Рождественский отбор, или Агент под прикрытием

Глава 15

Воздух был не просто густым; он был осязаемым, как горячий, липкий сироп, пропитанный запахом серы, приторных благовоний, застоявшейся крови и чего-то еще, что не имело названия, но кричало о древнем, абсолютном зле. Низкий, монотонный гул, пульсирующий из глубины алтаря, заглушал мои собственные мысли, проникал в самые кости, заставляя вибрировать каждую клеточку тела, словно я оказалась внутри гигантского, живого барабана, бившего свой смертоносный ритм.

Мои глаза, натренированные видеть сквозь ложь и обман, теперь видели истину в ее чистом, чудовищном виде. Десятки принцесс, лежащих на алтаре – не просто тела, а пустые, бледные оболочки, словно их души были вытянуты, высосаны, превращены в топливо для этого ужасающего ритуала. Их широко раскрытые, стеклянные глаза смотрели в никуда, в них не было ни проблеска сознания, лишь застывший ужас. Среди них – Лила. Она была здесь, едва живая. Ее тело, словно обтянутое кожей, было неестественно изогнуто, а на лице застыла гримаса невыносимой боли, которую она переживала долгие дни. На ее коже, как и на коже других жертв, пульсировали тонкие, темные вены, словно черные нити, втягивающие остатки ее жизненной силы. В ее глазах, несмотря на их пустоту, мне почудилась крошечная искра, едва уловимый проблеск сознания, словно она пыталась подать мне сигнал, что все еще там, где-то глубоко внутри этой истерзанной оболочки. Эта крошечная искра, этот фантомный сигнал, стали для меня глотком воздуха, единственной надеждой в этом кошмаре.

Принц Кассиан стоял над ними. Его фигура, облаченная в темные ритуальные одежды, казалась неестественно высокой, вытянутой, словно он сам уже был не человеком, а чем-то большим. Его лицо, еще недавно идеально безмятежное, теперь было искажено манией, жаждой, безумием, светившимся в его багровых глазах, превращая их в два раскаленных уголька, два пылающих костра, извергающих ненависть и триумф. Обсидиановая корона на его голове пульсировала, словно живое сердце, отбрасывая зловещие тени на лицо, делая его похожим на ожившую статую демона, сошедшую с древних гравюр. В его поднятой руке ритуальный кинжал, инкрустированный черным камнем, сиял ярким, зловещим светом, словно живой, жаждущий крови, которая вот-вот должна была пролиться. Он собирался закончить ритуал. Он собирался выпустить Тень. И я чувствовала ее присутствие – невидимое, но осязаемое. Оно было здесь. Запечатано. Но ждало своего часа. Оно пульсировало, словно гигантское сердце, скрытое в глубинах земли, и его биение отдавалось эхом в моих ушах, заглушая все остальные звуки, наполняя собой все пространство, все сознание, превращая его в бездну.

Рей стоял рядом со мной. Его тело, еще недавно столь могущественное, теперь было истощено, золотые глаза тускло мерцали, но в них горела решимость. Я чувствовала его боль, усталость, но и непоколебимую волю. Он был готов отдать последние силы. Ради меня. Ради этого мира.

Ритуал начинался. Тягучий, жуткий.

— Стой! — мой голос, на удивление громкий, пронзил наэлектризованный воздух храма, эхом отразившись от каменных стен, словно разорвавшийся гром, нарушая мертвую тишину и бросая вызов.

Принц Кассиан резко обернулся. Его багровые глаза расширились, и на лице промелькнула тень раздражения, прежде чем оно снова стало непроницаемым, словно маска на живом лице. Его губы растянулись в тонкой, хищной улыбке, полной презрения.
— Агент Виктория, — прошипел он, и в его голосе сквозила ярость, обычно предназначавшаяся для демонов. — Ты не должна была добраться сюда. Я думал, Рей… он справился с тобой. Или, по крайней мере, я думал, что мои стражники…
— Твой «Демон Леса» оказался куда более благородным, чем ты, принц, — фыркнула я, чувствуя, как адреналин бурлит в крови, а тело мгновенно собирается, готовое к смертельной схватке. — А твои стражники – всего лишь марионетки, которые не могут остановить меня. Ты безумец, Кассиан. Ты собираешься выпустить в мир то, что не сможешь контролировать. Ты собираешься погубить всех.
— Глупая смертная, — рассмеялся он, и звук его смеха эхом разнесся по мрачному помещению, жуткий и сухой, как шелест мертвых листьев, завывающий в пустых комнатах, пропитанных страхом и отчаянием. — Я не безумец. Я – пророк! Я – будущий бог! Я открою врата! И Тень… она будет моей слугой! Моя сила будет безгранична! Я стану тем, кто будет править этим миром! И всеми мирами! А вы… будете лишь пылью под моими ногами! А ты, агент… ты будешь моей последней жертвой! Самой ценной!

Он сделал шаг в мою сторону, и я почувствовала, как воздух вокруг сгущается, становится липким, тяжелым, словно оказалась под водой, где каждый вдох давался с трудом, а легкие горели. Стены словно начали давить, а тени удлинились, будто живые сущности, тянущиеся ко мне, готовые поглотить, утащить в свои мрачные объятия, в бездну, где не было ни света, ни надежды.

Я не стала медлить. Ритуал шел. И каждая секунда могла стать роковой. Моя рука метнулась к поясу. Я активировала три миниатюрных метательных устройства, скрытых под складками боевого костюма и замаскированных под пряжки. Одно движение – и три крошечных снаряда со свистом врезались в дальние стены храма.

Вспышка! Ослепительный, белый свет залил помещение, заставляя глаза зажмуриться, а мир вокруг – раствориться в ярком, невыносимом сиянии. Это были мои модифицированные светошумовые гранаты, разработанные АРД для дезориентации врагов в замкнутых пространствах. Звук! Оглушительный, пронзительный грохот, который отдавался эхом от каменных стен, заставляя уши закладывать, а мозг – отключаться, погружаясь в хаос.

Пока стражники и маги Принца, ослепленные и оглушенные, падали на колени, пытаясь прийти в себя, Рей действовал. Его ослабленная магия, которой, казалось, хватило бы лишь на создание легкого бриза, теперь проявилась с невероятной мощью. Из тени, в которую он сливался, вырвались десятки призрачных копий, сотканных из чистого мрака. Они двигались бесшумно, грациозно, словно живые тени, бросаясь на ослепленных врагов. Эти копии не могли причинить физического вреда, но были чистым воплощением страха. Они шептали, завывали, проникали в умы, усиливая панику, дезориентируя, заставляя врагов метаться в ужасе, сражаться с ожившими кошмарами. Они выглядели как самые страшные монстры из их снов.