Рита, или Топор за сценой

Глава 15 Миссия выполнима

На следующее утро, еще до открытия больничных дверей, среди пришедших навестить пациентов больницы, возвышалась долговязая фигура Стаса Иваницкого, он пришел одним из первых еще и потому, что у него была на этот день назначена встреча со своим преподавателем Старковским Иннокентием Ивановичем. Будильник на прикроватной тумбочке работал исправно и строго приказал Стасу встать и включиться в жизнь, несмотря на воскресный день. Там же на тумбочке лежал и синий ежедневник, подаренный кем-то из друзей, в котором Иваницкий расписывал все свои намеченные дела в соответствии с календарными числами и днями не менее как на неделю вперед. Посещение в больнице Риты Славиной, втиснувшись в утрамбованный график, не помешало воскресному расписанию, а лишь немного сократило время утреннего сна Стаса.

Рита лежала в палате на восьмерых: четыре койки зеркально напротив четырех таких же коек. У окна в центре палаты стол и единственный стул, его сразу заняла одна из посетительниц, остальные были вынуждены либо стоять в ногах у лежащего больного, либо присесть рядом на его койку. Пациенты, кто в состоянии ходить и уже готовился к выписке; при наличии свободных стульев сидели с посетителями в отсеке длинного коридора, так как остальная его часть была уставлена дополнительными койко-местами. В связи с хлынувшими в Москву огромными массами людей из других городов и бывших союзных республик, больницы Москвы были забиты до отказа. Не хватало площадей, оборудования, лекарств, врачей. Все эти незапланированные расходы рвали без того тощий и дырявый городской бюджет, выделенный на медицину. Унылое зрелище начала 90-х!

Рита, увидев Стаса, слабо улыбнулась:

- Стас! Как ты нашел меня?

- Вот, ттаак и нашел… птушачка на хвосте ппринннесла – Стас, густо покраснев, не нашелся, что ответить.

- Кааак ты себя чуввствуешь, Ритачка? – с сильным белорусским акцентом спросил Иваницкий. Возможно от волнения и радости, что он видит ее, Стас стал слегка заикаться.

Рита слабо махнула рукой: - С утра нормально, только слабость. А к вечеру температура расти начинает. Ты на всякий случай не подходи ко мне близко, не хочу, чтобы и ты заразился, да еще и перед самым Новым годом.

Стас вспомнил:

- Я тут принес тебе: соки, фрукты, воды минеральной. Вот по дороге в палатке пирожки купил: с капустой и мясом. – Стас поставил пакет на тумбочку рядом с Ритой.

В это время в палату вошла медсестра. Она стала раздавать больным таблетки, некоторым попутно делала уколы. Дошла очередь и до Риты. Стас отвернулся, до него долетел запах спиртового облачка. Откинув край одеяла, медсестра уколола и Риту, затем, накрыв ее одеялом, удалилась из палаты. Следом за ней, через несколько минут вошел врач, мужчина средних лет. Он спросил Риту:

- Как себя чувствуете, Маргарита Славина?

- Нормально. Спасибо, Виктор Петрович.

Врач, окинув взором Стаса, тихо сказал:

- Зайдите ко мне в ординаторскую.

Побыв немного около Риты, Стас не стал утомлять ее своим визитом:

- Выздоравливай, я еще приду. А пока хоть пирожки поешь и соки пей.

- Спасибо тебе, Стас. Не беспокойся обо мне. Здесь врачи и медперсонал хорошие. Кормят нормально.

- Я еще приду. – снова повторил Стас, прежде чем уйти.

Кормилицын Виктор Петрович хмуро посмотрел на Стаса, когда тот появился на пороге ординаторской.

- Вы родственник пациентки Славиной?

Стас в ответ кивнул. Какое-то седьмое чувство подсказало ему, что это не тот случай, когда нужно подтверждать свои родственные отношения с Ритой. Ради нее же. Ради правды о состоянии ее здоровья. Чужому не скажут, а родственнику, - вполне. Да, и, уставший, хронически не высыпающийся врач, вынужденный пахать в больнице почти без выходных, не стал допытываться кем приходится этот парень пациентке Славиной. Он лишь мрачно протянул в руки Стаса рецепты:

- В больнице этого нет. А, учитывая ее положение и угрозу выкидыша, эти лекарства жизненно необходимы. Постарайтесь, если сможете, достать. Питание тоже… слишком низкий гемоглобин. Остальное мы сделаем.

Кормилицын встал из-за стола, дав понять, что разговор окончен. Попрощавшись с врачом, Стас вышел из ординаторской.

Уже на улице, стоя на остановке автобуса, поеживаясь от мороза в легком пальтеце, Иваницкий размышлял, кто может ему помочь достать для Риты лекарства и деньги на ее лечение. А достать надо до зарезу, иначе нельзя! Ведь случись с ней что, он себе не простит! Тот факт, что Рита беременна и не иначе, как от Игоря, делал эту задачу особенно деликатной. О том, чтобы разыскать Нирозова, рассказать о тяжелом положении Риты, тем самым заставить самого Игоря позаботится о ней и их будущем ребенке, - задача для Стаса из разряда «миссии невыполнимой». Это было поперек убеждений Иваницкого:

- Если он до сих пор не знает или не хочет знать о судьбе Риты, не побывал в больнице, то, наверняка, и помощи от него не будет. Может, он уже и нашел себе другую, вычеркнув ее из своей жизни, а, возможно, она сама ушла от него.

Выйдя из автобуса, Стас увидел аптеку и зашел на всякий случай, чтобы узнать, что за лекарства выписал Рите врач из больницы. Провизорша, посмотрев рецепты, только головой покачала: