Роза от Деда Мороза

Глава пятая

Мне пришлось ждать, пока Паша принесёт и подключит новую клавиатуру. Старая кофейный душ не пережила.

«Больно чувствительная», – фыркнула я про себя.

После того, как Пашенька закончил колдовать над моим компом, он внезапно предложил:

– Пойдём кофе попьём? А то ты своей порцией клаву напоила.

Давно стоило его на ревность вывести. Глядишь, мы бы уже встречались вовсю, а не переглядывались до сих пор, как тинейджеры какие-то.

Радость от приглашения немного омрачили непрошенные мысли: «Уж не затем ли он позвал меня в кафе, чтобы я кофе на рабочее место не приволокла и опять не залила уже новую клавиатуру?» Но я постаралась не думать об этом. Какое-никакое, а всё же у нас свидание. Пашенька даже на пироженку расщедрился, которую я, конечно, съела, забив на диету.

После такого приятного перерыва мне всё же пришлось вернуться к работе и просидеть над ней допоздна, как я и думала. До дома добралась только к началу одиннадцатого. Поднялась на свой этаж и замерла. У моей двери, привалившись к косяку, стояла роза невероятной красоты. Да не какой-нибудь задохлик, а шикарный экземпляр. Крупный цветок насыщенного красного цвета был словно бархатный. Аромат я почувствовала уже от лифта, а такой длины и вовсе никогда не видела. Слышала, конечно, что бывают двухметровые розы, но вот увидела впервые.

Я начала крутить головой, решив, что это пранк. Явно ж не мне это чудо предназначалось. Но на площадке было пусто. Тогда я решилась: бережно подхватила розу и зашла с ней в дом.

В квартире меня поджидала злая кошка. Бонита терпеть не могла, когда я задерживалась. Пришлось выслушать все кошачьи претензии и вприпрыжку нестись кормить голодное животное. Насыпав корма Боне, я поспешила заняться розой. Чтобы она дольше простояла, я подрезала, зачистила и расщепила низ. Достойного сосуда для такой красоты у меня, естественно, не нашлось, пришлось запихнуть в обычную вазу и прислонить к стеночке для равновесия. От присутствия розы комната сразу преобразилась, но радость моя была недолгой. Пока я на кухне разогревала себе ужин, вернувшаяся в комнату после перекуса кошка решила вплотную заняться новым арт-объектом. Через минуту это животное, видимо, собравшееся станцевать аргентинское танго, появилось в дверях кухни с розой в зубах. Пришлось в срочном порядке бросать недоеденную котлету, чтобы пресечь внезапный кошачий танцевальный порыв. В этой схватке хоть я и вышла победительницей, но успела получить несколько ранений как от возмущённой кошки, так и от спасаемой розы.

Пока я поднимала с пола вазу, вытирала лужу и прятала цветок в ванной от греха подальше, кошка сочла мою недоеденную котлету достойной компенсацией за отобранный трофей и приговорила её. Я обречённо решила, что это знак – надо меньше жрать, и отправилась спать.

Но сон не шёл. В голове толпились мысли. Откуда взялась эта роза? Кому предназначалась? А если мне, то кто подарил? Цветов мне тысячу лет не дарили. Бывший приволакивал дежурный веник дважды в год – на день рождения да на Восьмое марта. Собственно, это и явилось одной из причин, почему он сейчас бывший.

Итак, если допустить, что роза всё же мне, кто ж её принёс? Может, это Паша? Больше-то и некому. А если он, то что это значит? Спросить у него завтра? А вдруг не он?

«Нормальные люди записки, вообще-то, оставляют! – начала мысленно злиться я на дарителя, который своим подарком выбил меня из колеи. – А может, там была карточка, а я в ажиотаже не заметила?»

Последнее умозаключение моего вскипающего мозга подбросило меня на кровати. Надо срочно бежать, посмотреть, не завалялась ли бумажка за дверью! Сказано – сделано. Подорвавшись, я, как была, в ночнушке, бросилась на лестничную клетку искать открытку с признанием в любви.

Надеюсь, мои соседи в это время уже видели десятый сон, потому что, если б им вздумалось посмотреть в глазок, увиденное могло бы их шокировать. На нашей площадке всегда царил таинственный полумрак: баба Дуся из сороковой квартиры, опасаясь кражи, красила единственную лампочку тёмно-синей краской. В результате действий бдительной соседки свет у нас горел крайне тускло, но, главное, на лампу действительно никто не покушался.

И теперь в час ночи в этом сумраке на нашей лестничной клетке нечто в белом балахоне рыскало по углам. Это я, путаясь в подоле ночной рубашки, искала любовное послание. Письмо я так и не нашла, но пока была занята поисковыми операциями, упустила из вида свою кошку-прохиндейку. Бонита, углядев в дверной щёлке открывшиеся возможности, рванула на свободу. Я бросилась отлавливать неугомонное животное, но сделать это оказалось не так просто. Боня, решив, что середина ночи – самое время для догонялок, радостно скакала по всей лестнице, а я, тихо матерясь, гонялась за ней. Отловив, наконец, бессовестную кошку, я отправилась с ней спать.