Родная Земля. Марш мертвецов

Размер шрифта: - +

Глава 1

Это был особенный день. Из тех, что как по расписанию происходят каждый год, но так и не становятся частью обыденности.

Чернота ночного неба наваливалась на тихую землю, покрытую тонким и хрупким слоем льда. Зимний холод только-только наступал и еще не успел разнести по округе хрусталь белого снега. Впрочем, пробивающий до дрожи в костях ветер уже пролетал с воем по степи.

Племенной костер был единственным светочем для группы людей, окруженной беззвездной тьмой. Они торопливо доедали пищу из небольших глубоких пиал, плотно кутались в одежды и шерстяные покрывала. В столь поздний холодный час давно уже следовало спрятаться в юртах и дать уставшим телам накопить силу, отпустив душу в таинственные угодья сна. Но в эту особенную для племени ночь никто не смел отойти от костра. Ведь не зря в древней мудрости говорилось: «От костра отходят только мертвецы». В любой другой день эту поговорку разъяснили бы так: семья, клан – твой костер, что убережет от холода, без него человек быстро сгинет. Однако раз в год древняя мудрость теряла иносказательность и превращалась в факт. Раз в год, в преддверии зимы, мертвецы выходили на молчаливый марш.

- Смерть забирает души, - на раскладном стуле, в кругу племени, устроилась маленькая пухлая старуха. Ее веки иссохли от времени и с трудом открывались. Казалось, будто у нее вовсе нет глаз. Она поставила пред собой посох и, опершись об него, потянулась ближе к костру. Люди, сидевшие на скромных постилках из перевязанных тонких брусьев, замерли и, затаив дыхание, всмотрелись в старуху. – Ей нет дела до наших тел. Она настигает старых и молодых, женщин и мужчин. Она забирает жизнь охотника и жизнь добычи. – Каждый год старуха произносила одну и ту же речь, но все же в племени не нашлось бы ни одного человека, кому эти слова надоели или вошли в привычку. Снова и снова они проникали в самое сердце, мурашками пробегали по телу и сковывали дыхание. – Но смерть не единственная сила в этом мире. Ей тоже приходится платить дань Великим Богам. Смерть отдает им наши тела. Ненужные ей, но ей принадлежащие. Каждый год, только Холод и его дочери подступают к миру, Смерть отправляет мертвых к Богам. Они проходят по всей земле, голодные, одинокие, дикие. Они идут на край света, и ни один живой не смеет им мешать. Конечно, - она таинственно вздохнула, - если сам не хочет стать мертвецом. Перед началом зимы Боги открывают врата в свой мир, чтобы выпустить Холод, но пока он не вышел, мертвецы торопятся попасть через этот проход внутрь, ведь Холод, Белый Зверь, жаден и ненасытен, он поглощает землю и все, что она породила. Он же поглощает и мертвецов, не успевших дойти до врат. Потому смерть чаще навещает нас зимой – восполняет утерянную из-за Белого Зверя дань Богам.

Послышался шелест, хруст окоченевшей травы, скрежет лопающегося льда. Чья-то торопливая, неуклюжая поступь. Она становились все громче. Все ближе. Острыми иглами эти звуки вонзались в сердце, заражая кровь ядом ужаса.

- Поэтому, когда близится зима, мертвецы растеривают свою ярость и не нападают на живых – они торопятся успеть явиться к Богам. – Все продолжала старуха спокойно. Эта отрешенность в ее голосе вкупе с тяжелыми шагам, что слышались все четче, наделяли происходящее пугающей сверхъестественностью. Люди могли поклясться: старуха сейчас сама казалась живым мертвецом, оракулом смерти. Ее кожа побледнела, обретая каменную гладкость, лицо застыло в бесстрастном выражении, и лишь рот слегка приоткрывался, дабы выпустить на волю слова предания. – Держитесь ближе к костру, - вдруг она сделала голос громче обычного, отчего каждый член племени, даже храбрые и опытные охотники, невольно вздрогнул от страха, - ибо мимо костра ступают мертвецы.

  Кровавые языки пламени встрепыхнулись от воя ветра и искрящимся золотом вжались в тлеющие дрова. Рассеянный свет, что кругом раскинулся по степи, освещая племя и землю возле него, испещрился тонкими тенями. Синие и холодные, с окоченевшими мышцами, застывшими жилами и остекленевшими глазами по степи медленно ступали мертвецы. Они молчали. Всегда молчали. Оттого так страшно было встретить этого врага на охоте – он появлялся внезапно, не подавая сигналов, у него не было даже дыхания, которое сумело бы расслышать вострое ухо. Лишь чуткий нюх собак умел обнаруживать мертвецов, да и то когда те оказывались слишком близко. Никто не знал, зачем мертвецы нападали на живых. Старуха, что сидела на стуле у костра, рассказывала историю, будто в бесхозные тела усопших вселяются злые духи, некогда служившие Смерти, но подведшие ее. Они заставляют мертвецов убивать людей, чтобы увеличить дань Богам и выслужиться перед разозленной госпожой.

Была то правда или нет, никто не скажет. Одно известно точно: мертвецы опасны, и только раз в год они проходят мимо костра, окруженного живыми.

Пока продолжался медленный скорбный марш, люди из племени сильнее укутались в одежды, убрали в сторону пищу и потупили в землю взор. Считалось, что если увидишь во время шествия умершего в этом году близкого, в следующем – сам станешь данью Богам. Никому не хотелось испытывать судьбу, потому уже давно повелось пережидать эту особенную ночь в тишине да не оглядываться по сторонам.

- Может, - шепнул крепкий, кареглазый юноша с остро выпирающими скулами, что сидел рядом со старухой, - потушим костер?

- Нет! – тут же взвизгнула темноволосая, с таким же острым личиком девчушка, жавшаяся к нему. Не обращая внимания на осуждающие взгляды соплеменников, она также громко прибавила, - нельзя!

- Тайсанд, - проскрежетал в воздухе ответ старухи, - уйми сестру и молчи.

Юноша недовольно поежился, крепко обхватил руками возмущенную девочку и замер.

Лишь недавно он прошел инициацию и стал мужчиной. Ему казалось, будто старшие охотники непрерывно следят за ним, все еще испытывают, и его взросление, в случае чего, можно будет повернуть вспять: он снова превратится лишь в мальчишку, которого никто не слушает и не уважает. А сейчас, в этот таинственный час, Тайсанд боялся, как никогда. Он не мог сказать, что беспокоит его больше: мертвецы, блуждающие по степи так близко от него и маленькой сестренки, или испуг, что так и норовил проявиться перед другими.



Анна Корнеева

Отредактировано: 31.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться