Роза Элбхилла. Истории Дормера.

Глава 2.

Роза Михайловна Видаль, попаданка в магический мир, сыграла не вполне себе честно. С её точки зрения. Но правильно. Нужно же было отвлекать внимание мага...

Лорд Ордон рыкнул:

- Признавайтесь! Кто вам помогает?

Хозяйка приюта улыбнулась и "призналась":

- Ну, как же! Бывшие воспитанники помогают! В благодарность за то, что кто-то не оставил их самих, подарил нормальное детство и перспективы! Они сильные маги. Многие сделали карьеру. Пусть семьи бросили их, но королевство сумело оценить. Ещё бы! Они ни в чём не уступают вам, высокородным! Они и есть вы! Только что без защиты семьи и привилегий!.. Как ваш внук...

Всё! Внимание Ордона мигом сместилось с женщины на причину, по которой он сюда, собственно, и явился. Остыл. Остро глянул, подозревая подвох. Роза по возможности "наивно" похлопала ресницами. Ну, как же! Вот она какая! Отвечает. Сотрудничает. Не скандалит. Не обижается.

Ордон отступил. Пока. Вернулся к главному, собираясь заняться женщиной и её знакомствами параллельно основным своим заботам и делам. Как делал всегда. Пошёл напролом:

- Раз всё обстоит именно так, и вы болеете за своих воспитанников, мисси Роза... Уверен, вы будете рады, что я решил забрать внука. Под защиту семьи, как вы выразились.

Роза не удивилась... Сделала свой ход. Разулыбалась так "доброжелательно", что не нужно быть хитрецом, чтобы заподозрить подвох:

- Благородные мотивы делают нас лучше, лорд Ордон! И не остаются без воздаяния! Не так ли?

Мало того, что мило улыбнулась. Так ещё и позволила себе бросить взгляд и задержаться... Да-да, именно так! На идеально безволосом черепе высокородного. В который раз поражаясь силе магических средств. Несколько месяцев! И ни единого волоска не проклюнулось!..

Благообразная, наскоро сляпанная мина высокородного дала трещину. Сначала лицо "инопланетянина" порозовело. Налилось цветом. Побагровело... Ещё бы! Сложно представить насколько жестоко насмехались над ним в последние месяцы! Над отсутствием ресниц и бровей даже сильнее, чем над лысой головой!

Втихую, понятное дело. Отец Веки вызвал бы на поединок любого, кто посмел бы открыть рот с явной издёвкой. А потому всё, что позволяли себе самые отъявленные высокородные шутники, только "сочувствовать". Участливо интересоваться, как же так угораздило лорда Ордона?

Были ещё вопросы. В том же духе. Кто посмел так обойтись с ним? Что за умелец? Покойный, вероятно, умелец... Не может же быть такое, чтобы кто-то посмеялся над высоком лордом подобным образом и остался жив!

Всё, что оставалось отцу Веки, только напускать таинственный, чуть печальный вид. Особо досужим туманно отвечать, что его необычный вид следствие эксперимента. Ему участливо кивали в ответ. "Верили". "Сочувствовали". Смеялись втайне. А ему хотелось убить всех. Наглецов, достающих расспросами. Мерзких, мелких бастардов. Их хозяйку.

Сдерживался. В приют не заявился ни разу. Хоть несколько раз начинал строить портал. Как правило, по вечерам. Приняв чего-нибудь горячительного, чтобы унять в хлам издёрганные нервы. Сдерживало лорда, кстати, не то, что можно было бы подумать...

Роза радовалась, что Ордон "отстал" и потерял к ней интерес. На самом деле, всё было ровно наоборот. Совершенно иначе. Лорд Ордон, можно сказать, затаился, ждал подходящего момента и вынашивал планы... Высокородный вполне себе понимал, что в таком злобном, развинченном состоянии не сможет играть тонко и правильно. Отпугнёт женщину.

Ждал, когда дочь перестанет дурить. Нервы успокоятся. Жизнь войдёт хоть в какую-то колею. Тогда он и навестит приют. С подарками, а не угрозами. Не сложилось... Века выкинула очередное коленце. Он решился. Собрался и отправился не на свидание, а воевать. Уже в Элбхилле пришёл в ярчайшую, незамутнённую ярость. Когда навёл справки о "матушке" Розе. Он то думал, что она будет тихо сидеть на месте и заниматься младенцами и пелёнками!..

История с лекарем Элбхилла, сражённым страстью к хозяйке приюта и поплатившимся за это, разъярила лорда до белых мушек перед глазами. Он потому и ляпнул бестактно при встрече, что она похорошела. Не сдержался.

И теперь тайком, плотоядно рассматривал девушку, идущую рядом. Пытаясь попутно сообразить, почему она так действует на него. Мало что-ли красоток повидал и затащил он в постель? Почему такая дикая, непонятная реакция?

Хотелось уничтожить её за издевательства и трудности, что он огрёб по её милости. Поцеловать хотелось, правда, сильнее. А ещё... Он просто млел в её присутствии. Как старый кот в семейном поместье. Он, кажется, испытывал то же самое, когда объевшись мясных обрезков вываливался из кухни и падал с лап у стены. На самом ярком солнышке.

Повара подкармливали старика. Опасались выволочки от хозяина. А он наблюдал иногда за пушистым сибаритом и вздыхал. Вот у кого стоит поучиться умению расслабляться и получать удовольствие от жизни! Посмеивался. Гладил разбойника тайком, когда никто не видел.

Кот смотрел на него покровительственно и сочувственно. Что-то вроде:

- Нелегко тебе, хозяин? Забей! Смотри! Еда, солнышко, кошки! Чем не повод для счастья? А у тебя этих поводов побольше моего!..

Высокий лорд усмехался. Еда и удовольствия давно потеряли привлекательность. Ещё в юности. Им на смену пришли политика и желание власти. Женщины? Они прилагались к тому и другому. Были взаимозаменяемы. Холодные, циничные, хищно следящие за тем, чтобы не продешевить.

Жена, мать Веки, была другой. Юной, наивной. Влюбилась в него, как дурочка. Цеплялась за него... После её смерти он чуть с ума не сошёл. Творил просто чудовищные вещи... Пока однажды старая нянька, растившая его самого, не принесла и не положила ему на колени кулёк с ребёнком.

Сколько месяцев было Веке тогда?.. Он старался не вспоминать... Из него дух вышибло, когда она распахнула глазки и посмотрела на него глазами жены. Чуть не сдох... И влюбился сам. Всё, что стыдился проявить к жене, отдал дочери. И она щедро, искренне любила его в ответ.