Розамунда отжигает, или отбитая для проклятого

Глава 58

– Какого… хрена?!

Да, это была моя первая фраза после того, как я открыла глаза. И не столько даже потому, что меня похитили, а потому, что очнулась я не в подвале, подземелье, графских развалинах, лесной избушке – нужное подчеркнуть, – а в шикарной, судя по мебели гостиной, какого-то недозамка! Тут одни только потолки каменные были метров девять в высоту! А с них спускалась вниз огромная хрустальная люстра, освещавшая всё пространство! И это я ещё не заикаюсь о стрельчатых окнах, сейчас наглухо закрытых фиолетовыми портьерами, мебели из дерева, золотых подсвечниках, фарфоровых статуэтках, дорогому, но сейчас откинутому, чтобы открыть пол, ковру с золотой вышивкой… В общем, полный королевский фен-шуй! Что, в общем-то, не слишком логично при похищении, ну да ладно...

Но самое главное, что во всём этом фен-шуе я сидела на полу, внутри какой-то пентаграммы или ещё чего-то, начерченного мелом, вокруг меня кругом были расставлены свечи, горящие, замечу я, а передо мной, в кресле, в кипенно белых одеждах сидел прекрасный в своём дибилизме местный Чикатило!

– Как грубо! Тебе так не кажется, Роза? – усмехнулся Квиндланд, смотря на меня с высоты своего положения с нескрываемым превосходством и странным любопытством, – У нас, увы, не обучают этикету, но неужели ты не понимаешь, что так выражаться в приличном обществе нельзя? – эта тварь даже языком поцокала!

А я, между прочим, сидела на холодном полу, как приклеенная из-за какой-то магии, в тонком кожаном платье! Сволочь! У меня же цистит будет!

– Слышишь ты, Чикатило местного разлива! – зашипела я, будто кошка, тщетно пытаясь сорваться с места. Печать под моими ногами вспыхнула красным, – Мне абсолютно похрен на этикет!... Но… Твою историю я бы послушала, – усмехнулась я, чуть понизив голос, экстренно вспоминая все советы психологов пол названием «при похищении». Я много таких читала. А там черным по белому говорилось, что спорить с похитителем, и уж тем более орать на него, лучше не надо!

Только что-то я сначала наорала, а уже после вспомнила, ну да ладно…

– А с чего ты взяла, что я тебе её расскажу? – усмехнулся в ответ парень, подавшись вперёд, – И чего такие резкие перепады настроения?

– Перепады? Да так, ПМС, не обращай внимания! – отмахнулась я, – А история… Это же выгодно, смотри! Разве её кто-то ещё хотел узнать кроме меня? Вряд ли, все, уверена, тупо орали и угрожали! Так что для тебя это шанс выговориться! А мне, лично, как психологу, очень интересно её услышать! Для коллекции, так сказать! У меня отец работал в правоохранительных органах, так там такие вещи рассказывали про серийных убийц... М-м-м, закачаешься! Это, конечно, не значит, что ты серийный убийца, просто я говорю о том, что я слушала… Вот. И я пыталась разложить их типы личностей на составляющие в поисках переломных моментов, когда они встали на кривую дорожку убийств…

Интересно, у меня по лицу видно, что я никогда ещё так не пи… Кхем, лгала?!

– Чего-чего ты делала? – Квиндланд аж ещё вперёд подался, да так, что мне показалось, будто ещё миг, и он тупо свалится с кресла. Парень, да я сама в шоке, что такие умные слова знаю! Не поверишь! – Это как? – он даже моргнул пару раз.

– Ну, я готовилась к поступлению на факультет психологии МВД, – Господи, такой вообще есть? Хотя, какая, к лешему, разница?! Главное рассказать ему про себя столько, чтобы я не стала очередной безликой жертвой! – но папа сказал, что я туда не пойду, это хрень, и вообще мне надо в судмедэксперты. Тогда я послала учебу, положила на неё болт и с довольным видом решила просто отдыхать…

– Отец? – Квиндланд хмыкнул, смотря на меня, как на какое-то странное пищащее существо, скачущее у его ног, – Мило. Мой хотел сделать меня королём.

– Тебе бы пошло, корона, бы на тебе смотрелась, – я мило улыбнулась, что вышло довольно неплохо, ведь я не лгала в этот момент. Королём он бы был харизматичным, да. Но королевство бы охренело от такого жизненного поворота, чую!

– Спасибо… Ты знаешь, Роза, ты… Интересная. Действительно очень интересная… Вот смотрю я на тебя, и вижу нераспустившийся цветок, яркий такой, розовый, красивый… Но никому не нужный… Мне даже уничтожать тебя жаль…

– Так если не хочется, может, не надо?...

– Надо, Роза, надо! Я отказаться не могу – от этого зависит моя жизнь! – со странным болезненным вздохом произнёс Лич. Его взгляд, казалось, будто бы даже немного потух.

– Это всё отец, да?... Ты знаешь, я ненавижу отцов! Они вечно всё запрещают и заставляют делать то, что надо им, а не нам… – мой голос стал походить на шёпот.

– Согласен. Вот я мог просто умереть, а отец решил извлечь из моей смерти пользу. Теперь мне нужно поглотить твою магию, магию упокойщицы, чтобы мой отец стал королём, – произнес он с грустной улыбкой, вновь посмотрев на меня осознанным взглядом, – Этого, ну, твоей магии, хватит, чтобы убить и нынешнего короля, и его бастарда… Нашего ректора… Он же тебе рассказывал, что принц? – усмехнулся вновь Эдриан, подперев щёку ладонью. Я вздрогнула, понимая, что, похоже, кое-кто всё узнал, – Ну что ты, это же было очевидно… – продолжил Эдриан так, будто читал мои мысли, – Ты так резко пошла в гору по предметам, а без хорошего наставника это невозможно… Тогда я стал следить за тобой, подслушивать… Твои бесконечные разговоры сама с собой, беготня по ночам – оно настораживало. А когда после твоей беготни на кладбище воскрес ректор я просто сложил два и два… Ты влюбилась в него, да? – хмыкнула эта тварь, давя на больное. Я не ответила, – Так вот… Ты глупа и наивна, Роза! Как маленький ребенок… Ты не нужна ему. Ему никто не нужен, и любить он не умеет по определению… А ты поверила, да? – будто назло, у меня из уголка глаза скатилась слеза, которая всё подтвердила. Увидев это, Квиндланд хмыкнул, встал, подошёл ко мне и, сев на корточки, стёр эту слезу своими руками. Лишь чудом мне удалось сдержать себя и не отстраниться от омерзения. Сколько же ещё он так убил?...

– Да, и что? – тихо шепнула я. Ну и что? Ну и что?! Как вы все задрали! – Ну влюбилась я, что, нельзя что-ли? Запрещено?! Что с того?...