Росси Янка

Глава 1. Пробуждение

Я пришла в себя резко. Так, словно вынырнула из морской пучины на последнем дыхании. Громко вдохнула воздух и села на постели.

Глазами жадно осматривала помещение, в котором оказалась. Когда-то мне довелось бывать в городской больнице. Отцу стоило бешеных денег вывести меня из комы, в которую он же меня и загнал, вколов лекарство от простуды. Палата, в которой оказалась, очень напоминала реанимационную, в которой я тогда очнулась.

Что удивительно, отец обещал, что после укола тонким шприцем с бледно-розовым раствором я больше никогда не буду болеть. И оказался прав – я действительно с тех пор ни разу не болела. Повлияло ли на это волшебное лекарство или всё-таки забота мамы была сильнее коварных микробов и вирусов – угадать сложно. Но факт остается фактом.

Белые стены, широкая кровать с бортиками и удерживающими лентами поверх одеяла, тревожно пиликающая аппаратура вырвали вдох облегчения – я спаслась от неминуемой гибели.

И только тревожная мысль о судьбе мамы не давала покоя. Палата была довольно просторной для того, чтобы разместить здесь от четырех до шести таких кроватей. Но я находилась здесь почему-то одна.

Неужели выживших было так мало? Да и где бы в Абхазии взяться такой ухоженной больнице с современным оборудованием? В Гагре общественные здания давно были разрушены если не прилетевшими ракетами, так мародёрами и воюющими сторонами.

По крайней мере, найти такое кипенно-белое постельное бельё не представлялось возможным. Вся торговля и отрасли медицины, пищевой и лёгкой промышленности давно были ориентированы на поставки для военных нужд, исключая помощь населению.

На стене неожиданно засветился прямоугольный контур с закругленными углами. Только сейчас я поняла, чего не хватало в этой палате – выхода. И как я не обратила внимание на данное обстоятельство раньше?

Дверь, вопреки моему ожиданию не открылась, а, как купе, отъехала вдоль стены, пропуская в проём симпатичного мужчину, очень непохожего на врача.

Его идеальное, сияющее фарфоровой и ровной кожей лицо было женоподобным, а длинные белоснежные волосы, стянутые в свободный хвост, доставали ему до талии. Но не это меня повергло в шок – глаза мужчины светились сиреневым цветом, а от шеи вдоль плеч до запястий и от позвоночника до боков его кожа была покрыта белой чешуёй, отливающей таким же сиреневым цветом. На его накачанный пресс и грудные мышцы можно было бы любоваться, если бы не отсутствие сосков. Ниже талии, слава богу, мужчина был уже одет в тёмные штаны, выгодно очерчивающие сильные мышцы, а на ступнях имелась черная обувь.

- Та суэр ун линх коуфтун? – Задал он мне вопрос мелодичным, певучим тенором. – Алье сати рамаль?

«Если я сошла с ума – то черти в этом аду определенно миловидные»- подумалось мне. Жаль только, что я ничегошеньки из его речи не поняла.

Нахмурила брови, и попыталась донести иноземцу сей факт.

- Я не понимаю, что вы говорите. – Приложила руку ко лбу, поморщилась и повторила фразу еще раз, добавив дельный, по моему мнению, вопрос. – У вас есть переводчик?

- Ла суэр ти. – Мужчина подошел к белоснежной тумбе и направил на её поверхность раскрытую ладонь, после чего верхняя крышка приподнялась, обнажив разложенные в ряд металлические инструменты и несколько белых цилиндров. Но добычей блондина стала небольшая пластинка, на которую он нажал, направив на меня.

В голове резко завизжало-заскрежетало, словно кто-то рядом вдруг начал резать металл болгаркой. Я схватилась за виски и завизжала. А звук резко пропал.

- Ла суэр ти. – Повторил мужчина и, видя моё непонимание его речи, нажал снова.

Из глаз брызнули слёзы от громкого скрежещущего звука, словно черепную коробку вскрывали без наркоза. Голова нещадно разболелась, не унявшись даже тогда, когда звук снова перестал терзать мою нервную систему.

- Теперь ты слышишь меня? – Раздался голос мужчины в моей голове.

- Да! – Выкрикнула я, боясь, что экзекуция снова повторится. Для верности ещё закивала, не смотря на боль.

- Придется тебе потерпеть. – Поджал губы этот недомужчина. – Я синхронизирую твой альдо с нашими.

Новая вспышка боли от сильного звука унесла меня в темноту. Впрочем, моё нахождение в небытие было недолгим – в чувство меня привели лёгкие похлопывания по щекам.

Осознание, что кошмарный сон ещё не прошёл, повергло в уныние. Еще несколько таких экспериментов, и я точно умру.

«Состояние здоровья представителя рода Хомо, семейства Гоминид на девяносто пять процентов не вызывает опасений. Оболочка печени, селезёнки и почечная лоханка будут восстановлены неизвестной системой в течение двух земных часов» - раздалось у меня в голове.

- Кто здесь? – Завертела я головой, не обращая внимание на удивлённого блондина, что сделал пару шагов назад, внимательно меня рассматривая.

«Вас приветствует интерактивная интегрированная система Альдо, принятая к внедрению восьмым Всесоюзным Советом Галактик для облегчения взаимодействия между населением союзных планет и галактик с отличной культурой, преодоления языковых барьеров и отслеживания состояния здоровья организма. Назовите вашу национальную принадлежность для добавления в общий языковой пакет» - прервал творящийся в моей голове хаос из панических мыслей, тот же самый механический голос в голове.

- Россиянка. – Так же механически ответила я на поставленный вопрос.

- Росси Янка? – Разделил мой ответ на два слова блондин. И тут же что-то ввёл на пластинке, которую держал в руках. Пластинке, что чуть не свела меня с ума от боли. – Меня зовут Ильяс Ланди. Вы догадываетесь, где находитесь, Росси?

- Яна. – Поморщилась я. – Меня зовут Яна. А кто вы и почему я здесь? Где мама?

Наверное, эти вопросы должны были стать первыми после моего пробуждения. Только ситуация была отнюдь не простая – женоподобный мужчина и компьютер в моей голове добавляли иррациональности в сложившейся ситуации.