Розамунда отжигает, или отбитая для проклятого

Глава 59

Я не знаю, сколько я так просидела, но с жизнью и с родными я попрощаться уже успела. Да, заочно. И да, заранее. А что мне было делать ещё? Уповать на чудо? Глупо.

Потому, что чудо, увы, никто, кроме меня не совершит, а я настолько устала, что уже не смогу… И даже если бы не устала – я бы не смогла. На мне была такая магия, которая даже с места не давала мне сдвинуться, блокировала мою собственную, а фамильяр, хотя и был на пальце, был вне зоны доступа. В общем, полная задница, как и обычно у меня.

Нет, ну, хотя, во всем этом есть один жирный плюс – умру я красивой, да! С прической, обутая в ботфорты и в шикарном платье за… Сколько? 56 золотых вроде… Господи, я даже не помню… Как же я устала…

Интересно, а если я умру, хоть кто-то расстроится? Тут, я имею ввиду, в этом мире. Странный, конечно, вопрос, но он почему-то показался мне очень актуальным. Нет, а серьезно… Хотя… Ну а что серьезно? Кирилл разве что, да и всё, вероятно. А, ну, может, магистр Лианс, чисто теоретически…

Не выдержав, я заплакала, уткнувшись носом в колени, чтобы не всхлипывать, хотя выходило плохо и даже громче, чем если бы я в них не утыкалась. И вообще, мне было настолько хреново и обидно, что вскоре слезы переросли в реальную истерику!

– Как же я вас всех ненавижу! Как же я вас всех ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу, твари! – рыдала я, медленно раскачиваясь, – Да за что мне это?! Что я такого сделала в свои девятнадцать лет?! Что?! Почему я должна сдохнуть именно сейчас?! Почему?! Где я согрешила, а?!

Дверь, ведущая в другую комнату, хлопнула, но я не обратила на это внимание, продолжая плакать.

– Роза, не реви! – послышался голос Чикатило, на которого я даже не подняла глаз. А зачем, спрашивается? Что от этого поменяется? Будто я его не видела ни разу, – Ты думаешь, мне легко? – невзирая на моё молчание, Эдриан сел рядом со мной, в едой одежде прямо на пол, подогнув под себя ноги.

Мамы моей на него нет… Она бы этот белый костюм заставила его руками после стирать…

Мама… Мамочка… Мама… Ну почему тебя сейчас нет рядом?!

Истерика, которая вроде бы начала постепенно сходить на нет, накатила с новой силой.

– Ты пришёл позлорадствовать, или что?! И вообще, если не хочешь убивать – сопротивляйся! – фыркнула я, даже не думая сдерживать всхлипы, – А ты что-то сидишь и к ритуалу готовишься! Кто хочет ищет возможности, кто нет – оправдания! – я подняла лицо, смотря на эту тварь, по вине которой я даже до кризиса среднего возраста не доживу!

– Ты знаешь… Ты права, я не хочу бороться, потому что… Я умру… – он странно улыбнулся, посмотрев на одно из окон, – Как только я ослушаюсь воли отца, он меня убьёт… Печально, да? Чтобы мог жить я, должны постоянно умирать такие, как ты… А вообще, знаешь, Роза, умирать… Оно не страшно. В твоём случае будет только немного больно…

– Мило, – усмехнулась я, тряхнув головой, – Успокоил, называется... Нет, почему я вообще должна умирать?! Что я такого сделала, что мне даже пожить дать не хотят? На, Роза, получи и распишись! Скорая смерть к твоим услугам!

– Ты просто привлекла внимание, – однобоко улыбнулся Эдриан, заставив меня дернуться в тщетной попытке его задушить.

– Привлекла внимание?! А я не хотела привлекать! Я вообще тут быть не хотела!

– А мне, думаешь, хотелось личем стать? – со странным спокойствием монстр посмотрел на меня, казалось, абсолютно человеческими глазами, – Я, лично, уже смирился, что я умру однажды. Просто есть шанс, что не сегодня, и я за него цепляюсь. Хотя, не так давно я был готов к смерти! Я просто родился не так изначально, с двумя дарами сразу: стихийным и некромантским. Случайно. Обычно такие умирают к году, а я прожил до девятнадцати, каждый день ходя и испытывая жгучую боль в суставах и костях, потому что магии было слишком много и она конфликтовала друг с другом. И я знал, что умру к этому моменту… И, знаешь, я уже был готов… Я смирился, что меня похоронят по протоколу Лича… Но отец мне этого не дал. Он наоборот ускорил превращение в лича, искусственно, отказался меня убивать, уничтожил всех, кто знал, а после отдал мне четкие инструкции, что делать и как. И, знаешь, мне это совсем не нравилось, но кто меня спрашивает, да?

– Подожди, а Лайендорф, ты… – я посмотрела в его глаза, понимая, что, может, он и тварь последняя, но он всё же был далеко не главной тварью, – Вы же… Вместе? Но как? Почему она не заметила? Почему ты остался рядом с ней, вы ведь не сможете быть вместе?...

– Я всегда любил её, очень сильно. И, даже когда стал личем, был зависим от неё и ее мнения. И да… Даже не будучи живым… Я бы всё равно мог на ней жениться и жить, а она бы даже не заметила. Но ей мало меня, ей кажется, что я не дам ей того, чего она хочет… Жаль, что она не понимает ни-че-го… – хмыкнул он, рывком встав, – Так что не реви. Тебя никто не пожалеет здесь, я не смогу, а родителям плевать. Просто… Знаешь, молись, Роза. Может, чудо случится и ты выживешь. Я тебе помочь не смогу… – размашистым шагом он вышел из комнаты, оставив меня в полном недоумении и прострации. Я даже не заметила, что перестала плакать…

Молиться?…

Впрочем… Молитва… Да, это хорошо… Наверное, это единственное, что мне осталось...