Рождение Бури

Глава 13 Начало пути

Глава 13 Начало пути

После того, как хозяин города потерпел сокрушительное фиаско, встретившись с "Когтем", близлежащие монстры начали отступать от площади. Первыми дрогнули и побежали баклажанные капитаны и их рядовые перцы, следом хлынула волна мелочи: пряничные человечки метались в панике, сосиски уползали, извиваясь, живая утварь (вроде ходячих ножниц и вилок) спешно ретировалась, звякая. Дольше всех упорствовали големы из ветчины и гигантские оливки, но после точечных ударов ураганных клинков Януша, и они быстро рассеялись или были добиты. У подножия развалин ратуши лежало море изуродованных обрубков и располовиненных крупных монстров, еще судорожно пытавшихся ползти куда-то. Они густо замазывали брусчатку вязкой массой внутренностей и тошнотворными соками. Большинство замирали навеки, когда из них вытекала последняя подобие крови или начинки.

Кларисса, тяжело прихрамывая, опустилась на осколок камня рядом с Димитром и бесчувственным Виктором. Глаза последнего были закрыты, грудь поднималась ровно, но слишком медленно, лицо было мертвенно-бледным, с липкой испариной на висках. Вид у декана был крайне измотанный. Белоснежная мантия превратилась в грязно-бурую тряпку, пропитанную и испещренную тошнотворными разводами всех оттенков коричневого и зеленого. Строгий костюм изорван и кое-где еще тлел. Через всё лицо шла длинная кровавая царапина. Сдавленно выдохнув, она порылась в карманах, достала приплюснутый портсигар с тонкими сигарами "Баронесса Флора", сунула одну в рот и, достав из другого кармана коробок спичек, долго и тщетно чиркала, сломав добрый десяток дрожащими как в лихорадке пальцами. Наконец, пламя дрогнуло, зажглось. Прикурив, она закрыла глаза, выпустив густое облако едкого сизого дыма.

С другой стороны, шатаясь и хлюпая кровью из расквашенного носа, подковыляла Марго. Без сил рухнув рядом с ними, она раскинула руки в стороны, как распятая. Её жезл выпал из ослабевших пальцев и покатился по камням, дотронувшись до ноги Димитра. Вид оружия был плачевен: древко почернело и обуглилось, камень навершия покрылся паутиной трещин и ещё поблёскивал тусклыми искорками. Едва Димитр успел протянуть руку, что бы поднять его, камень с глухим хлопком рассыпался в пыль, оставив лишь обугленную рукоять, годную разве что на растопку.
Марго покосилась на остатки своего оружия, смахнула со лба струйку крови и прохрипела:
– Вот это я понимаю – практика... Ничего себе выходные...
Димитр промолчал, вновь сосредоточившись на Викторе. Он обвел взглядом бледное лицо друга, старательно вливая целебную энергию крохотными, точными порциями – ровно так, как велела та загадочная девушка из «Когтя»: не более ста единиц Ламбруза за такт. Каждая капля силы была на счету.

Один из магов «Когтя» Игнат, возившийся со штырями у развалин ратуши, внезапно присел на корточки, присмотревшись к чему-то в груде обломков. Ловко откинув несколько крупных камней в сторону, он поднял мышиного цвета сверток. Тот самый, что группа не успела забрать перед атакой. Под маской угадывалась ухмылка. Силовым захватом он перенёс сверток и бесшумно опустил его у ног Виктора, приложив палец к губам в универсальном жесте «тише».
Мысль была ясна: за потерю столь ценных ресурсов с них реально могли спросить в Академии, несмотря на весь этот адский бедлам. Бюрократия была сильнее любой магии, ибо её корни пронизывали самые священные стены Альма-матер. Даже посреди ада Глоттонбурга тень канцелярии находила своих жертв.

Полли подошла медленно, её шаги были ровны, но сама она выглядела выжатой и бледной. Опустилась на землю, прислонившись к плечу Димитра, и выдохнула со стоном усталости. Её внешность в основном вернулась: уши приняли обычную форму, лишь кончики теперь слегка заострялись, пробиваясь сквозь пряди волос. Но в глазах поселилась странная глубина – как будто за ними теперь скрывались целые миры. Да и символ еще просвечивал сквозь кожу лба, словно татуировка изнутри. Мерцание его стихало, погружаясь вглубь, в самую суть девушки.

– А ведь мне предлагали практику на Тарусе... – грустно протянула Полли, глядя в никуда.

Реакция была мгновенной. Марго булькнула, едва не поперхнувшись, и разразилась таким громким, истеричным хохотом, что эхо покатилось по пустым улочкам. Она буквально каталась по камням, колотя кулаками о землю и захлебываясь от смеха. Даже Димитр фыркнул, а потом залился смешком, то и дело утирая непрошеные слезы. Да и на лице Клариссы дернулся уголок губ, словно забытая мышца. Лишь Виктор оставался неподвижным островком тишины, глубоко дыша, но не подавая признаков сознания. Смех как-то разом сошел на нет, когда все взгляды тяжело упали на него.

Справа мелькнула гибкая тень. Фрай, уже одетая и обутая (лишь маска отсутствовала), присела на корточки рядом с Виктором. Положила ладонь на его лоб, на миг закрыла глаза, будто слушая внутренний ритм. Потом её скулы задвигались, словно она вправду что-то пережевывала. Быстрым движением она встала на колени, наклонилась к неподвижному парню... и ловко вонзила острые клыки ему в шею! Полые каналы в зубах выпустили порцию густого, лечебного яда, призванного ускорить сращивание разорванных магических каналов.

– Правда, это сильно ударит по физике, – спокойно пояснила она ошеломленным студентам, отстраняясь. – Но эффект я нейтрализую, как вернемся в Альму. Не хочу, чтобы такой красавчик остался магическим калекой. Вот уж где было бы настоящее преступление.
Она улыбнулась, демонстрируя клыки, на которых алели капли крови Виктора. Поднявшись, она небрежно потрепала Димитра по голове и направилась к Янушу и Игнату, оживленно спорившим у развалин... Но пройти успела лишь пару шагов. Сильная рука схватила её за плечо, остановив намертво.

– Опять балуешься? – прозвучал низкий, безразличный голос Олега.
Фрай резко дернулась, пытаясь вырваться. Безуспешно. Её яростный взгляд столкнулся с ледяным, пустым взором командира.
– Выполняю работу, – прошипела она сквозь зубы, внезапно закипая от злости.
– Ну-ну, – тихо, без интонации произнес Олег, отпуская её. Его внимание уже было приковано к студентам.