Рождённая бескрылой

Глава 6.1

Быть на шаг впереди, а лучше на десять – ценнейший вывод из всех из всех сделанных мною в жизни. Обычные крылатые об этом редко задумывались, в особенности, юные аристократы. Родовитые наследники больше интересовались скачущими мимо юбками, азартными играми, выпивкой, охотой и мгновенным исполнением прихотей, по большей части, дурацких.

Вот и сейчас я направлялся к одному из прожигателей жизни, папенькиному сыночку. Правда, на сей раз я столкнулся с неродовитым, но непутевым отпрыском зажиточного семейства.

Когда дверь отворилась, мой узник тяжело задышал, цепь на его руках беспокойно звякнула, мелькнув серебристой вспышкой в солнечных лучах. Я поспешил прикрыть створку, чтобы дневной свет не обжёг и без того измученного зверочеловека – никогда не любил лишних страданий.

— Отпусти!!! — закричал он. — Демон! Что я тебе сделал?!

Я молча наблюдал, как узник раскрывал полуволчью-получеловеческую пасть, трепыхаясь в цепях. С желтых клыков на ворот рубахи тягуче лилась слюна.

— Сядьте, — приказал, когда надоели стенания.

К моему удивлению узник подчинился, плюхнувшись на подстилку в углу камеры.

— Ч-чего ты хочешь? — прошипел он, неуклюже клацая зубами.

Вероятно, не привык к новой форме, отсюда и неловкость.

— Сделку, мистер Релтч.

Узник вскочил.

— Сдееелкууу!!! Я так и знал! Ты меня укусил! — завыл он. — Ты-ыыы!!!

Так всегда с теми, кто недавно вляпался по самые уши: главное кого-то обвинить. Меня, например. Истерики, разумеется, тормозили работу. Однако я принял их как неизбежное зло.

— Нет, — вздохнул, — но это к делу не относится. Вы будете сотрудничать? — постарался придать голосу доброжелательность. — Или решили на себе испытать весь спектр болевых ощущений оборотня? Замечу, что они выше, чем у обычных крылатых. Вы заметили, не так ли?

Узник съёжился.

— Чего вы хотите?

А вот и готовность к диалогу. Похвально.

— Сделку, — повторил я с улыбкой, — Вы попросите папеньку выполнить одно ма-аленькое одолжение в обмен на свободу. Ничего больше.

— И всё?

— Разумеется.

— А если папаша откажет? — в голосе дрожал страх.

Я приоткрыл дверь так, чтобы солнечный луч упал на заговоренное серебро. Кожа узника скукожилась и задымила, он визгливо завопил.

— Запомните одну вещь, мистер Релтч, — я с шумом захлопнул дверь, — слова “если” для вас не существует.