Ритм прошлого. Первая нота

Глава 16. Слишком много совпадений.

Утро следующего дня выглядело не как самое обычное утро в столице. Люди в стенах дворца чуть успокоились и перестали гнаться за всеобщей паникой, но больные так и лежали, корячась от боли. Двор, обычно шумный и наполненный людьми, был пуст, его очертания словно растворялись в бескрайних просторах серого утра. Никаких разговоров, только звуки топота копыт, разносившиеся по улицам и стенам дворца, как эхом отражаясь в пустых залах.

И вот — появилось нечто, что нарушило эту тишину. Карета, которая была, без сомнения, привезена сюда не случайно, скользнула по камням двора. Внешне она была величественной и даже немного торжественной, но не могла скрыть того напряжения, которое повисло в воздухе.

«Принц! Приехал принц!» — раздался крик одного из солдат, и его голос словно прорезал туман молчания.

Из кареты вышел парень небольшого роста и прилизанными волосами. Этим парнем был Август. Услышав о трагедии, произошедшей пару дней назад с его матерью, он быстро собрался и отправился во дворец. Сам Август отправился в больницу к матери, когда его офицеры, сопровождающие и следящие за ним заграницей, ушли в кабинет к императору. Они были обязаны предупредить императора о том, что Август прибыл в страну.

Дверь палаты, где лежала императрица, распахнулась, а внутрь вошел Август. Рэм, увидев своего брата, не сразу сообразил и не поверил в происходящее сейчас. Ему казалось, что от недосыпа и усталости у него развились миражи. Но нет, Август был самым настоящим. Он подошел к уставшему Рэму и взяв стул, присел рядышком.

— Что ты тут делаешь? Разве ты не должен быть сейчас заграницей? — поинтересовался Рэм у брата.

— Как я мог оставаться там зная, что моя мама находится при смерти? Или только вам может быть её жалко? — его ответ был лаконичным и довольно всё объясняющим.

Рэм вкратце попытался рассказать о произошедшем брату, но усталость путала все мысли. Он был на грани изнеможения, его разум уже не мог справляться с тем количеством информации. Пускай рядом и был Август, который точно полон сил, но он сменял свой пост только с Нэлли и её помощником. Август смотрел на свою маму глазами полными сострадания. Возможно, он тоже был маменькиным сыном и боялся за её состояние.

В больнице, за дверями палаты императрицы, санитарки бегали и суетились, но это никак не мешало разговору братьев. Однако их разговор был прерван неожиданным для Августом, но ожидаемым для Рэма гостем. Точнее гостями, а еще точнее Нэлли и Тэро пришли сменять принца и сторожить императрицу. Войдя в палату, девушка потеряла дар речи от увиденного младшего сына, а её глаза округлились. Когда прибыл Август? В голове девушки одновременно возникали десятки вопросов.

— А что она тут делает? — спросил Август у брата, показывая пальцем на девушку.
Тэро в это время, как обычно, выбрал слиться со стеной, лишь бы его не заметили и что-то не сказали снова.

— Я сторожу императрицу — нагло ответила Нэлли.

— Как вы позволили ей приближаться к матери? Это же она виновата во всем!

— А с чего ты взял, что я причастна, если ты даже не знаешь подробностей всего происходящего во дворце за последние пару дней? — Нэлли ловко схватилась за фразу, произнесенную принцем, и предъявила ему.

Август заметно занервничал и пытаясь придумать ответ, стал копошиться в карманах своей накидки. После нескольких секунд паузы он произнес:

— Это всего лишь предположение… но нельзя игнорировать мысль, что она могла быть причастна.

Нэлли сдержала злую ухмылку и быстро перевела разговор в другое русло, предложив Рэму забрать брата с собой, пока они с Тэро заступают на пост. Принц явно был измотан, и его мысли не позволяли ему продолжать этот спор.

Он кивнул Нэлли и вышел из палаты с Августом, не произнося лишних слов. Нэлли все еще стояла у дверей палаты, поэтому принцы уходили прямо перед ней. Увидевшись глазами с Августом, они оба прищурившись улыбнулись, осознавая, как им обоим "приятна" эта встреча. Но тут же девушку зацепил запах, исходящий от Августа. Этот терпкий и сладкий аромат она отчетливо знает. Девушка вспомнила, что уже слышала ранее эти духи, но только не может вспомнить, почему она их так ярко запомнила.

Снаружи дворца снова царила тишина. Рэм чувствовал, как тяжело ему держаться на ногах, но в его голове прокручивалась мысль, что всё должно быть решено как можно скорее. Принц чувствовал сильную усталость, но он не мог себе позволить отдыхать пока в стране происходит такая трагедия. Он хотел бы попросить Августа рассказать о своей жизни за границей, но его силы были на исходе, поэтому Рэм выбрал для себя пойти к себе в спальню и отдохнуть хотя бы пару часов, чтобы после взяться за работу над поиском виновных.

— На каком основании вы приезжаете в страну и не сообщаете об этом заранее? — Данте был возмущен возвращению своего сына Августа в столицу.

Офицер, который был отправлен вместе с принцем заграницу, пришел отчитаться перед императором о том, что они вместе прибыли в страну. Однако сам император был недоволен такому решению без его ведома. Пока в стране происходил полнейший ужас, император меньше всего хотел следить еще и за сыном, который неожиданно для всех приехал и не предупредил никого.

— Простите, господин Данте, но новости об императрице были восприняты очень тяжело Августом…

— Это всё равно не оправдание ваших действий! Вы совсем забыли, на кого вы работаете и с кем ведете разговор? — император был в бешенстве от произвола со стороны офицера.

— Прошу прощения, господин, такого больше не повторится — офицер стоял в неподвижной позе и монотонно отвечал императору. — Это была моя ошибка, что я позволил господину Августу сорваться и поехать. Такого больше впредь не повторится.

— Всё, иди, не мозоль мне глаза — император злился от ситуации и о том, что он последний узнал о приезде своего сына.

— Хорошо, господин, как скажете.

Офицер по имени Говард Фуширо был одним из почитаемых офицеров в стране. За столько лет службы он заработал себе репутацию верного и надежного человека, к тому же он был одним из претендентов на должность советчика императора, но его опередил Кахэку. Говард был хорошего спортивного телосложения, носил густые черные усы и короткую стрижку, а на его руках всегда были надеты белые перчатки, как символ аристократии среди офицеров.

«Старый козел! Вздумал меня как маленького мальчика отчитать!» — произнес внутри себя Говард, выходя из кабинета императора.