Рождение королевы

Глава 7

Когда размышления сменились сном, её величество не ведала, как и то, как долго она спала. Но когда она открыла глаза и приподняла голову, чтобы осмотреться, в повозке она была одна.
Удивившись тому, что проспала так долго, королева снова положила голову на свëрнутое старое покрывало, заменявшее ей подушку. У неё всегда была привычка немного полежать проснувшись, обдумывая день вчерашний, и составляя планы на тот, что наступил. Чувствовала себя её величество прекрасно. Она уже и не помнила, когда в последний раз просыпалась и улыбалась, вспоминая прошедший день.
Задумавшись, она пришла к выводу, сто причина кроется в том, что она выспалась. По настоящему, как в детстве, защищенная от всего мира стенами обители и знаниями, что хранили её обитательницы. В королевском дворце Лангории она спала очень чутко, словно всё время прислушиваясь. А сейчас она пропустила и остановку повозки, и скрип двери, таким крепким был сон. И это не было усталостью, или следствием пережитого волнения. Нет, её величество сама усомнилась в своих выводах, но это было очевидным.
Каким-то несвойственным ей чутьём она доверяла этим незнакомым ей северянам больше, чем кому бы то ни было в Лангории. Планировать её величество ничего не могла, да и какие могут быть планы у той, сама жизнь которой зависит не от преданности даже, а от доброты неизвестных ей людей. Решив, что время для мыслей о будущем придёт, когда она минует перевал и окажется на своих землях, её величество села на узкой лежанке.
Королева едва успела привести себя в порядок, когда повозка остановилась. Ренерель решила подождать, что будет дальше. Вскоре раздался негромкий стук, и в повозку заглянула Эмма.
- Ваше величество, вскоре выйдем из-под горы на тракт, а там пара часов и будем в Йершпиле, город у перевала. - Начала с ходу объяснять служанка. - Сейчас можно размяться и перекусить. Нормальную еду, а не дорожную, уже в Йершпиле увидим.
- Йершпиль? - задумалась, вспоминая описания северных провинций королева. - Напомни мне, Эмма, это ведь название городка у самого перевала, от которого идёт дорога к небольшому порту у пролива Ларман?
- Да, ваше величество. Оттуда ходят корабли на Рогнар, - подтвердила Эмма.
- Выходит... Мы что, уже на Севере, в Ланарии? - удивилась королева.
- Уже да, - кивнула служанка. - Но в безопасности вы будете только когда окажетесь на Рогнаре. Хотя бы. Там ваши земли.
- Думаешь? - невесело усмехнулась Ренерель. - А я вот не вижу разницы.
- Ну, это вы зря, ваше величество. - Отозвался от костра, над которым пристраивал котелок, Кроули. - Нам, островным, как и вам, которой эти острова принадлежат, все эти годы и продыху не давали. Пока земли вроде как были спорные, так как хозяева были вассалами Сансории, нас грабили осторожно, с оглядкой на королевского соседа. А уж как вы вошли в королевскую семью, и мы стало быть, вроде как ваше приданное, тут с нас и спросили за прошлую осторожность. Да так, что и шкуры почти не осталось! А вы, получается, как последняя надежда.
- И чем я могу помочь вам, если сама нуждаюсь в помощи? - отвела взгляд королева. - На что люди надеются?
- Ну, мы ж вроде вам принадлежим, а не королю. - Озадаченно нахмурился Кроули. - Хотя я в этих ваших законах ничего не понимаю...
- Почему же, всё верно. Земли островов моё наследство, доставшееся мне от матери. И под властью лангорийской короны они были только до тех пор, пока я была женой наследника и позднее короля Лангории. Сейчас же, когда я изгнана, а близкий круг короля уже объявил наш брак с королём недействительным, якобы из-за моей неспособности к зачатию, то формально, по закону, управление островами и власть над ними должны вернуться в мои руки. - Королева не зря тратила всё своё время на изучение законов. - Вот только видите ли, морий Кроули, я с большим недоверием отношусь к тому утверждению, что король и его свита придадут хоть какое-то значение этим самым законам. Думаю, вы и сами понимаете причину моих сомнений.
- Так на виду надо встать, - хмыкнул Кроули. - мой отец, когда меня воспитывал, всегда говорил, что на свету фонаря всегда меньше шансов, что утянут твой кошелёк или всадят клинок в брюхо, чем в тёмной подворотне. А там, глядишь, люди и заступятся.
- Чего бы ради им за меня заступаться, морий Кроули, - с недоверием покачала головой королева.
- Не за вас, - честно ответил ей бывший рудокоп. - За свои надежды. А вот как вам с теми надеждами одним целым стать... Тут я не советчик.
- Вы и так уже дали весьма ценный совет, морий Кроули, - услышала в словах мужчины намёк на то, как выжить её величество.
Из слов Кроули её величество выбирала крупицы этого ценного шанса, словно золотоискатель песчинки золота в своём решете. Она крутила его фразы, перебирала по словам, взвешивала и перевешивала на незримых весах своих мыслей. Она так была сосредоточена на этом, что дорога до Йершпиля прошла для неё словно в тумане. А на то, что прибыли они в город уже в темноте, королева едва обратила внимание, да и то, после слов Эммы о ночлеге.
Королева не задумываясь отдала Кроули одну из своих брошей с жемчужными подвесками.
- Нам нужно где-то разместиться, - сказала она удивлённо смотрящему мужчине. - Дать отдых лошадям, вам и мне нужно поесть, помыться и выспаться.
- А её величеству нужны хотя бы пара платьев, туфли и плащ, - тихо добавила Эмма, окончательно принявшая на себя обязанности королевской служанки.
- И вы решили поселиться в ратуше Йершпиля и чтоб все швеи города вас неделю обшивали? - подкинул брошь на ладони мужчина. - Ваше величество, для вас у каждой вещи из тех сундуков своя ценность конечно, но я-то чую, что там есть и просто золото, и камешки попроще.
- А эти ценнее? - нахмурилась королева.
Эту брошь ей, совсем маленькой девочке, преподнесли на одном из приёмов. Она даже и не помнила кто и по какому случаю.
- Спрашиваете, - хмыкнул Кроули. - Этот камень называется аларис. Редкий рудокоп может похвастаться, что держал его в руках, а не то что добыл. Он то синий, то отливает морской тёмной зеленью, то словно море зимой, засеребриться льдом. Говорят, что у властителей Рогнарских островов была удивительная сила, усмирять зимние бури и беречь свои земли. А давали им эту силу четырнадцать кристаллов алариса, обвитые оправой с алмазами, которые добыли в самом сердце Моргонта. А жемчуг... Западнее Рогнара есть остров Мэйфлис. Говорят, раньше он был четвёртым из островов Рогнарйсланда. Но его жители нарушили свою вассальную клятву и убили королеву и двоих сыновей короля. И в ту же ночь проклятье клятвопреступников обрушилось на остров. Из вершины самой высокой горы полилось пламя, воздух наполнился серой и пеплом. И остров ушёл под воду со всеми жителями. Лишь самый пик Мэйлиналя, да королевский пик, покрытый льдом, остались на виду. Издалека кажется, что это не горные ледники, а удивительно красивый дворец. И между этими двумя вершинами, иногда прямо среди моря, в небо стеной взмывают струи кипятка. А под водой, между двумя вершинами затонувшего Мэйфлиса ныряльщики добывают бело-синий, рогнарский жемчуг. Никакой другой не имеет такого перелива. А вы хотите его обменять на пару ночей на постоялом дворе и три тряпки?
- Знаете, морий Кроули, когда мы доберёмся до моих земель, я попрошу вас внимательно осмотреть всё, что храниться в этих сундуках, и рассказать мне о каждом камне, - улыбнулась королева. - А что стало с теми волшебными камнями?- С королевским ожерельем? Как всегда, потерялось, - пожал плечами Кроули. - Но говорят, что оно обязательно найдётся и дастся в руки настоящему правителю островов. Ну, как меч, чаша... Ещё по-моему про какую-то корону так говорили. Ожерелье с аларисами из той же сказки. Я вообще думаю, что сила у правителей была сама по себе, а вовсе не из-за ожерелья бурь. А украшение разделили. Возможно, что этот камень один из тех четырнадцати.
- Ожерелье бурь... Красивое название. - Улыбнулась королева, принимая брошь обратно. - У меня ещё есть камея из старой сломанной печати. Я играла с ней в детстве. Сам камень не отдам, а вот оправа мне не нравится, уж больно массивная и словно не подходит. Я даже пыталась сама вытащить камень из оправы. Подождите.
Нужная камея нашлась быстро. И камень из рамы вышел легко. Тяжёлую золотую оправу, изображавшую волны, её величество уверенно положила на ладонь Кроули.
- Ого, - подкинул на ладони оправу мужчина, - да тут монет десять- двенадцать. А на камень можно взглянуть?
- Конечно, - королева показала овальный, с треть ладони размером камень. - Как будто кусочки разного неба собрали вместе. Правда?
Он как будто состоял из нескольких чешуек синего, голубого, перламутрового и белого цвета.
- Кусочки неба, да. Какая-то сломанная печать... - в недоумении повторял слова королевы Кроули. - Ваше величество, а вы вообще хоть что-то в камнях понимаете?- Тоже очень ценный? - удивилась её величество.
- Сам по себе не очень, - хмурился Кроули, разглядывая одну из сторон камня. - Ланарит у нас добывали огромными глыбами. И строили, и отделывали им всё, что можно. И торговали им. Поэтому ланарит считался одним из символов островов. А вот такие камни носили наместники короля на островах. Вот видите силуэт?
- Я хорошо его рассмотрела, - её величество точно знала, что изображено на камне. - Там был нарисован коронованный рыцарь. И над его головой буква "Р".
- Значит это с Рунгвотера, - сделал вывод Кроули. - На Рогнаре должны были быть весы, а на Моргонте силуэт горы и буква "М".
- А на затонувшем острове? - поинтересовалась королева.
- Честно говоря не слышал, но уверен, что это правда, - ответил Кроули. - Ведь только на Рогнарских островах дочери могут наследовать за родителями так же, как и сыновья. Нигде больше в Лангории или Сансории о таком и не слышали. А закону этому столько лет, что никто и не помнит, что было иначе. Кому, как не древнему королю, потерявшему всех, кроме малолетней дочери, придумать такой закон?
- В Сансории и на юге Лангории говорят, что женщине удержать власть не под силу,а значит и права такого быть не должно, - вздохнула королева.
- Так то в Сансории и южане! - фыркнул Кроули. - А здесь север!
- А мне нужно стать северянкой? - посмотрела на него королева. - И как же мне переродиться?
- Я не могу вам дать этого ответа. Пути души мне неведомы, это же не горные тропы, - вздохнул Кроули.