Родина: Синхронизация миров

Глава 12: Мефодий

- Знаешь, я не прочь встретиться с твоим дедушкой. Когда я могу к вам зайти?

Поинтересовался Даня, от чего-то ему было очень весело рядом с этим мальчишкой, за исключением тех моментов, когда ребёнок задавал свои вопросы.

- Сегодня!

- Нет! – воскликнул Степан, - Сегодня нельзя, дел много, да и не прибрано у нас.

- Все свои, поймём, - ответил Данила.

- Легкомысленный.

Про Мефодия казалось все забыли, потому он позволил себе несколько больше чем простое молчание, но эта фраза не ускользнула от присутствующих в кузне, в особенности от юного князя.

- Эх, кузнец, не вытерпел, да?

Сделав ехидное замечание юноша рассмеялся, чем многих смутил. Не прошло и минуты, как они говорили о смерти, а тут уже смех.

- Ты смеёшься над своим легкомыслием или над тем, что ребёнок не может увидеться с родной матерью? Это действительно так смешно?

Данила замолчал, не поняв в чём проблема, вёл он себя как обычно, забыв о чувствах других.

- Максим, иди погуляй со своим другом, нам надо кое-что обсудить.

- Угу.

Послушавшись князя Максим, с сыном кузнеца и его женой ушли, оставив Степана, Мефодия и Данилу наедине.

Когда звуки детских шагов прекратились юноша обратился к кузнецу намереваясь выяснить причину его недовольства. Мужчина уже отложил в сторону свой молот и хорошо, что это сделал, ведь прозвучавший вопрос вызвал ещё большую злость.

- Я сделал что-то не так?

- Чего?! Боже, Степан, скажи, что он шутит.

- Смею уведомить тебя о том, что я говорю серьёзно и действительно не могу понять в чём проблема.

Лицо мужчины покраснело, подойдя к парню он занёс руку для удара, но заметив, что тот в самом деле не осознаёт своей ошибки, отошёл назад. Глубоко вздохнув Мефодий сел на табурет рядом с печкой.

- Ты… ты просто представь, как умирает твой папа или твоя мама, - начал кузнец, - Что ты чувствуешь? Неужели ты будешь рад, когда при разговоре о твоих погибших родителях кто-то засмеётся?

- Ты только из-за этого недоволен мною?

- Просто представь, что у тебя умерла любимая мама и ты должен рассказать об этом своему брату или сестре, если они у тебя есть.

- Мой брат уже не маленький, должен понять.

- А если рядом ктот засмеётся? – вклинился в диалог Степан.

- Степан, тебя я понимаю и извиняюсь, за то, что обидел. Но и ситуации бывают разные. Я ведь смеялся не из-за смерти твоей жены.

- А если бы твой брат был маленьким? – поинтересовался Мефодий.

- Я бы постарался его всячески отвлечь от плохих мыслей. Жизнь идёт, смысла в том, чтобы жить одним лишь прошлым – нет! – уверено заявил Данила.

- Ладно, тогда всё же представь момент смерти. Как тело мамы постепенно бледнеет, как жизнь покидает её…

«К чему вы все клоните?»

Юноша задумался, картина, представшая в его голове была грустной, тяжело расставаться с близкими людьми.

- Вот видишь, тебе тяжело даже думать о таком, а представь…

- Нет.

- Что «нет»?

- Я не могу понять, чего вы добиваетесь. Банально шутка: «Если бы моя тёща узнала, сколько я сэкономил на её похоронах, она бы перевернулась в канаве».

- В вас хоть что-то святое есть?

Мефодий предполагал, что итогом беседы будет хотя бы маленькое, но изменение, подобного он никак ожидал.

- Князь, может, эт, к отцу Тимофею сходить?

- Как вам объяснить? Я понимаю, смерть – дело страшное, для кого-то печальное, да. Но я ведь посмеялся тогда над Мефодием! Мне жаль Стёпана и его семью, но больше ничего, я ведь её даже не знал.

- Не правильно это.

Бровь на лице Данилы задёргалась. Казалось бы, с Константином разошлись, мир наполнился светом и добротой, никаких раздражающих факторов. Так нет! Обязательно надо испортить всё.

«Что именно? Я даже не могу сказать каким она человеком была? От чего я должен скорбеть?»

- Как только вы дадите мне чёткое тому объяснение, может что-то и измениться. Я не хочу слышать, что это не правильно, по рукам.

- Добро.

- Теперь перейдём к делу, мне нужен топор.

- Одноручный? Двуручный? Если одноручный, то может два?

- Давай одноручный и пока один.

Мужчина поднялся со своего места и навис над юношей, осматривая руки:

- У меня есть один, ещё мой отец корпел над ним, гномьим техникам подрожал.

- Память об отце мне доверишь?

Посмотрев на огнищанина, Мефодий попросил того удалиться, когда в помещении остались только двое, мужчина тихо прошептал:

- Я не доверяю Константину и Евдокиму, что-то в них не так. До удела им дела нет. У Степана об них узнаешь. Тебе я помогу, поскольку верю, абы кого, Бог к нам в помощь не отправит.