Рождение тёмного

5 глава Волнение

Я вбегаю в комнату и едва не плюхаюсь на кровать — вовремя замечаю тигровую лилию, лежащую на покрывале. Осторожно поднимаю цветок, ставлю в вазу, уже после этого позволяю себе опуститься на край постели.

Снимаю кольцо с пальца и внимательно рассматриваю, поворачивая под разными углами. Оно и вправду прекрасно: серебро с благородным матовым блеском, а в центре — крупный синий камень, утопленный в оправу из белого металла. Сверху кажется, будто камень укрыт тонкой вуалью, но это лишь иллюзия: материал на ощупь невероятно твёрдый. Ясно — не стекло. Когда поднимаю кольцо на уровень глаз, камень словно растворяется в воздухе, исчезая из поля зрения.

Внимательно изучаю внешнюю сторону: по всему диаметру выгравированы замысловатые узоры. Присматриваюсь — и сердце замирает: это глаза. Дикие, звериные, они смотрят со поверхности кольца, будто живые. В их очертаниях читается древняя сила, тайна, уходящая корнями в глубины времён.

— Хм, и что это значит? — шепчу, поджимая губы.

Переворачиваю кольцо и обнаруживаю надпись на внутренней стороне — язык совершенно незнакомый. Подношу украшение к свету, пытаясь разобрать символы. Удаётся прочесть лишь первое слово: «Demir».

— Интересно, что такое или кто такой Демир? А что значит остальная фраза? — размышляю вслух. Без лупы и словаря тут не обойтись. Пробую мысленно «наложить» это имя — если это действительно имя — на образ мужчины, которого видела. Не подходит. Совсем.

— Демир, Демир… — повторяю, словно пробуя слово на вкус. В нём слышится отзвук дальних стран, древних легенд. Скорее всего, это Болгария или Румыния. Надо будет поискать информацию в интернете.

Кольцо явно хранит в себе историю. Ему, должно быть, много лет — это чувствуется в каждом изгибе узора, в глубине камня, в самой ауре предмета. Оно словно свидетель давно минувших событий, молчаливый хранитель тайн.

Решаю: по приезде в Пекин обязательно загляну в ювелирный магазин. Нужно узнать, что за камень украшает кольцо, выяснить его возраст, расшифровать надпись. Возможно, тогда я смогу понять, почему оно оказалось в том номере — и почему именно мне было суждено его найти.

В чём я не сомневалась абсолютно — так это в том, что подобные кольца сегодня уже не выпускают массово. Разве что по индивидуальному заказу, но тогда цена взлетит до небес.

— Так и что мы имеем? — задаю вопрос вслух, будто надеясь, что пространство даст ответ.

Есть некий парень, который, похоже, следит за мной. Он «теряет» кольцо — возможно, вовсе не случайно, — а я его нахожу. Напрашивается главный вопрос: зачем?

Постепенно начинаю сомневаться, что кольцо действительно было утеряно. Скорее, его оставили намеренно, но с какой целью? Мы даже не знакомы… Или всё‑таки знакомы? Нет, исключено — я бы запомнила.

Зачем он подарил мне тигровую лилию? Что хотел этим сказать? Он не мог предвидеть, что я решусь подняться в его номер.

Вопросы множатся, словно капли дождя в бурю, а логичного объяснения по‑прежнему нет.

Скорее всего, он из состоятельной семьи. Даже несмотря на нарочито сдержанный образ, — я безошибочно определяю хорошее качество вещей. Это не ширпотреб.

Он путешествует. Причём следует теми же маршрутами, что и я. Сейчас снова исчез — но куда? И что он делал здесь? Вряд ли просто отдыхал… В последнее время эта мысль кажется всё менее правдоподобной.

Мои мысли и так, в последнее время заняты только им, а теперь ещё и кольцом.

«А что, если это фамильная драгоценность?» — внезапно озаряет меня. Но тогда почему он отнёсся к ней так легкомысленно?

Мне отчаянно хочется встретиться с ним и задать все эти вопросы. Но он словно тень — растворяется с наступлением ночи.

Кажется, я провела в раздумьях не меньше часа. Бросаю взгляд на часы — и изумляюсь: уже полночь. Пора спать, иначе завтра не встану, а нужно успеть собрать чемоданы. Завтра — домой.

Эта мысль неожиданно вызывает улыбку. Я устала от солнца и моря. Сейчас больше всего хочется вернуться в родной, пусть и хмурый, Пекин.

Переодеваюсь, умываюсь и ложусь в постель. Кольцо кладу на прикроватную тумбу. Долго разглядываю его в полумраке: серебро мерцает, камень хранит свои тайны. Потом решаю надеть его на палец. Металл приятно холодит кожу. Сжимаю пальцы в кулак, прячу руку под подушку — и так, с кольцом, погружаюсь в сон.

Утром просыпаюсь бодрой, с лёгким сердцем. Часы показывают десять.

— В душ! — резко поднимаюсь с кровати и устремляюсь в ванную.

Только выхожу из душа — раздаётся телефонный звонок.

— Алло.

— Веста, ты помнишь, что в одиннадцать приезжают Женя с Игорем, и мы встречаемся в «Topaz»? — в голосе Евы звучит непривычная торопливость, слова льются потоком, будто она боится не успеть.

— Конечно, помню. А что, по‑твоему, я сейчас делаю? — отвечаю спокойно, вытирая волосы полотенцем.

— Не знаю… Просто решила тебя предупредить, учитывая вчерашний инцидент, — в её интонации сквозит лёгкая тревога.

— Да я уже из душа, так что не беспокойся. Всё в полном порядке, буду вовремя. А почему такая спешка в трубке? Что‑то случилось? — спрашиваю, чувствуя за её словами скрытое волнение.

— Да ничего не случилось… Просто я не знаю, в чём пойти на встречу, — признаётся она с ноткой отчаяния.

Для Евы фраза «не в чем пойти» — всё равно что для других известие о надвигающейся катастрофе. Паника нарастает с каждой секундой, превращаясь в настоящий вихрь эмоций. Если она так переживает о внешнем виде — значит, дело серьёзное. Она влюбилась. И «кем‑то», судя по всему, стал Женя.

«Приехали…» — мысленно закатываю глаза, делаю глубокий вдох и медленный выдох, стараясь сохранить невозмутимость. И когда она успела?

— Не переживай, я сейчас накрашусь и приду к тебе, — говорю мягко, но уверенно.

— Правда? — в её голосе — проблеск надежды.

— Конечно, — улыбаюсь, представляя, как она сейчас нервно теребит край одежды.