Ристретто и американо

Авансцена и немного о себе

Утром, когда что-то пытается тебя разбудить, главное не потерять облако сна, не дать ему раствориться в утреннем свете. Попытаться как можно быстрее устранить источник беспокойства, закрыть глаза и окунуться в сон снова. Хоть утренний свет необыкновенный, такой теплый и медовый, заполняющий все на своем пути, но он одновременно свежий, а потому и отрезвляющий. Он найдет любой способ достичь своей цели – попасть на глаза и забрать сладко-воздушное ощущение сна. Однако отнимая у тебя чувство невесомости и растворенности, дает новое тоже довольно приятное – чувство себя, своего тела, его изгибов, какое-то неуловимое ощущение тепла, надежды и счастья.

Именно поэтому, почувствовав вибрацию телефона, которая разбудила меня, я попыталась молниеносно выключить на нем будильник. К сожалению, я слишком долго провозилась с телефоном, и уже была окутана паутиной света. Заснуть я уже не могла, как ни сжимала сглаза. Мое сознание вмиг заполнили мысли, вставать так же желания не было. Я еще какое-то время лежала с закрытыми глазами на широкой и очень удобной кровати укутанная покрывалом. У меня всегда мысли об одежде являются первыми. Пусть я еще не у себя дома, но у меня было совсем немного времени, чтобы забежать домой и переодеться перед работой. Мужчины пошучивают над нами по поводу извечной истины «нечего надеть», но это действительно очень важно. От этого зависит и настроение, и поведение, и твои планы. Ведь одень ты новые туфли, которые ты еще не разносила, то они будут как раз для дефиле по офису, но вот для поручений, для выполнения которых тебе надо обежать весь город они совсем не по делу. Удобная обувь совсем не к месту, когда у кого-то день рождения, или вы с подругой по работе в обеденный перерыв решили заскочить в паб. А удачный комплемент по поводу твоей кофточки с декольте, всегда поднимет настроение, и придаст уверенность перед конференцией. Мысли об одежде испарились, когда я услышала рядом с собой тихие звуки дыхания.

Хотя я сразу почувствовала присутствие человека рядом, притяжение к нему, но пыталась не обращать на него внимание, и была погружена в собственные переживания. Через время не смогла с собой бороться и взглянула на лежащего мужчину рядом. Я посмотрела на него, и меня охватило чувство радости и любви к этому человеку. Меня всегда притягивали его руки, такие мощные и теплые. Его сбитая и подтянутая фигура, накаченная в меру, любимые мною коротковатые ноги, переходящие в упругую попку, все его тело притягивало меня своей сексуальностью. Черты лица, которые я любовно рассматривала, не были голливудскими или смазливыми, они были классически красивыми и милыми, что совсем не сочеталось с характером этого мужчины. Его короткая прическа, аккуратный маникюр, ухоженное и всегда выбритое лицо и тело, весь его вешний вид говорил о его педантичности не только в отношении своей внешности. Он не был метросексуалом или женственным, просто очень опрятным, что меня приятно радовало. Хоть мужчины и не должны проводить столько же времени в ванной, сколько мы. Но ни одной женщине не будет приятно видеть грязные ногти или волосы в носу.

Я поймала себя на мысли, что мужчина присутствие, которого не только чувствовала, но и наблюдала, был чем-то похож на утренний свет. Такие же горячие объятья, такой же отрезвляющий характер. Комната, а мы находились в его спальне, была наполнена им. Все вещи лежали на своих местах, аккуратно сложены, ничего лишнего не было, все имело четкое обоснование существования, обусловленное крайней необходимостью. Он был уже не мальчишка, так что в этой комнате не было места разбросанным носкам или брошенным рубашкам на мебели. Полы всегда вымыты, а с пылью тут вообще, наверное, существовал тайный договор об отсутствии. Мебель темная, простая по дизайну, но из хорошего дерева. Не было ни ваз, ни картин, ни подушек-думок, ни скатертей, ни цветов, даже не было обоев. Часть стен была декорирована срубом, часть кирпичом, покрытым лаком. В целом, это квартира холостяка, в ней не было ничего женственного, хоть она была довольно уютна. Мебель, сделанная из добротного сруба, притягивала руки и придавала ощущение достатка. Простор и воздух царили во всех комнатах.

Я считала ироническим, что единственным доказательством моего довольно частого присутствия были вмятины на матраце и подушке с функцией памяти. Как я не пыталась оставить хоть что-то мое, хоть одну вещь, но она словно лишний пазл, который некуда пристроить. Я не сторонник таких порядков, просто это было само собой разумеющимся во взаимоотношениях с этим мужчиной. У него были свои принципы и правила, которые выработал для себя в предыдущих отношениях с противоположным полом, и он ни для кого не собирал меняться. Как я уже сказала, все имело свое назначение, всему был свой график. Все и всё, что могло появиться в его жизни должны были пройти придуманный им своеобразный тест, и ни в коем разе не изменить уже существующий лад.

Как же тяжело заставить себя подняться с кровати, особенно, когда рядом человек, с которым тебе не хочется просыпаться. Так и хочется обвить его ногами, прижаться к нему всем телом, утонуть в его объятьях на целый день, нет неделю, нет год, нет, целую вечность…

Однако приходиться просыпаться, думать что одеть, составлять мысленно план хотя бы на полдня. Время начала рабочего дня у нас совпадало, но так как мне необходимо больше времени в ванной, я должна была просыпаться первой. Утренний ритуал, в те дни, когда я оставалась у него, почти никогда не нарушался, разве что на 8 марта, ну или по болезни.

Погруженная в раздумья, я незаметно для себя отвлеклась и перевернулась от мужчины, вернувшись к размышлениям об одежде. Уже мысленно перебрав в голове половину своего гардероба, почувствовала теплое дыхание у себя на шее и шепот, который хоть и отвлекал меня, но делал это как то приятно: