Ритм прошлого. Первая нота

Глава 12. Уроки этикета.

«Из той клубники, которую передал Рэм, можно приготовить отличный пирог».

Нэлли решила испечь десерт для императрицы. Она часто готовила такие пироги в кафе своей мамы, но с тех пор прошло немало времени. Теперь у неё в личных закромах была мука и все необходимые ингредиенты, а значит, можно было приготовить настоящий ароматный пирог.

Она аккуратно раскатала песочное тесто и выложила его на дно чугунной сковороды. Поверх ровными слоями разложила свежие ломтики клубники и обсыпала их сахаром, который заранее настояла с ванильным стручком. Этот запах, сладкий и тягучий, наполнял кухню, привлекая всех вокруг.

Сверху Нэлли раскрошила остатки теста, а затем отправила пирог на огонь, вытирая руки о фартук. Глядя на печь, девушка задумалась: а вдруг стоило бы остаться здесь и открыть свою пекарню? Заниматься выпечкой, а не искать бесконечные ответы на свои вопросы…

Её размышления прервал звук шагов.

— Ты и правда готовишь десерты для императрицы? — Айза заглянула на кухню, бросив взгляд на печь.

От неё пахло табаком. Видимо, она только что закончила курить.

— Я ведь не врала тебе, — Нэлли усмехнулась.

Айза забрала с полки разделочную доску и принялась нарезать овощи.

— Почему ты сегодня не ушла? У тебя ведь выходной. - спросила Нэлли.

— Скоро отпуск, — Айза пожала плечами. — Решила, что лучше поработаю и подзаработаю побольше денег.

Нэлли внимательно посмотрела на неё, затем, недолго думая, спросила:

— А зачем тебе деньги?

Айза замерла на мгновение, будто оценивая, стоит ли отвечать, но затем продолжила резать овощи.

— У меня есть брат. Старший. И я о нём забочусь.

Нож в её руках двигался уверенно, без единой дрожи, но что-то в её голосе заставило Нэлли почувствовать печаль.

— Он болеет. Не может говорить и мыслить, как взрослый человек. Вся его жизнь зависит от меня.

— Прости, — тихо сказала Нэлли.

Айза покачала головой:

— Не извиняйся. Я ведь сама тебе рассказала.

Её голос звучал, почти без эмоций, но за этой сдержанностью пряталось слишком многое.

Во время войны Айза потеряла дом. Пожар уничтожил всё, что было ей дорого. Тогда она забрала брата и отправилась в столицу, где нашла учреждение, готовое принять его и ухаживать за ним. Сама же Айза устроилась во дворец, сначала горничной, потом кухаркой. Теперь вся её жизнь крутилась вокруг одной цели — работать, чтобы у брата было всё необходимое. И, похоже, на себя у неё уже не оставалось ни времени, ни сил.

За всеми этими разговорами прошло немало времени, и пирог был готов.

Нэлли вынула его из печи, подождала, пока он немного остынет, а затем переложила на красивый металлический поднос. Осталось лишь отнести его императрице.

Комната Мари не была похожа на рабочий кабинет. Светлая и чистая комната с нежно-голубыми стенами и розовыми диванчиками. Даже рабочего стола в комнате у императрицы не было, ведь для её части работы скопление бумажек и расписывания огромных полотен, писем не предусмотрено.

Её слова хорошо записывал и реализовывал Лука, и больше она не хотела ни с чем связываться. Она была женой императора, и это было её работой, не более. Только маленький кофейный столик окружал диванчики и намекал на то, что Мари очень любила чаепития и гостей. С ними было намного веселее, чем сидя в своей комнате каждый день.

— Добрый день, госпожа Мари. Я могу войти? — Нэлли остановилась у двери, держа поднос перед собой.

Императрица повернулась к ней и тут же оживилась.

— Нэлли! — воскликнула она. — Что ты приготовила на этот раз?

Её глаза загорелись, а в голосе зазвучало детское нетерпение.

Девушка поставила поднос на стол и осторожно убрала салфетку, открывая пирог.

— О, это великолепно! — Мари ахнула, любуясь десертом.

Императрица прыгала от счастья по комнате в ожидании, когда Нэлли покажет, что же скрывается за её спиной. Нэлли поставила поднос на столик и, убрав тканевую салфетку, показала свой клубничный пирог. Императрица не встречала настолько красивых пирогов в своей жизни, и она ходила вокруг него, боясь взять кусочек и испортить его внешний вид. Всё же Мари себя переборола и, сев на диван, взяла кусок пирога. От ванильно-клубничного пирога сводило все вкусовые рецепторы, и императрица, пытаясь не пускать слюни на пол, стала поедать этот кусочек.

- Я в восторге! Как это вкусно! – императрица восхваляла пирог и благодарила девушку за столь вкусное произведение.

Съев пару кусочков, Мари промокнула свои губы от крошек своим шелковым платком и сказала:

— Это потрясающе, — вздохнула она с блаженной улыбкой.

А затем вдруг спросила:

— Нэлли, а не хочешь стать моей личной прислугой на время?

Девушка замерла.

— А что с вашими прежними служанками?

— Они… начали увольняться, — императрица грустно улыбнулась. — Кто-то ушёл в другие части дворца, кто-то решил, что служба не для него… В общем, мне нужна помощь.

Нэлли задумалась, но спорить с императрицей было не лучшей идеей.

— Я буду рада побыть вашей правой рукой, госпожа – девушка просто подчинялась тем правилам, что существовали тут, и перечить императрице было слишком опасно.

— Прекрасно! Тогда завтра жду тебя у себя.

Так началась её новая жизнь. Теперь Нэлли почти не работала на кухне — только если хотела испечь что-то для себя или для императрицы.

Поскольку госпожа Мари доверяла Нэлли, она поручила ей заниматься мелкими вопросами, которые адресовывались императрице по её статусу. Теперь девушка хорошо разбиралась в титулах и иерархии знатных особ.

А в преддверии собрания глав стран, которое собирался устраивать император, это знание оказалось особенно полезным. Подготовка мероприятия легла на плечи Мари: ей предстояло организовать зал, найти музыкантов и позаботиться о достойных условиях для гостей. Как же вовремя Нэлли стала её личной служанкой!