Ромашка для охотника. Полюбить убийцу

Глава 6

Ралиф

В глазах девушки сверкнул протест, который был настолько же силён, как шторм, что налетел на скалу в желании разбить её, раскрошить на мелкие осколки.

— Нет уж, даже не спорь! — решительно заявила в ответ моя ромашка и принялась осторожно снимать с меня походную куртку.

Тяжело вздохнул и тут же поморщился от пронзительной боли. Когти зверя проникли глубоко, разорвали плоть и возможно даже достали до кости.

— У тебя всё будет хорошо, — бормотала она, слегка смочив тряпку обеззараживающим зельем. Прикоснулась к моему плечу, аккуратно очищая его от грязи и крови, и с тревогой посмотрела мне в глаза. Но я больше не сопротивлялся и девушка осторожно продолжила.

Я сидел у толстого дерева, плотно сжимая здоровой рукой рукоять меча, пытаясь стерпеть ломающую боль. Даже смог улыбнуться, заметив, как продолжая промывать рану, Аманда то и дело поглядывает на старые шрамы. Отметины былых сражений и боли.

— Сильно жжёт? — тихо спросила, заботливо подув на рану.

Я не издал ни звука. Всегда знал, что боль — лишь временное явление. А вот после неё придёт усталость и слабость.

Нельзя. Нельзя позволить себе развалиться на части. Нельзя сдаваться. Мы должны идти дальше. Это единственное, что нас спасёт. Долгая остановка, когда по нашим следам идут охотники за головами станет нашей роковой ошибкой, последней…

— Прости, это для твоего же блага, — шептала она, продолжая прикладывать пропитанную зельем ткать и дуть на рану.

Работая аккуратно и ловко, она старалась причинять мне как можно меньше боли.

Я сфокусировался на её прекрасном лице, пытался запомнить каждую чёрточку, каждый взгляд, каждую ресничку и каждый волосок, выбившийся из светлой косы.

Закончив с промыванием раны, она дрожащими руками принялась вдевать зачарованную нить в узкое ушко иголки.

— Сейчас… Потерпи немного… Ну же! Сейчас получится…— наконец, кончик нитки скользнул в ушко и Аманда облегченно выдохнула. Её пальчики были нежны, одним касанием к моей коже, приносили прохладу и облегчение. Каждое движение ромашка делала с особым вниманием, чтобы не причинить мне дополнительной боли.

Ох, как заботливо она касается… Тьма, я же так привыкну!

Девушка начала накладывать швы там, где это необходимо, её руки перестали дрожать — она сосредоточилась на задаче и даже я позавидовал отточенности её движений.

Покончив с этой непростой задачей буквально за минуты, она принялась за бинты. Шаг за шагом накладывая чистую ткань на моё предплечье, девушка бросала на меня быстрые, внимательные взгляды. Она старалась накладывать слои ткани так, чтобы они оказывали нужное давление, не передавливали и при этом не стесняли движений.

— Все будет хорошо… — повторила она, словно пыталась убедить не только меня, но и себя в этом.

Вздохнул от боли, но скованно улыбнулся ей, пытаясь выразить всю свою благодарность.

— Будет, — ответил, наконец, выпустив меч и провел рукой по ее шелковистым волосам, что меня так манили.

— Ты спас меня, — едва слышно прошептала она, потупив взгляд. — Снова…Спасибо.

Голос её голос дрожал от чувства признательности, щёки заалели и в этот момент она казалась настолько милой и хрупкой, но мне пришлось приложить небывалые усилия, чтобы не коснуться её нежных губ.

— Твоя безопасность — это вся благодарность, которая мне нужна, — произнес я, вкладывая в сказанное гораздо больше, чем могли передать слова.

Что со мной делает эта девчонка?

Улыбаюсь сквозь боль и усталость… немыслимо.

— Я всегда буду защищать тебя… — сказал зачем-то, положив свою большую руку поверх её маленькой.

Что ж… Если девушка так и не проявит тех же чувств, что испытываю к ней я, боль станет моим постоянным мрачным спутником, неотступно следующим по пятам после каждого моего шага, скрываясь за каждым моим вдохом.

Такая же боль, как я чувствовал сейчас от свежей раны.

Нет… гораздо хуже.

Нельзя думать об этом сейчас. Погоня всё ещё наступает нам на пятки.

— Достань из сумки рубашку, пожалуйста… — попросил, чтобы не напрягать руку.

Девушка тут же выполнила просьбу и отодвинув мою протянутую руку, сама помогла одеться.

Упрямая ромашка…

— Мы должны идти, — я поднялся, напрягая каждый мускул, чтобы преодолеть боль и не подать виду.

Ада смотрела на меня так… В её глазах теплилось нечто большее, чем просто забота о своём защитнике.

Или мне только хотелось это видеть?

— Ты должен отдохнуть. Ране нужно дать стянуться хоть немного. Тебе не поможет упорство, если оно приведёт к смерти, — её мелодичный голос был спокоен, но настойчив. — А я не переживу, если потеряю ещё и тебя…

Я ничего не ответил, только скорее отвернулся, стараясь скрыть улыбку и делая первые шаги по мягким лесным опадам. Она шла рядом, неотступно следуя за мной сквозь густые, колючие заросли, и даже не жаловалась.