Рождественская сказка

❄️ ГЛАВА 9

«Твои шаги рядом со мной»

Снег падал мягко, будто мир решил замедлить время специально ради них двоих.
После долгой игры в снежки и ужина в роскошном ресторане, Марек предложил проводить Алину пешком, хотя рядом стояла его тёмная дорогая машина с подогревом сидений и водителем, который почтительно ждал у тротуара.

— Хочешь пешком? — спросил он, будто предлагая что-то несерьёзное, но в голосе прозвучала надежда.

Алина улыбнулась и кивнула.
— Хочу. Сегодня — только пешком.

Ему не пришлось слышать дважды.
Он кивнул водителю, машина уехала, растворяясь в снежном мареве, а они остались вдвоём — среди огней Вены, под мягким снегом, под декабрьским небом, которое будто улыбалось.

Марек шагнул ближе, нерешительно — настолько нерешительно, что это выглядело почти трогательно для человека, которого привыкли считать безупречно уверенным.

— Можно?.. — тихо спросил он, посмотрев на её руку.

Она не успела ответить.
Её пальцы сами нашли его ладонь.
Тёплая. Надёжная. Удивительно аккуратная, как будто он боялся сжать её сильнее, чем нужно.

Они пошли рядом — шаг в шаг, дыхание в дыхание.

---

❄️ О семье

Какое-то время они просто молчали. Но это было то редкое молчание, которое не давит, а греет.
Молчание, которое не нужно заполнять разговорами — оно само говорит достаточно.

— Алина, — начал он мягко, — можно спросить… что-то важное?

— Спрашивай, — она посмотрела на него с лёгкой улыбкой.

— Кто ты? — Он сказал это без пафоса, без символизма. Просто честно. — Я хочу знать тебя. Настоящую. Твою семью, твой мир. Всё… что ты захочешь показать.

Она выдохнула, будто вдруг сбросила лишний груз.

— Ну… — она пожала плечами. — Я обычная. Самая обычная. Мама — бухгалтер, папа — водитель. Ничего королевского, ничего необычного. Я — та девочка, которая росла на окраине Вены, мечтала переехать ближе к центру и поступить в университет.

— Экономика? — уточнил он.

— Ага. Экономика. — Она улыбнулась чуть шире. — Я всегда любила анализировать: цифры, тенденции, прогнозы. С детства видела таблицы и формулы где попало. Мама шутила, что я родилась с калькулятором в руках.

Марек тихо рассмеялся.
Тот самый его смех — мягкий, искренний, который появлялся редко.

— И работaть хочешь… где?

— В крупной международной компании. — Она смотрела вперёд, на улицу, где витрины мерцали гирляндами. — Не ради денег. Нет. Я хочу быть частью чего-то большого. Хочу принимать решения. Хочу чувствовать, что двигаю мир хотя бы на миллиметр.

Он остановился.
Развернул её к себе.

— Ты не просто двигаешь мир, Алина.
Ты меня сдвинула с места, где я стоял годами неподвижно.

Он сказал это серьёзно.
И она почувствовала, как сердце делает опасный кульбит.

Она тихо произнесла:
— Теперь твоя очередь. Расскажи о своей семье.

Марек на секунду задумался, будто выбирал, какие двери внутри себя открыть.

— Ну… — он медленно выдохнул. — Моя семья — это… сложная архитектура.

Алина улыбнулась:
— Звучит как начало хорошей трагедии.

Он коротко усмехнулся.

— Отец — глава рода. Строгий, идеальный для газет и журналов, но… очень холодный в жизни.
Мать — теплее, но она всегда была тенью отца. Она любит меня, но боится за меня.
Я — старший сын. Наследник. Тот, кто должен быть безупречным.
Кто должен дружить только с теми, кого одобряют.
Кто должен жениться… — он запнулся, взгляд стал чуть тёмнее, — на той, которую выберут. Не я.

Алина замерла.
— Так ты…?

— Принц, — спокойно сказал он. — Но в своей семье я всего лишь проект. Не человек.

Алина почувствовала, как что-то сжалось внутри.
Она всегда смотрела на него как на идеального, недосягаемого мужчину.
А сейчас впервые увидела в нём не идеал — человека, живого, уязвимого.

— Ты совсем не такой, как я себе представляла, — сказала она тихо.

— Надеюсь, лучше? — Марек поднял бровь.

— Честнее, — поправила она.

Он улыбнулся — той улыбкой, что появляется только для неё.

---

❄️ Подъезд

Они вышли на тихую улочку, где жил её дом — старый, с лепниной, с окошками, на которых уже висели маленькие одинаковые венки.

Марек подошёл к двери и, как настоящий джентльмен, открыл её.

— Вот и домой, Алина Фростберг, — сказал он, будто ему это не нравится. — Я бы проводил тебя и дальше, но… если я войду, то уже не выйду.

Алина вспыхнула.

— Спасибо за вечер, — сказала она тихо. — Правда. Это было… невероятно.

— Нет, — он покачал головой, глядя на неё так, будто она — свет в декабре. — Это только начало.

Она почувствовала, как внутри всё плавится.

Он слегка наклонился — не для поцелуя, нет. Просто ближе.
Ближе, чем позволяют дружбе.
Ближе, чем позволяют незнакомцы.
Достаточно близко, чтобы воздух между ними стал тёплым.

— Спокойной ночи, Алина, — прошептал он.

— Спокойной ночи, Марек…

Она шагнула внутрь.
Повернулась ещё раз.
Он всё ещё стоял там, под снегом, высокий, светловолосый, красивый до неприличия — и смотрел только на неё.

Закрыв дверь, она прижалась к ней спиной.

И впервые за много лет в её душе родилось чувство, которое она боялась назвать.

Но она знала:
этой зимой она уже не одна.