Рохля Несчастливчик - первый пулинский путешественник

Глава 3 Неудачная удачная охота

Что должен делать уважающий себя хоблин, если его совершенно неуважительно отмыли, пока он спал? Правильно, рассердиться и всех наказать. Эшши перехватил сачок поудобнее и, ориентируясь скорее на слух, чем на долгожданные фонарики, одним длинным взмахом поймал сразу трех весело хохочущих проказников.

— Ага! — вскричал герой, перекрывая эльфам путь к спасению растопыренной пятерней.

Куда менее радостное "ага" эхом прокатилось по зачарованной роще, и загустевший как сливки душистый туман наполнился желтыми огоньками. Большие уши Рохли Несчастливчика отлично улавливали не только звуки, но и движение воздуха, а потому мгновение спустя путешественник уже на всех парах мчался к привязанному на опушке ослику. Несколько десятков, а то и сотен маленьких человечков летели за ним и гудели, как разбуженные осы.

До навьюченного животного оставалось три деревца и овраг, когда нога Эшши провалилась в выкопанную им же ловушку. Хоблин взвыл от боли, по инерции упал вперед, а по законам наклонной поверхности — кубарем укатился в овраг. Единственным утешением в сложившейся ситуации неудачливому ловцу могло послужить только то, что теперь он вновь выглядел как приличный хоблин. Но, разумеется, это его не утешало.

Сачок вылетел из рук еще в полете, а свеженаловленные проказники, выпавшие и извалявшиеся в грязи, страшно ругались, стоя перед самым носом путешественника.

Рохля Несчастливчик приподнял голову и окончательно убедился в справедливости данного ему прозвища: на одном из маленьких человечков красовался высокий колпак с вышитыми трилистниками.

— Колду-у-ун! — простонал Эшши и обреченно прижал уши.

Тем временем из рощи подтягивались все новые и новые эльфы, выстраивались ровными кольцами вокруг поверженного врага и тихонько шушукались, решая, как с ним поступить. Прислушиваться к их обсуждению совершенно не хотелось, но отдельные фразы то и дело выбивались из общего хора:

— Уши оторвать поганцу!

— Пусть лес прибирает!

— А давайте его заколдуем! Пусть всегда чистый ходит!

— И вещи стирает!

Сдвиг на опрятности, очевидно присущий всем обитателям зачарованной рощи, настолько противоречил хоблинскому представлению о красоте, что Рохля сжался в комочек от ужаса. В жабу превратить — и то гуманнее.

— Ти-хо! — рявкнул колдун и, окинув добычу внимательным взглядом, решил: — Пусть объяснит, зачем устроил эту нелепую возню.

Путешественник, неожиданно обретший надежду на спасение, тут же принял сидячее положение и состроил неправдоподобно жалобную гримасу, мол, я тут существо подневольное, меня заставили, пытали и вообще, и начал:

— Я не хотел! Это всё кикимора! Она меня...

— По существу, молодой человек, — проворчал старичок в колпачке, имеющий за плечами большой опыт общения с юными негодниками.

— Меня наняла кикимора, чтобы я нашел и поймал эльфов, которые испортили ее пруд.

Тут же поднялся невообразимый гвалт, все маленькие человечки загалдели разом, выдавая всеобщую причастность к этой шалости.

— Ничего мы не портили!

— Наоборот, улучшили!

— Спасибо бы сказала, дура зеленая!

— Ти-хо! Ты же хоблин, неужели тебе нравятся кикиморы?

— Да я их ненавижу! — честно сказал Рохля.

— Тогда почему? — удивился колдун и подергал себя за длинную бороду, видимо, ему так лучше соображалось.

— Она обещала мне клад. Ой. Два клада.

— Хмм, — задумался эльф, — но разве в болоте закапывают клады?

— А они...

Несчастливчик и сам не знал, что тут сказать. Нет, конечно, в болотах клады не закапывают. И на берегу болот тоже не закапывают. И даже рядом с берегом болот...

— Ах ты ж морда пупырчатая! — взвыл Эшши, схватившись за голову. — Обманула как... как...

— Как безмозглого сопляка, — подсказал колдун и вкрадчиво поинтересовался: — А знаешь, где действительно закапывают клады?

— В лесу?

— В лесу. А знаешь, как ты можешь отомстить обидчице и хорошенько заработать?

— Я не буду чистить пруд!

— И не надо, — ласково-ласково согласился эльф. — Кроме того, теперь я понимаю, в чем была наша ошибка. Кикиморы не могут жить в чистых озерах. Поэтому...

— Я не хочу убивать кикимору! Я вообще никого не убиваю! Я не...

— Тьфу ты, чистить, убивать... Глупости какие. Мы ее заколдуем. А ты нам поможешь.

Рохля раздумывал целую минуту. С одной стороны, зеленая его не просто обманула, а по-настоящему подставила, с другой — связываться с эльфами — себя не уважать. Все решили слова колдуна, сказанные тихим и уверенным голосом:

— Три сундука.