Роман в рассказах "12 Актов Каркозы"

Акт I. Желтый гость

Мое имя определенно звучало дико для этих мест…иронично…но тут, на Аляске, в этой заброшенной русской хижине, дикарем был я, а не местные племена инуитов.

Спросите, почему же я, Теодор Ван дер Линд, наследник своей семьи, уходящей корнями в голландские дебри, оказался на краю цивилизованного мира? Что ж, позвольте вам поведать.

Я происхожу из старинного аристократического рода корабельных мастеров. Мой далекий предок был выходцем из Голландии, из какой именно части этой политической коалиции он был, не мог сказать даже прадед, который скончался на мое двадцатидвухлетие…

Да уж, именно мое двадцать второе день рождение, стало поворотной точкой всей моей жизни… Как младшему, третьему сыну в семье, мне не позволили заняться семейным бизнесом по производству мебели, оставив это на моих братьев. Но я и не был против – взамен мне дали полную свободу действий…и пожалуй, если бы не тот случай, я бы наверное провел бы всю свою жизнь в лучших традициях золотой молодежи: выпивка, казино, женщины и сигареты…

Но та книга. Она изменила все, и вправила мне мозги, за что я ей до сих пор благодарен. Пусть она и старая, с разваливающейся, дряхлой обложкой, которая когда-то была желтой, пускай в ней нет трех четверти страниц. Но именно она сподвигла меня к моему истинному предназначению – пути пера и чернил, как говорили в старину.

Я стал писать, вначале мое увлечение посчитали чем-то смехотворным, пусть и достойным делом для джентльмена из знатной, «старинной крови», которую понемногу, но затмевала менее знатная, но зато намного более богатая семья Рокфеллеров.

В возрасте двадцати лет, я наконец поставил точку в своей первой, и по иронии судьбы, последней книге. «Пьеса о Забытом Короле», так я назвал свою историю о великом, но одиноком правителе, что отчаянно искал себя в безумном мире лжи и обмана…и в итоге, я сам стал словно главный герой своей книги.

Два года. Два года продлились мои тщетные попытки достучаться до издательств, доказать известным критикам и авторам то что моя идея свежа, оригинальна…гениальна.

Но нет. Критики были неумолимы. Я был осмеян, унижен, и что самое ужасное, даже вызвал слухи, что тут же перескочили на мою семью. Это было ужасно…попытки достучаться до издательств, доказать что-то критикам, бесконечные ссоры в родном доме, а затем еще и внезапная смерть прадеда, в которой обвинили мое безответственное поведение.

И ведь вначале мне говорили, что я могу стать великим. Мои идеи, высказывания, о них говорили, обсуждали, даже перенимали, превознося меня как юного гения, будущего наследника Эдгарда По…

Но потом…это все рассыпалось. Я забросил перо, и с головой окунулся на самое дно бутылки, заливая свою обиду и злость на весь мир тем, от чего меня однажды спасли книги.

Потом я успокоился, забыл о тех мечтах что я лелеял в своем сердце, и отдался ежедневной рутине, решив воспитанным джентльменом и хозяином своего дела…Но однажды, я вновь взял в руки старенькую, чудом сохранившуюся книгу в руки…

И вновь меня озарило. На столе опять появились стопки бумаг, старая, поросшая пылью и забытьем история вновь вдохнула полной грудью, обретая новые повороты, сцены, сюжеты…

Думаю, дальше вы догадаетесь сами…Я вновь потерпел неудачу. И поэтому сейчас я тут. В старой, но крепкой и теплой хижине, с изрядным запасом продовольствия от местных алеутов, которые явно приняли меня за безумца или чудака…впрочем, со стороны это так и выглядит.

Окинув взглядом свою лачугу, я хмыкнул, осматривая в свете керосиновой лампы расставленные на полках книги, журналы, сборники научных отчетов, небольшой походный чайник, уже закипающий над пламенем очага. В массивном шкафу расположилась пара дорогих, но непрактичных одежд, которые меня, как джентльмена, обязали взять с собой, на столе покоился ворох блокнотов, связка перьев, а также сухие китайские чернила, что можно было легко развести водой.

Тихий треск горящей древесины и углей навевал сонливость, однако завывания беснующейся за окном пурги… Да уж, теперь он и вправду один.

Впрочем, если судить по мифам и байкам местного народа, то в их снежных бурях живут келетки – злые духи, что в такие бури уносят с собой попавшихся им людей. Довольно жуткое предание, которое, как и все подобные истории должно предостерегает новые поколения от опасностей, которым они не смогут противостоять…

Потянувшись, я перевел взгляд на аккуратную стопку писем, которые бережно сохранял до этого момента: письма из издательств, которые несли в себе один и тот же ответ – ваша рукопись банальна и ничтожна.

Я уже давно не злился, я просто устал. И лишь книга вновь пробудила во мне смелость вернуться к старому увлечению…но. По итогу я сидел перед озаглавленным черновиком, не в силах написать ни единого слова дальше. Все мое предвкушение, сосредоточение на цели, энтузиазм…все что заставило меня забраться так далеко…вновь исчезло. Отступило. Оставило меня на едине с самим собой. Наедине с пустотой, которая была страшнее любого местного демона или духа, скрывающегося в ледяной пурге.

Тишина…не внешняя – внутренняя пустота. Холод, который не решалась разогнать ни одна искорка…и именно тогда, в момент полной, беззвучной капитуляции, когда я уже был готов признать, что моя попытка воссоздать полузабытое прошлое была лишь эксцентричным, эгоистичным, и поистине идиотским поступком…я услышал его. Стук.

Вначале я принял его за один из голосов бури: мало ли какая ветка могла начать хлестать по крыше или стене старой избы, или же и вовсе стал сползать и трескаться ледяной наст на крыше…но ритм был другим. Неровным. Настойчивым. Стучащим из одного места – окна напротив стола…за которым я с удивлением заметил какой-то желтый силуэт.

Тогда я подумал, что это максимально странно и дико. Путник посреди дикой метели, даже если и зверь. Да еще и стучавшийся в окно, а не в дверь или стену, а именно в окно напротив стола…

На секунду по телу пронесся табун мурашек, а сердце пропустило удар от страха…почему-то казалось, что нечто за окном – явно один из тех самых злых духов инуитов…однако…тишина, та давящая, сводящая внутренняя тишина отступила, растворилась в окутавшем тело жаре и потоке настороженных мыслей…