Рогатый ребус, или Мама для сирот

Глава 19 Странное

Девушка бросилась к ним, но кто-то из драчунов махнул рукой, и ей прилетело по лбу.

- Прекратить! – рявкнул я, и клубок мигом распался на две взъерошенные, поцарапанные составляющие. – Это что еще такое, Леонард? Ты как себя ведешь?

- Он первый начал! – заканючил подопечный.

- Не реветь! – приказал ему. – Чему учил тебя, забыл? Ну-ка разошлись в разные стороны, живо!

Обиженные мальчуганы отсели подальше, обмениваясь злыми взглядами, и насупились.

- Вы как? – я подошел к Летиции, промокающей бровь платочком.

- Жить буду, - улыбнулась успокаивающе, но на белой ткани виднелась кровь.

- Позвольте мне, - снял с пояса флягу, отнял у нее ткань и, намочив, приложил к ранке. – Простите, не доглядел.

- Вы ни при чем, - она поморщилась. – Эти двое вечно цапаются, как кошка с собакой, с самого раннего детства.

- В чем причина?

- Что-то не поделили при знакомстве, уже и не помню. У Лео сестренка очень вредная, - шепнула девушка. – Наговорила Алексу, что если съесть жука, то желание сбудется. А у нас тогда папа сильно болел. Вот малыш и съел эту гадость. С тех пор его дразнят.

Выходит, Тирса еще в детстве была той еще занозой во всех местах.

- Пошла в батюшку, - пробормотал я. – Оно и понятно.

- Что?

- Так, мысли вслух. – Вгляделся в ее бровь. – Кажется, все в порядке. До свадьбы заживет. Кстати, говорят, она у вас скоро?

- Вероятно, - Летиция отошла к брату и, присев перед ним на корточки, велела:

- Ну-ка, покажи мне фингал, вояка.

Не похоже, что она горит желанием обсуждать жениха. А ведь обычно стоит только неосторожно спросить особу женского пола о грядущем бракосочетании, в ответ начинает извергаться такой фонтан красноречия, что не знаешь, как это прекратить. Терпишь, пока все эти отличия рюшечек от оборочек, тридцать пять видов салфеток на стол и двести примет для букета новобрачной не начинают течь у тебя из ушей. Но главное – сбежать до того, как начнется обсуждение платья.

Дождавшись, когда девушка поднимется, я вернулся к щекотливой теме.

- Так когда же церемония?

- Не знаю, - невеста пожала плечами. – Предложение сделано лишь вчера. Еще не обсуждали даты.

Как сухо. Будто речь идет о продаже дачного домика.

- Но вы, должно быть, с нетерпением ждете? Как и все девицы, что влюблены в суженого?

Пытливо уставился в ее лицо, ожидая реакции. По нему проскользнула тень. Тоска, печаль, даже страх. Вовсе не тех эмоций ожидал от невесты. Что-то не так. Но ничего непонятно.

- Летиция… - шагнул к ней.

- Богдар, - перебила, вскинула на меня глаза. – Понимаю, после того, - покосилась на брата, - как я повела себя на празднике вчера, вы думаете обо мне много плохого. Но, поверьте, никто больше, чем я сама, не сожалеет о произошедшем.

- Я вовсе не сужу вас. И вина точно не на вас.

- Это спорно, - усмехнулась. – Но коли так, давайте забудем о том инциденте. Пожалуйста. Это более не повторится. А теперь нам с Алексом надо идти. Простите нас.

Взяв мальчика за руку, направилась прочь. А я остался стоять, глядя ей вслед и вспоминая вкус ее губ, что, казалось, до сих пор танцевал на языке.

Летиция

Мои щеки все еще алели пуще маков, когда мы дошагали до замка. К чему были все эти расспросы? Сначала подумала, что Богдар желает уязвить меня в своей любимой манере, укорив ту, что уже помолвлена, за поцелуи под маркидаровыми ветвями. Но в его тоне и глазах не было и намека на издевательство. Это поставило в тупик. Тогда зачем ему знать о моем замужестве? Праздный интерес?

- Летти, ты не слышишь? – брат подергал за руку и посмотрел укоризненно.

- Прости, задумалась. Что ты хотел?

- Давай зайдем к Мушке? Посмотрим, как она?

- Конечно, - мы прошли к черному ходу и вошли в темный коридор.

Псинка встретила нас радостным поскуливанием. Я сменила ей повязку. Алекс налил чистой воды. Корм у девочки был, что радовало – брат выполнял взятые на себя обязательства.

- Скоро ранка совсем затянется, - погладив Мушку, пообещала ему. – Но вот куда тогда ее?

- Хочу попросить у мамы, чтобы разрешила взять ее в дом, - сообщил мальчик. – Как подарок на мой день рождения. Уже ведь скоро.

- Ты же хотел набор солдатиков из лавки господина Дюшона?

- Обойдусь, - махнул рукой. – Как думаешь, мама разрешит?

Думаю, что нет. Я вздохнула и пожала плечами, не став разочаровывать брата. Время еще есть. Может, что-то придумаем.

- А ты, Летти, будешь меня навещать, - Алекс вдруг прижался ко мне, - когда станешь леди Годфорд? Или… - он помолчал и шепотом договорил, - или мама тебе не разрешит?

Вопрос застал врасплох. В носу защипало, когда заглянула в глаза брата, полные слез. Сама не знала, что и как будет, и это пугало. Если честно, то только по братишке и буду скучать, когда уеду отсюда в дом мужа. А нянюшку заберу с собой. Уже намекала ей. Она пока сопротивляется, у нее в деревне около замка добротный дом, что остался от родителей. Но надеюсь, что уговорю все же. Так и ей будет лучше, и у меня не изболится сердце от мыслей, что мама всю злость выместит на ней вместо младшей дочери.

- Вот вы где! – няня подбежала к нам, будто выскочив из моих мыслей. – Ох, не могу! – запыхавшись, схватилась за грудь.

- Что стряслось? – я подскочила, с тревогой глядя на нее.

В душе черным вороном закружилось дурное предчувствие. Слишком долго все было хорошо, слишком долго. Затишье перед бурей всегда заканчивается ужасным смерчем, что сметает все на своем пути, разносит в щепки и наказывает за то, что понадеялись на благополучный исход.

- Так приехали ж Годфорды, детка, - выдохнула нянюшка. – И старший щеголь, и женишок твой, оба заявились.

- Зачем?

- Я-то почем знаю? – женщина пожала плечами. – Офф, весь замок ведь обегала, тебя пытаясь сыскать. Беги-ка, пока, - покосилась на Алекса и сдержала язык, - леди Робертина им не наговорила чего. А то ведь едва они в дом вошли, как она сразу к ним поскакала резвой козой! Давай, давай, - заторопила, подталкивая к двери. – Торопись, ласточка моя, недоброе она задумала, чует мое сердце-то!