Роковой браслет

Глава 76. Букет фиалок

Все это не препятствовало Джо оставаться лучшим другом Джеймса Лейка и неизменным товарищем многочисленных джентльменов из аристократии.

Все они знали, что его мать была прачкой, но никто из них никогда не ставил ему это в вину, потому что работа не позорила её, скорее наоборот.

Дружеские узы между двумя товарищами с каждым днем крепли.

После сдачи экзаменов в университете они вместе отправились в путешествие по Европе, посетили Вену, Берлин, Рим, Париж, Мадрид и, наконец, вернулись в Лондон.

К этому времени наступило лето, и поскольку стояла сильная жара, Джо предложил другу поехать на пляж Эсбери, где у них появится возможность поплавать и позаниматься всеми видами спортивных тренировок, которые он так обожал.

Вскоре после их приезда вокруг двух друзей образовался небольшой кружок бывших студентов университета, состоящий в основном из аристократов и армейских офицеров.

Они весело проводили время, как умеет развлекаться золотая молодежь.

Но однажды Джо Брауну показалось, что в душе его друга происходит нечто необычное, чего он, несмотря на всю свою проницательность, не мог объяснить. Лорд замкнулся в себе; он старательно избегал посещать всевозможные вечеринки и пирушки, которые ежедневно устраивали его друзья; он забросил занятия спортом, он, такой горячий их почитатель, не был так общителен со своими товарищами, как раньше.

Он также не общался со своим другом так, как раньше.

— Милорд, — сказал ему однажды Джо, увидев его, как всегда, отрешенным, — что вас беспокоит? Вы намереваетесь отыскать философский камень?

— Можете поверить, что я далек от мысли о таком открытии!

На этом остальные молодые люди, которые находились с ними, готовы были оставить их, чтобы пойти и принять ежедневную ванну.

— Почему бы и нам не пойти? — спросил Браун у своего друга.

— Останься здесь, Джо, молю тебя, и побудь со мной в моём одиночестве! — вздохнул молодой лорд, погрустнев.

— Я с радостью это сделаю, — сказал Браун, — но я не могу объяснить себе, что с вами такое, что вы настаиваете на том, чтобы воздержаться от принятия ванны в этот день.

Собеседники откланялись.

— Если вы передумаете, вы знаете, где нас найти, — сказали они, выходя.

Когда друзья остались одни, Браун подошел к молодому аристократу и сказал:

— Позволите ли вы мне говорить с вами не как простому секретарю, а как брату?

— Ты знаешь, что можешь, Джо; ведь ты мой единственный друг в мире; единственный, кто действительно любит меня!

Я бесконечно благодарен за такие добрые слова, — ответил он, растроганный. — Доверяй мне его всегда! Такому человеку, как вы, нужен такой друг, как я!

— Что ты имеешь в виду?

— О, ничего особенного, но то, что такой человек, как вы, неизбежно окружен роем завистников и подхалимов; у него никогда не будет настоящего друга, который научил бы его и не дал бы ему споткнуться о тысячу и одно препятствие, которыми усеян мир! Одним словом, ему нужен друг, который был бы его щитом, его правой рукой — и я думаю, что я для вас — все это и даже больше!

Друзья горячо пожали друг другу руки.

— И именно потому, что я ваш друг, — продолжал Браун, — я приобрел в отношении вас определенную власть… Не подумайте, что я имею в виду право просить у вас ежемесячно мое жалованье, которое, несомненно, является чрезмерным для моих скромных услуг! Это не то, к чему я стремлюсь, можете поверить. Я — ваш настоящий друг, и как таковой, я имею право знать, что вас беспокоит, чтобы утешить вас, насколько это в моих силах.

 С вами что-то не так, что-то вас печалит; ваше сердце болит, без сомнения! Несколько недель назад вы уже не тот веселый и неунывающий товарищ, каким были раньше. Вы производите впечатление человека, бесповоротно обреченного на страдания неврастенией.

— О, не преувеличивай. Джо, не преувеличивай!

— Никаких преувеличений; вы стали меланхоличным и часто проявляете странную сдержанность.

— Тише! — резко прервал Джеймс. — Мне кажется, что кто-то едет верхом.

И действительно, по узкой дорожке, ведущей к королевской дороге, проехала всадница, одетая в богатый бархат, как паломница. Под подолом ее юбки виднелись маленькие ножки в очень изящных сапожках для верховой езды, с художественными серебряными шпорами на каблуке.

Неподалеку от красавицы ехал мужчина с подстриженными усами, тоже элегантно одетый.

Но сразу же стало ясно, что он не ровня ей, а максимум — конюх или лакей.

— Вот маленькая аргентинская вдова, — воскликнул Браун, увидев ее. — Люди правы, когда говорят, что она самая красивая и самая интересная женщина из всех, что когда-либо жили.

Самая красивая и самая интересная женщина, которая приехала в Эсбери в этом сезоне.

— Попридержи язык, Джо, — тихо приказал лорд Лейк, — ты привлечешь ее внимание к нам.

Но все было тщетно: когда двое проезжали мимо открытой балюстрады ресторана, леди ускорила шаг лошади и, подойдя к перилам, за которыми стояли два молодых человека, воскликнула, обращаясь к аристократу: