Рождественский отбор, или Агент под прикрытием

Глава 13

Лес дышал холодом. Не просто морозным воздухом, а безмолвной стужей, проникающей в самые кости, высасывающей остатки тепла, словно ненасытный хищник. Каждый вдох обжигал легкие, превращаясь в призрачные облачка пара, что тут же таяли в мертвой, звенящей тишине, словно само пространство отказывалось хранить свидетельства моего существования. Я бежала долго, бесконечно, пока мышцы не отказали, превратившись в ноющую, пылающую массу, пока легкие не горели, словно в них вылили расплавленный свинец. Но даже эта физическая пытка была ничто по сравнению с внутренним адом, терзавшим меня, разрывавшим на части, не дававшим ни секунды покоя.

Образ Рея – его золотые глаза, полные решимости и прощания, его мерцающее, распадающееся тело, его последние слова: «Беги, Вика! Живи!» – был выжжен в моем сознании раскаленным клеймом. Он пожертвовал собой, отдал все, чтобы спасти меня. Меня, которая всего мгновение назад обвинила его в чудовищных грехах, усомнилась в его чести, в самой его сущности. Меня, которая поверила лживому принцу, а не ему – раненому, страдающему, несущему на себе вековое проклятие ради этого мира. Жгучий стыд, острая, невыносимая вина, словно тысячи раскаленных игл, вонзились в мое сердце, превращая его в пульсирующую рану. Я, агент АРД, хладнокровная, расчетливая, беспристрастная, оказалась слепой дурой, ведомой собственными страхами и паранойей. Я, ненавидевшая предрассудки, сама стала их жертвой.

Затем – образ принцессы, лежащей на холодных ступенях: ее пустые глаза, мертвое тело, из которого исходил нечеловеческий шепот Тени. «Им… нельзя… верить… Он… грядет… Тень… освобождается…» Слова Лилы, ее отчаянное предупреждение, теперь обрели ужасающую, осязаемую реальность. Принц Кассиан не просто похищал принцесс. Он использовал их кровь, их души, их жизненную силу, чтобы ослабить печать, выпустить Тень и стать богом. А Рей… он пытался сдержать ее в одиночку, веками. И я… я чуть не помешала ему.

Я бежала до тех пор, пока не упала без сил. Тело дрожало, зубы стучали, а от холода сводило судорогой все мышцы. Но я не могла позволить себе сдаться. Жертва Рея не должна быть напрасной. Моя миссия не была завершена. Напротив, она только начиналась и теперь стала куда более личной, чем когда-либо.

Я ползла, царапая кожу об острые камни, пробираясь сквозь густые заросли, которые, казалось, пытались схватить меня, удержать, не пустить дальше. Каждое движение отзывалось пронзительной болью, но я не обращала на нее внимания. Мои мысли были забиты одним: Рей. Он был жив? Он выжил? Или… я потеряла его? Эта мысль была хуже любой боли, хуже любого страха.

Мне нужно было найти убежище. Хоть какое-нибудь, хоть на несколько часов, чтобы отдышаться, собраться с мыслями, понять, что делать дальше. Я осмотрелась. Лес был глухим, непроглядным. Ветви деревьев, отяжеленные снегом, склонялись к земле, создавая ощущение бесконечного, запутанного лабиринта. И тут, сквозь густую хвою, я увидела ее. Едва заметную, скрытую от любопытных глаз, словно сама природа пыталась ее укрыть – небольшая пещера. Или, скорее, глубокая ниша в скале, заросшая кустарником и покрытая толстым слоем снега. От нее веяло холодом, но не тем пронизывающим, хищным, что был снаружи. Это был холод укрытия, временной безопасности.

Я протиснулась внутрь. Стены пещеры были грубыми, неровными, покрытыми мхом и какой-то черной слизью, поблескивающей в тусклом свете, проникающем снаружи. Воздух был тяжелым, спертым, пахло землей, камнем и чем-то еще, напоминающим запах древности, словно само время остановилось здесь, в этом крошечном уголке мира, пропитанном вековыми тайнами. Я опустилась на землю, прислонившись к холодному камню, и попыталась отдышаться. Мое тело дрожало, но я почувствовала легкое облегчение. Мы были в безопасности. На какое-то время.

Я достала дневник Лилы. Его потертые страницы были холодными на ощупь, но в них я чувствовала тепло ее присутствия, ее силы, ее решимости. Я открыла его на последней записи, которую видела в замке: схема «Сердца Печати» – сложная сеть подземных ходов, символ «ключа» или «открытия». Рядом Лила нарисовала небольшую человеческую фигурку с символами на руках и двумя рогами, росшими прямо из головы. Вверху было написано ее почерком «Тень». А снизу – подпись: «Запечатана, но жаждет. Кровь принцесс – ключ».

Принц Кассиан. Он не просто хотел пробудить Тень, а желал контролировать ее, превратить в своего слугу, использовать ее силу, чтобы стать богом. А принцессы… они были его источниками энергии – их кровь, души, жизненная сила – все это было для него топливом.
Мое сердце сжалось от ужаса и от понимания. Все кусочки головоломки встали на свои места. Легенда о Демоне Леса, о «козле отпущения», о его проклятии… все это было частью плана Кассиана. Он использовал предрассудки людей, их страх перед неведомым, чтобы скрыть свою истинную цель и сделать Рея своим врагом, идеальным отвлекающим маневром. И я… я повелась, как последняя дура.

Но Рей… он спас меня. Он поглотил ловушку, разрушил печать. Он, скорее всего, использовал свою истинную силу, которая истощает его и приближает к Смерти. Он пожертвовал собой ради меня, ради этого мира.

Я услышала слабый стон. Он был еле слышным, но пронзил меня насквозь. Резко повернула голову. В углу пещеры, в кромешной тьме, я увидела его. Рей лежал, прислонившись к стене, его тело мерцало тусклым, едва заметным золотым светом, который вот-вот угаснет. Черная, дымящаяся кровь сочилась из раны на плече, оставляя темные, вязкие следы на холодном камне. Его кожа была бледной, почти прозрачной, а глаза, обычно пылающие золотом, были закрыты, лишенные всякого света, словно два кусочка угля, что вот-вот погаснут. Дыхание было слабым, прерывистым, почти неосязаемым. Он был на грани смерти.