Рисуя твою улыбку

Важнее всего остального...

     Отлично знала, что по жизни остаюсь невезучей. Тогда почему позволила сердцу дать слабину? Вместо привычного безразличия я начала интересоваться парнем, которого до этого времени даже ни разу не видела. И почему им оказался именно тот, что волнует сердце Санхи? Всё-таки закон подлости не покидал меня, но следовать его плану я не собиралась.

    После того, как упаковала свой чемодан, сразу же вызвала такси. На все вопросы подруги и просьбы остаться у меня была подготовлена куча отговорок, но среди них ни одной правдивой. Разговор с Чоном в эти планы вообще не входил, я думала, что смогу уйти по-английски, на мгновение забыв о том, какими заботливыми являются корейцы.

— Эй, ты почему не спускаешься? Все уже собрались в гостиной. — конечно, третьекурсница заметила моё отсутствие в суматохе, которую подняли её знакомые. — Постой, ты куда-то собралась? — внимательная подруга видела меня насквозь, а ещё сложно было не заметить чемодан посередине комнаты.
— Санхи, я возвращаюсь домой, объясню всё позже. — действительно была куча вариантов для оправдания, но вдруг они все показались мне неубедительными, поэтому я решила не называть причину внезапного отъезда.
— Почему? Что-то случилось? Юри, ты меня пугаешь. — студентка Кан не шутила, но мне хотелось поскорее уйти без каких-либо объяснений. — Тебя кто-то обидел или из дома звонили? — так просто она меня не отпустит, но вдруг Санхи подкинула отличную идею о явных проблемах с родителями, которыми можно прикрыть всё.
— Да, мама сказала срочно приехать, наверное, снова ростовщики покоя не дают. — ляпнула первое, что в голову пришло.
— Так нечестно. Почему она вспоминает о твоём существовании только тогда, когда нуждается в помощи? Может, всё-таки не поедешь, пускай разбираются сами со своими проблемами? — Санхи наслышана о недостатках моих родственных связей, поэтому не стала обижаться, но хорошенько разозлилась.
— Не волнуйся, всё в порядке. Как доеду, сразу позвоню тебе. — натянув скупую улыбку, продолжала я.
— Но это Новый Год, а ты его в автобусе встретить собираешься. — недовольство подруги так и лезло наружу.
— Я этому только рада, ведь буду ехать в тишине. — ненавижу ложь и всё, что с ней связано, но сейчас мне приходилось лгать своему самому близкому человеку.
— Эх ты. — её унылый ответ и был согласием на моё решение вернуться домой раньше запланированного.

    Мнение студентки Кан волновало меня больше всего остального, а объясняться ещё перед кем-то я не считала нужным. Поэтому попросила Санхи уйти вместе с однокурсниками смотреть на салюты, чтобы у меня получилось улизнуть из съёмного домика без лишних вопросов. С возмущениями, но она согласилась. На протяжении всего дня Хосок выглядел гораздо лучше, поэтому увильнуть от настойчивых друзей ему не удалось. Ближе к полуночи, когда в домике, кроме меня, больше никого не было, по заснеженной улице подъехало такси.

    Без прощаний и каких-либо объяснений с Чоном я покинула курорт Ёнпхён. Такси доставило меня к автобусной остановке Пхёнчана, откуда прямым рейсом я добралась в Сеул. В свою съёмную квартиру попала уже с рассветом, и первым делом об этом написала сообщение Санхи. Это был мой выбор, так что некого обвинять, и случись такое снова, моё решение не изменилось бы. На следующий день ближе к обеду лучшая подруга перезвонила, но, на моё удивление, она и словом не обмолвилась о прошедшей ночи.

    Мне было стыдно за себя и то, что случилось у нас с Хосоком, поэтому спрашивать о её признании я так и не осмелилась. В разговоре — вроде такая обычная Санхи, ведь она слишком хорошо умела скрывать своё плохое настроение. Но, раз радостной новостью подруга не делилась, значит, её чувства остались безответными, и в этом нужно винить только меня. Вместо того, чтобы поддержать близкого человека в стремлении к любви, я всё испортила. Вот какая теперь из меня подруга?

    Из-за пережитых событий, что случились в тот уик-энд, мы с Санхи немного отстранились друг от друга. Она больше не появлялась на моём пороге без предупреждения, всё реже звонила и мало чем делилась из личного. Я подозревала, что Хосок мог ей что-то рассказать, поэтому продолжала бездейственно принимать то, как мы с ней становимся чужими. И всё же, оказалось, меня больше разбило другое.

    По возвращению домой и дня не прошло, чтобы я не вспоминала о Чоне, а он даже не удосужился позвонить мне. Не думала, что могу так скучать по человеку, о котором знаю совсем малость. Работа над новой манхвой должна была отвлечь меня от этих мыслей, а в итоге описание главного героя оказалось один в один с обликом Хосока. Его всегда позитивный настрой, тёплая улыбка и яркий взгляд отпечатались в моей памяти, как нечто сказочное. И если Санхи уже через три недели после Нового Года заговорила о парне с другого факультета, я же осталась в тех ушедших днях.

— Привет, чем занята? — последний раз студентка Кан звонила четыре дня назад, но наш разговор продлился около двух минут. Из-за возникнувших между нами тайн откровенничать уже не получалось.
— Да так, рисую. — вчера была опубликована первая часть новой манхвы. Подруга всегда высказывает своё мнение по поводу сюжета, и этот раз не исключение.
— Видела первую часть, очень мило даже получилось. — немногословно начала она.
— Думаешь? Надеюсь, и другим покажется так. А сама как? Дом, учёба, у тебя всё хорошо? — нам было о чём поговорить, но мы продолжали ходить кругами.
— Всё супер, даже бесит иногда. — сдерживая эмоции в себе, вдруг третьекурсница проговорилась.
— Эй, ты чего? Почему так говоришь? —  она пугала меня, и этот разговор становился не таким обычным.
— Я стою под твоей дверью. Можешь открыть? — так и не ответив, как-то неуверенно спросила студентка Кан, а я резко повернулась к своей входной двери.

    Такое странное поведение подруги насторожило меня, и когда, открыв дверь, я увидела её заплывшие слезами глаза, вовсе растерялась. В одной руке третьекурсницы был первый выпуск моей последней работы, другой она продолжала держать телефон возле уха. Сама не своя, эта девчонка сразу пустила слезу, увидев меня вживую.