Роза от Деда Мороза

Глава вторая

– Опаздываем? – он обвёл взглядом вмиг притихший лифт.

Владиславу Алексеевичу не нужно было даже повышать голос. Один его укоряющий взгляд довёл до сердечного приступа всех присутствующий, хоть некоторые и не работали в нашем банке.

Ох, лучше б он на меня не смотрел. Теперь вот точно уволит. Я тут без году неделя, а уже опаздываю. Да ещё и видок у меня не для слабонервных.

Осторожно заглянув за плечо управляющего, я пыталась рассмотреть себя в зеркальных дверях лифта. Тушь, как я и предполагала, благополучно сползла на щёки, превращая меня в гибрид панды и Мэрилина Мэнсона. А мои светлые волосы, затонированные водицей из лужи, приобрели «очаровательный» оттенок «дохлая мышь». Придя в ужас от увиденного, я решила, что надо срочно исправлять ситуацию.

– Разрешите, – я сунулась поближе к зеркалу, слегка потеснив руководство.

Руководство при этом посмотрело на меня с удивлением, как будто дохлая мышь внезапно ожила, да ещё и осмелилась что-то пропищать. Но от зеркала наш небожитель всё же отодвинулся, давая мне место. Придвинувшись, я попробовала пальцами оттереть следы туши, но стало только хуже.

– Возьмите.

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Владислав Алексеевич протягивал мне свой носовой платок. К чему бы это? Хотя понятно – не хочет, чтобы я своим неподобающим видом портила репутацию банка.

Осторожно взяв протянутый платок, я зависла, разглядывая это чудо. Нежнейшая ткань настолько тонкая, что почти прозрачная. Вероятно, батист? А в уголке вышиты инициалы В. А. Серьёзно? Кто сейчас вообще пользуется такими платками, да ещё и с вензелем? Как будто я в исторический сериал попала.

Портить столь красивую вещь было неловко, но выбора у меня не оставалось, потому я, поплевав на изысканную ткань, принялась оттирать утренний конфуз с физиономии. Закончив, протянула платок обратно его обладателю. Тот, взглянув на чёрные разводы на некогда белоснежной ткани, вежливо отказался:

– Можете оставить себе.

«Надо же, цаца какая», – подумала я.

Тут и лифт вознёс нас на нужный тридцать восьмой этаж, и я вместе с другим офисным планктоном вывалилась из кабины. Руководство обитало выше.

Светка, подруга по офису, перехватила меня уже на подступах к рабочему месту.

– Что это с тобой? – она с ужасом взирала на мою причёску, если, конечно, можно так назвать грязную подливку, зафиксировавшуюся на моих волосах.

– Машина окатила, – вздохнула я.

– Это к счастью, – тут же отозвалась Светка, для которой всё происходящее неминуемо вело к счастью. – Но последствия нужно срочно ликвидировать.

– И как я, по-твоему, смогу это сделать в офисе? – скептически прищурилась я на неё.

– Идём! – Крепко схватив за руку, подруга потащила меня в туалет и с разгона затолкала мою голову под кран.

– Что ты творишь! – попробовала вырваться я, но было уже поздно – Светка азартно намыливала мои волосы жидким мылом.

Стоя в позе «зю» и терпеливо ожидая окончания экзекуции, я с тоской думала, во что сейчас превратятся мои избалованные волосики без нормального шампуня и кондиционера.

Наконец подруга закончила издеваться над моей головой и принялась отжимать волосы.

– И как я теперь высушусь? – поинтересовалась я. – Тут не то что фена, даже полотенца нет.

– Зато есть сушилка, – азартно поведала Светка, подтаскивая меня к неистово гудящей штуковине.

– Снеж, где ты ходишь? Там тебя начальство вызывает! – в дамскую комнату ворвалась Татьяна.

– Подождёт Михалыч, – отмахнулась от неё Светка, продолжая запихивать меня под орущую сушилку.

Михалыч – это наш непосредственный начальник. Андрей Михалычу ещё и сорока не было, но выглядел он при этом так себе. Пивной животик уже невозможно было спрятать под одеждой, поредевшие волосики смешно разложены, чтобы прикрыть наметившуюся плешку, а от природы маленькие глазки по понедельникам и вовсе исчезали после хорошо проведённых выходных.

Сначала Михалыч показался мне вполне приличным мужиком, но потом… Потом, позвав к себе в кабинет, он подсел рядом, и его рука как бы невзначай легла на мою коленку. Мне стало противно и немного обидно. Почему такой, как он, решил, что я отвечу ему взаимностью? Неужели я настолько фигово выгляжу?

Руку я убрала и сразу отсела подальше. Начальник намёк, вроде, понял. Больше не приставал. Вот только с той поры мои рабочие задачи увеличились ровно вдвое, и я решительно перестала вписываться в график, хоть и оставалась допоздна в офисе.

– Да не Михалыч. Её на самый верх зовут, – перепуганная Танька, округлив глаза, ткнула пальцем в потолок. – Что ты натворила?

«Легче сказать, чего я не натворила. Отчёт ещё не сдала, опоздала, пришла в непотребном виде, испортила чудо-платок руководства и так далее, – с тоской пронеслось в моей голове. – Уволят теперь как пить дать».

На негнущихся ногах я доползла до лифта и нажала на кнопку с номером сорок. Вроде бы нас разделяет всего-то два этажа, но, когда двери распахнулись, я поняла, что попала совсем в другой мир.

Если на нашем нижнем уровне всегда стоял гвалт, кто-то куда-то бежал, то здесь, у небожителей, царили спокойствие и умиротворение, как в дорогих отелях. Откуда-то с потолка лилась тихая музыка, сплетаясь с журчанием фонтана, чьи тонкие серебристые струи то взмывали вверх, то распадались на мириады сверкающих капелек. Вокруг не было ни души, только девушка на ресепшн, словно сошедшая с обложки модного журнала, приветливо улыбалась мне.