Робинзонки

Малиновки зимою запели, отпуск закончился и капитан

-29-

Айли куталась в плед. И как все уместилось на этой лодке - уму непостижимо. Пятка Кука, ее саквояж и многоизвестный чемодан - главврач Дженни не рассердится - тюк Даниэллы, фонарь (еще немного, и придется зажечь), она в пледе с дневником и карандашом, и это только половина пространства.

"Малиновки зимою запели..." - себе под нос напела она и вытянула шею, чтоб узреть за грудой вещей соседа.

В борт боднула волна. Айли схватилась за округлый борт, едва не вывалившись вместе с пледом, дневником и карандашом.

- А если будет шторм... - прошептала Айли, считая громкие удары собственного сердца. - "Скажи, зачем им ждать до весны..?" - отважно запела она срывающимся голосом, - "И расцвели фиалки в декабрьской метели..."

- Я знаю почему, а ты? - подпел голос из-за чемодана.

Айли едва не вывалилась во второй раз. Вспыхнула:

- Так ты не спишь!

Лодка угрожающе закачалась, и пятка Кука исчезла, а голова - появилась. Усаживался. Подвергая их обоих опасности потопления.

- Не только лишь сплю,- возразил шеф. - Миг уединения на столь маленькой лодке - роскошь, которой стоит пользоваться с толком.

- Это твоя лодка, - буркнула Айли.

- Ну да. Боишься, значит, лиса? Но то, что малиновки поют, мне нравится.

Айли покраснела еще сильнее.

- Ничего я не боюсь! А практично опасаюсь. Ведь если штормить и вправду начнет, мы можем запросто перевернуться.

- А я говорил не брать вещи, - погрозил Кук пальцем.

- А ты, я смотрю, едва уединился, так сразу и выздоровел!

- Выходит ты предпочла бы, чтоб и я затрясся в лихорадке, госпожа Ника?

- Я предпочла бы, чтобы вы взяли дело в свои руки, господин Кук, и сказали, что нам дальше делать, - сложила Айли руки на груди и задрала нос.

- А между прочим, мы здесь по твоему решению. Лучшему, чем мое, - передразнил Кук. - Ты вредина и воображала, Айли Ника, знаешь, да?

Айли передернула плечами, старательно отворачиваясь к горизонту. А там темнело... Эх, темнело... И да, она знает. Увы.

- Знаю... Но с тобой все делается еще хуже, - вздохнув, признала она и натянула покрепче плед. - Сама уж не знаю.

- Да ты что?! - делано удивился Кук, подпирая подбородок.

Айли не заметила подвоха.

- Стоит тебе появиться, и мне хочется говорить гадости...

И она закрыла лицо руками, тряся головой.

- Я вовсе не хочу быть такой!

Кук заворочался на своем краю. Айли отняла один палец - что он там делает?.. Переставлял багаж, чтобы подобраться ближе. Жулик...

Осторожно отнял ее руки от лица и потянул плед на себя легонько.

- Поделись. Прохладно становится. А я ранен, хоть и храбрюсь.

Айли хмыкнула. Так она и знала. Все телодвижения ради...

Кук уже развернул ее поудобнее, устроился рядом в какой-то дыре и перетянул часть пледа на себя.

- И надо будет зажечь фонарь да привязать... Попробуем сделать что-нибудь, чтобы ты не была такой.

Айли едва открыла рот, чтобы поинтересоваться язвительно, что же он такое волшебное собирается сделать, как он притянул ее за затылок и накрыл губы своими. Она так ничего и не успела сказать.

А он отстранился, довольно облизнулся и объявил:

- Я буду делать так всякий раз, как захочешь говорить гадости. Уже по лицу научился различать этот момент. Так тебя сможем перевоспитать, как думаешь? "Малиновки зимою запели..." - заворковал он, полностью переключаясь на монтаж фонаря. - Веревка у нас еще есть, дорогая?

Алиса все хлопала глазами. И только ткнула рукой в тюк Даниэллы. Если и есть, то там.

Вот этот самоубийца и пересек новую черту, не испугавшись потерять голову. И не потерял. А вот она... так и не поняла, что тут происходит.

-"-

Айли резко дернулась во сне и проснулась. Мигнула, пытаясь определить, где же находится. Ах, да... в море... Подтянула ногу к себе опасливо. Разлеглась, тоже...

Голова ее покоилась на плече шефа, который, вроде как, спал. Фонарь, привязанный к чемодану, подпертому саквояжем и тюком, уверенно мерцал, пятном света выхватывая из беспокойной тьмы их уютный уголок. О лодку разбивались лениво черные волны, качало, но так - слегка, в меру, не страшно.

Айли заерзала и устроилась на плече Кука поудобнее. пахнуло все тем же терпким парфюмом и кофе. Его рука, которая, оказывается, уже обнимала, прижала ее к себе покрепче, а сам Кук что-то пробормотал во сне.

- Спи, спи, - прошептала Айли и заглянула ему в лицо.

Да нет, она с самого начала знала, что шеф у нее привлекательный. Ну... в смысле - не безобразный, с изюминкой. И ничего более. А теперь... Эти черты лица были такими... безусловными, единственно правильными, что даже оценивать красивый или не красивый... не имело смысла. Потому что факт, что он просто есть - здесь самый весомый.

И пусть он будет.

У горизонта - получается, это восток - зеленело. Скоро будет светать. Ночной бури не случилось. Айли засопела и спрятала лицо на груди Кука.

-"-

- Айли, просыпайся же, - тормошили ее. - Сюда!

И этот крик словно на ухо, куда так оглушительно! Айли протерла глаза кулаком. Расслабленно, хорошо, уютно...

- Сюда!

Айли, жмурясь, открыла один глаз. Кук стоял во весь рост, ночные волны чуть улеглись, и теперь только он раскачивал лодку: стащил с себя рубаху и махал во всю прыть.

Зычный гудок привел Алису в чувство от утреннего сна.

- "Лигурия"! - выдохнула она.

Едва удержалась, чтобы не вскочить - чемодан и так небезопасно наклонился.

- Заметили! - радостно воскликнул Джерри и едва не упал обратно в лодку.

Айли обеспокоенно вытянула руки, чтобы его поймать. Но аварии не случилось - сел, опустил голову, ничего. Дотронулась до лба - шеф тяжело дышал, руку с рубахой безвольно опустил. Горячий.