Рок: хроники моей шизофрении.

Глава 6. За кого мы в ответе.

Сессия начинается внезапно. Кажется, еще вчера мы получили студенческие билеты и отметили это дело в студкафе, а сегодня уже за плечами Новый год и последние зачеты. Экзамена всего три, и на каждый из них запланировано по три дня подготовки. Нашу группу произволом деканата разбивают на две подгруппы, и я оказываюсь в первой. Несмотря на то, что я исправно посещала все лекции и почти профессионально стенографировала все семинары, ощущение такое, словно как только закончились пары, и начались дни подготовки, в голове образовалась черная дыра. Слова в тетрадках абсолютно нечитаемы, учебники написаны для профессоров, дополнительная литература навевает тоску. А каждый прожитый час приближает миг экзамена! И с каждой минутой становится все страшнее и страшнее.

Он снится мне в ночь перед историей Древнего мира, когда я только что честно заканчиваю повторять учебник и засыпаю над тетрадью. В этот раз мой гость одет в простую черную футболку и черные грубые джинсы. Волосы, против обыкновения, распущены, но даже такая прическа подчеркивает неестественную бледность обычно смуглого лица. Губы вообще кажутся серыми.

- Ты выглядишь измученным, - замечаю я, понимая, что тетрадь останется непрочитанной.

- Не наглей, - отмахивается он от меня в буквальном смысле этого слова, но, как ни странно, мне совсем не страшно и даже неожиданно легко дышится, - а то я подумаю, что ты по мне соскучилась, и решу задержаться.

- Ну, я на самом деле соскучилась, - признаюсь я совершенно неожиданно даже для самой себя и, пока он переваривает полученную информацию, добавляю:

- Тебе чай, как обычно?

Рок все еще молчит, глядя на меня так, словно впервые увидел, поэтому я сбегаю в кухню, пока мой гость приходит в себя. Вернувшись, обнаруживаю на столе коробку с очередной игрой. Первым делом присматриваюсь к игре:

- «Первая сессия»? Вот так просто? То есть, вся сессия за одну партию? - разочарованно тяну я, - А если я проиграю?

Он аккуратно берет у меня из рук уже практически свою чашку, между прочим, единственную фарфоровую, которая есть у нас дома, и пожимает плечами:

- А ты не проигрывай. И тебе спокойнее будет, и мне веселее, - при этом задумчиво смотрит, как самостоятельно встает на старт одна из фишек.

- В каком смысле веселее?- замираю я над кубиками напуганным хомячком, Рок в ответ поднимает неожиданно усталый взгляд и ядовито усмехается:

- Сочетать непредсказуемое с предопределенным гораздо интереснее, чем непредсказуемое с неопределенным. Твой ход первый.

Послушно беру кубики и бросаю их в первый раз. Три-четыре. Передвигаю фишку и смотрю на занятый значок. Ничего интересного — обычный проходной шаг.

- Не сказать, что повезло с вопросами, - комментирует Рок, забирая кубики с игрового поля, - но могло быть и хуже. А даты есть в атласе.

У него на гранях почти традиционно выпадает шесть-пять:

- Упс, - сообщает он, и я не могу отделаться от ощущения, что злорадно, - даты в атласе закрашены ручкой.

Интуиция вопит в полный голос, что мне надо остановить игру, и я откладываю кубики в сторону:

- У меня пряники есть к чаю. Будешь? - Несколько долгих мгновений он пристально смотрит мне в глаза, и мне очень трудно удержаться и не отвести их. Внезапно его лицо смягчается, и он соскальзывает с подоконника на стоящий рядом второй стул:

- Извини, в праздники у всех много работы. Ходи.

- Так что насчет пряников? - повторяю я свое предложение, - принести?

В ответ он неловко улыбается:

- Лучше что-нибудь посущественней, если можно. Я сейчас даже не вспомню, когда в последний раз ел. - И, впервые за все время нашего общения, его улыбка касается его глаз. Похоже, и впрямь устал до безумия. В холодильнике я нахожу колбасу и сыр, а из хлебницы достаю хлеб и несколько кусков рыбного пирога, после чего с добычей возвращаюсь в свою комнату. Чтобы следующие несколько минут с восторгом наблюдать, как мой гость уписывает это все с таким аппетитом, что только за ушами трещит. В какой-то момент замечаю, что он заглядывает в свою опустевшую чашку, и стремглав несусь за новой порцией чая.

Наконец, на щеках моего собеседника проступает румянец, а глаза зажигаются отлично мне знакомым нехорошим огоньком.

- И после этого ты еще будешь спрашивать, чего мне от тебя надо, - язвит он, баюкая в ладонях свою чашку, и я ловлю себя на мысли, что дико ей завидую, - Вот скажи, многие могут предложить судьбе пожрать, ничего не прося взамен?

- Ты выглядел измученным, - оправдываюсь я, а он в ответ тихо смеется:

- Ходи давай, душа моя.

На кубиках выпадает три-пять, Рок подается вперед и ехидно озвучивает:

- Откровенно слабый ответ спасает только подсказка однокурсницы.

Я философски пожимаю плечами: первую сессию первого семестра сдать на слабые тройки не катастрофа.

- Можно вопрос не в тему? - уточняю я, отдавая ему право следующего хода. Он поощрительно усмехается и отвечает в своей любимой раздражающей манере:

- А если он будет интересный, я даже могу ответить.

- Кузнецов точно провалит зимнюю сессию?