Родить ребенка от миллиардера

Глава 1

Примерно раз в год мне приходит в голову мысль, что я умираю.

К счастью, последние пять лет это легко решаемый вопрос. Ну относительно легко.

— Ты здорова, Ангелина, — неумолимо говорит брат, выслушав мои невнятные бормотания на тему того, что мне где-то что-то кольнуло. — Ты здоровее, чем девяносто процентов населения земного шара.

И разворачивает ко мне мою карточку.

— Это было год назад, — ответственно кладу на нее ладонь, прижимая к столу. — Врачи говорят, что диспансеризацию надо проходить каждый год.

— Заплати и проходи, — ядовито заявляет Антон на это.

Как будто он тут не завотделением. Я прямо не знаю даже, ну как можно настолько не пользоваться своим служебным положением?

— Не будь свиньей, — заявляю строго. — А не то маме позвоню.

— Ты этого не сделаешь.

— Еще как сделаю.

— Не-а. Иначе она запилит тебя вопросами, когда ты уже выйдешь замуж и нарожаешь десять внуков.

— Как и тебя, — показываю ему язык.

Антон вздыхает, откинувшись на спинку своего кресла.

— Ладно, запишу тебя на диспансеризацию.

— Расширенную!

Спустя неделю моя паранойя полностью удовлетворена. Все анализы в норме.

— Хоть сейчас в космос, — замечает Антон. — Я, кстати, не против.

Показываю ему средний палец и продолжаю есть тортик. Мы сидим в кафе на первом этаже их жутко дорогой частной клиники. Я забежала после очередного неудачного собеседования заесть нахаляву печаль. Ну а что, у меня денег-то кот наплакал. А Антон зав отделением.

— Может, возьмешь меня к себе? — хлопаю глазами умоляюще.

— Ты же искусствовед.

— Ну и что? Медицина почти искусство. Я могу бумажки перебирать.

— Не можешь. Все перепутаешь.

— На ресепшн стоять. Смотри, как я улыбаюсь.

— А ты стоматолога проходила? — интересуется он.

Улыбку убираю.

— Вообще-то да. Он почти плакал.

— Почему?

— Потому что для него работы не было.

Антон вздыхает, я тоже вздыхаю, доедая тортик.

— Почему меня никто на работу не берет?

— Потому что у тебя опыта нет. И тебе двадцать два года. Значит, ты потенциальная декретница.

— Отвратительное слово какое. Декретница… Какая из меня декретница. У меня и секса нет в жизни.

— Уволь меня от таких подробностей. Я все-таки твой брат.

— Ладно, пошли, — вздыхаю, отодвигая пустую тарелку.

Антон к себе отправляется, а я на ресепшен.

— Распечатайте мне мои результаты диспансеризации, пожалуйста, — прошу девушку.

Она, беспрестанно улыбаясь, щелкает мышкой. Вскоре получаю листы и, резко развернувшись, впечатываюсь в мужскую грудь.

От неожиданности испугавшись, роняю все. Опускаюсь на корточки. И мужчина следом за мной.

— Простите, — бормочу, а он два листа держит, по одному в каждой руке, и читает.

Так увлеченно, что даже прерывать кажется неприличным.

Я его рассматриваю вместо этого. А там есть на что посмотреть. Жгучий брюнет. Красавец такой, что слюна скапливается во рту непроизвольно. Ей-богу, лучше тортика.

Просто самец какой-то. Из стаи диких сексуальных жеребцов. Рубашка белоснежная обтягивает плечи широкие. Весь такой подкачанный. Узкая талия, черные брюки и лакированные ботинки, в которых отражается моя обалдевшая физиономия.

Мужчина едва заметно хмурится. Дочитав листы, что в руках держал, забирает у меня остальные. Я только глаза выпучила и смотрю на него. Что вообще происходит такое?

— Руслан Амирович, добрый день, — рядом с нами сначала вырастают ноги в туфлях на высоченных каблуках, и тут же они сгибаются. И рядом оказывается встревоженное лицо девушки с ресепшн. — Простите за это недоразумение, позвольте…

Он только едва заметно отмахивается от нее, как от надоедливой мухи. Она на меня смотрит. Я плечами пожимаю. А я знаю, что тут происходит? Какой-то на голову больной мужик, одержимый чужими анализами.

Наконец он встает, и мы с девушкой как по команде за ним. Я ноги разминаю.

— Руслан Амирович… — снова начинает девушка, но он только кидает:

— Вернитесь за стойку.

— Да… Конечно.

Она уходит в полной растерянности. Мужчина на мне все внимание фокусирует. Впервые, кажется, с момента встречи. Сначала светлые едва вьющиеся волосы. Потом лицо. Тело.

При этом взгляд у него… Как бы сказать. Он меня осматривает, как заводчик лошадь на продажу.

Что-то сегодня у меня все ассоциации о лошадях…

— Ваши анализы? — спрашивает наконец.

Киваю нерешительно. Он тоже кивает в ответ.

— Васнецова Ангелина Николаевна, двадцать два года, — произносит задумчиво.

Я не знаю, что и делать… Вроде как в больнице находимся, почему еще никто не вызвал санитаров?

Кивнув своим мыслям, этот субъект мне листы обратно протягивает. Я их хватаю и прямо ноги уношу из этой клиники.

Вот так нарвешься… Маньяк!

Интересно, кто это вообще? Девушка с ресепшн так подобострастно на него смотрела. Готова была его на руках нести. Наверное, клиент какой. Наверняка ипохондрик.

Дома я готовлю ужин, но Антон пишет, что будет поздно. Вздыхаю. Значит, опять с бабой какой-нибудь встречается.

Вот не зря мамуля за него тревожится.

За нас обоих.

Но у нас с Антоном ситуации диаметрально противоположные. Он бабник. Красивый бабник. Бабник, который умеет клеить девушек. Но не умеет и не хочет с ними отношения строить.

А они все бегают и бегают за ним.

А я — наоборот. Не бабник. И за мной никто не бегает.

Нет, я не уродина. Симпатичная девушка. Просто… Не бегают.

Вот ни разу такого не было, чтобы увидел, влюбился и пороги обивал, добиваясь взаимных чувств.

В этот момент как раз звонок в дверь раздается.

Нахмурившись, топаю туда. Соседи что ли?

В глазок заглядываю и тут же по двери растекаюсь.

Там он. Этот чокнутый из клиники!

Подавив желание крикнуть: никого нет дома! — стою дышу, как паровоз. Не двигаюсь. Спина уже затекать начала. А он не уходит. Стоит там, тоже дышит. Я не слышу, конечно. Просто он в дверь звонит… Так что понятно, что не ушел никуда.