Рисуя твою улыбку

Согрета искренностью.

     Одиночка, отшельница, ледышка — и как только меня ни называли люди, которые не смогли принять образ жизни человека, не желающего снова стать лишним. Никто из них даже не попытался понять причину такого выбора, ну, а осудить всегда было проще. А ведь я не хотела быть одной, по крайней мере пока не оказалась ненужной собственной семье. Эти постоянные ссоры родителей разбивали моё сердце, и только развод унял эту боль. Взамен осталась пустота.

— Чем сегодня займёмся? Может, всё-таки посмотрим фильм? У меня уже есть несколько вариантов. — Хосок желал больше, чем просто пообедать со мной.
— Нет настроения на фильмы, и я, честно говоря, хотела бы поработать над новой манхвой. — быть с ним наедине в пустом доме уже не казалось таким пустяком. Вчера вечером проскочила искра между нами, что пугало меня до мурашек по коже.
— Это ещё лучше, ведь я наконец смогу посмотреть, как рисуют манхву. — совсем забыла о его заинтересованности, а ответить грубо почему-то не смогла.
— Хорошо, но только недолго, не хочу во время работы отвлекаться ещё на что-то. — немного неуклюже я держала свою оборону, а ведь обычно не иду на уступки другим, тем более чужакам.

    Пригласить Чона в нашу с девочками комнату было бы слишком, поэтому я взяла свой планшет и спустилась обратно на первый этаж в гостиную. На большом мягком диване мы сидели слишком близко друг к другу, но парень не позволял себе лишнего, он всего-то наблюдал за движениями моих рук. Слишком сконцентрирован, даже больше меня, брюнет не отрывал взгляда от рисунка, а я без повода бегала глазами от экрана планшета на удивлённое лицо студента.

    Слушать похвалу от Санхи или редактора, который занимается публикацией моих работ, не было так приятно, как из уст улыбающегося Хосока. Я не ищу новых друзей, но об этом парне мне вдруг захотелось узнать абсолютно всё. В какой именно момент он стал интересовать меня, уже не припомню, а избегать близости с Чоном становилось всё труднее.

— Как у тебя так получается? Его взгляд получился печальным. О чём вообще эта история? — увлечённый моей работой Хосок стал интересоваться и сюжетом манхвы.
— Ничего такого, обычная история любви, которая заставит читателя грустить и радоваться. — вроде и творческий человек, а вдаваться в мелочи при объяснении не люблю.

    Эта манхва давно не первая с грустным концом, о котором знаю только я и редактор, но мне не хотелось расстраивать Хосока. От его такого милого взгляда снова стало не по себе. Сидя рядом с ним на мягком диване гостиной, я буквально утонула в глазах такого яркого солнца. Теперь мне стало ясно, из-за чего он получил своё прозвище. Хосок может согреть: улыбкой, словом поддержки, вниманием без выгоды для себя, при этом всегда остаётся самим собой.

    Между двумя минутами нашего молчания и застывшими взглядами друг на друга я невольно поддалась слабости, ведь уже хотела большего. Совершенно забыв о рисовании, я наклонилась к Чону ближе, закрыла глаза и поцеловала его. Этот нежный, немного детский поцелуй оказался для него неожиданным, студент так и застыл в одной позе с округлёнными глазами. Мой статус отшельницы не оправдал себя, а ответа на поцелуй я не получила, поэтому быстро разомкнула его.

— Извини. — как же неловко, в этот момент мне стоило сквозь землю провалиться. Неужели и правда поцеловала? — Я не хотела, просто… — попытка озвучить глупое оправдание была прервана.

    Перебрав мысли в голове, что были мне не ясны, Хосок ни с того ни с сего наклонился и поцеловал меня в ответ. Казалось, сдержанный парень быстро распустил свои руки, и я приняла это как должное. Обняв студента за шею, я всё больше отдавалась ему и его поцелую. Сложно в такой ситуации держать себя в руках, тем более если у тебя секса уже полгода не было.

    Сама не пойму, как стала снимать с парня свитер, вместе с которым стянула футболку. Без слов он сделал то же самое с моей вязаной кофтой. Ещё вчера ночью я настроилась игнорировать Чона, а сейчас целую его в шею. В большой гостиной пустого дома, мы с ним нашли занятие, что принесёт удовольствие обоим.

— Ты точно этого хочешь? — спросил Хосок перед тем, как расстегнуть пуговицу на моих тесных джинсах.
— Да. — после краткого ответа на свой вопрос брюнет улыбнулся и продолжил мною начатое.

    Для меня секс не такое уж и большое дело, раньше я считала, что заниматься им можно и без любви, но не в этот раз. Лёжа под Чоном, я не смотрела куда-то в сторону, только на него. Без понятия, чем именно, но он зацепил меня, и всё же стоило быть более сдержанной. Мой последний секс был на пьяную голову, поэтому я мало что помню из него, а парня, с которым тогда переспала, утром прогнала из своей квартиры. Но вот с Хосоком было что-то другое — чувствительный секс, который мне не хотелось заканчивать, и всё же…

— Знаешь, Юри, а ты странная. — рассуждал брюнет, водя своими пальцами по моим обнажённым ключицам. — Я был уверен в том, что не нравлюсь тебе. — из-за случившегося между нами он решил откровенничать.
— И не только ты себя в этом уверял. — уже сделав ошибку, я начала рассуждать о последствиях. — Послушай, давай забудем о том, что произошло? У меня просто давно не было секса, и ты тут такой. В общем, на этом всё. — не впервой отшивала парня, но всё же реакция Чона удивила. — Почему улыбаешься? Ты не слышал то, что я сказала? — ожидала его возмущений, открытого игнорирования, но только не улыбки.
— Странная и забавная. — налегке добавил парень, а затем поднялся с дивана и стал одеваться. — Юри, ты хорошенькая, но меня не так легко оттолкнуть. — он говорил вполне серьёзно, а затем подобрал мою одежду с пола и положил на край дивана. — Начнём с дружбы. Узнай меня лучше и позволь узнать тебя. — Хосок такой же, как и Санхи — слышит мои просьбы об одиночестве, но не слушает. Наверно, поэтому я смягчилась.

    До возвращения однокурсников Чона и моей единственной подруги мне всего-то нужно было присмотреть за болеющим студентом. В итоге его температура снизилась после секса, а я обрела претендента на своё, казалось, каменное сердце. Почему-то мне хотелось открыться этому парню, может быть, потому что он был так похож на Санхи, или из-за его честности? Но так или иначе, мы разговорились с Хосоком о семье, прошлом и планах на собственное будущее. Совсем не было стыдно смотреть ему в глаза, а нежные касания больше не вызывали смущения.