как вытащить спинку у пуфика был не тем, что я бы хотела знать в первую очередь. – И не переживай, насчет Инвара я пошутил. Гер его просто угостил.