Рождественский отбор, или Агент под прикрытием

Глава 16

Крики принцесс, слабые и дезориентированные, но теперь наполненные отчаянной, животной паникой, эхом отдавались в узких проходах, что вели прочь от пылающего ада ритуального зала. Воздух здесь, в каменных кишках подземелья, был чуть чище, но все еще пропитан удушающим запахом серы, крови и необъяснимого, кричащего о древнем, абсолютном зле, что, казалось, само дышало в этих стенах, пульсируя и вибрируя. Я тащила Лилу, ее обмякшее тело едва слушалось, но я чувствовала ее слабое, но устойчивое дыхание, этот хрупкий маяк жизни, который вел меня вперед. За нами, спотыкаясь, падая и поднимаясь, шли другие освобожденные принцессы – пять хрупких фигур в разорванных бальных платьях, их глаза были широко распахнуты от пережитого ужаса, но в них теплился крошечный, едва заметный огонек надежды. Элла, внучка Мэй, была среди них, ее взгляд все еще был затуманен, но она цеплялась за мою руку, как за спасительную нить, словно я была ее единственным проводником в этом кошмаре.

За спиной, из раскрытых врат храма, доносился грохот, сотрясающий камень, пронзительные крики и вспышки магии, окрашивавшие тьму в багровые и золотые тона. Битва продолжалась. Яростный, нечеловеческий рык Кассиана, голос Мэй, пронзительный и полный ненависти, звон канделябра, сталкивающегося с чем-то твердым и магически заряженным. И стоны Рея. Эти звуки, пропитанные болью и отчаянием, терзали меня изнутри, разрывая на части, но они же гнали меня вперед, потому что я знала: каждый их удар, каждый их вдох, каждый миг их борьбы покупал нам время. Драгоценные, последние секунды, которые могли стоить всего мира.

Мы пробирались по лабиринту узких, пыльных коридоров, ветвившихся, словно жилы древнего зверя. Каждый поворот казался одинаковым, каждая стена – безмолвной, но Рей, его присутствие, его сила, которая, казалось, даже в его ослабленном состоянии направляла меня, вела нас. Мы двигались к Сердцу Печати – месту, которое, как я теперь понимала, было истинным эпицентром этого кошмара. Месту, где Кассиан планировал завершить свое чудовищное слияние с Тенью.

Внезапно коридор впереди нас осветился. Не ярким, живым светом, а тусклым, пульсирующим, зловещим сиянием, казалось, исходящим из самого сердца Тьмы. Я почувствовала, как воздух становится плотнее, как по коже пробегают мурашки, словно тысячи невидимых игл вонзились в меня, как волосы на руках встают дыбом. Это была она: Тень. Уже здесь, уже обретшая форму.

— Сюда! — прорычал Рей, его голос, хоть и слабый, был полон силы и несгибаемой воли. Он появился рядом со мной, его тело мерцало, словно он вот-вот растворится, а чёрная, дымящаяся кровь продолжала сочиться из ран, оставляя тёмные, вязкие следы на холодном камне. Его золотые глаза горели, но в них сквозила такая боль и напряжение, что я едва могла на него смотреть. Он был на грани, отдавал последние силы, но не сдавался.
Он указал на узкую щель в стене, почти незаметную, скрытую за массивом камня. От нее исходил слабый, пульсирующий свет, похожий на древнюю, забытую свечу.
— Древний проход, — прошептал он. — Он ведет… прямо к Сердцу Печати. К самому центру. Туда, где он находится.
Я кивнула. Сюда. Это был наш единственный путь.
Я втолкнула принцесс в щель. Одна за другой. Они были слишком напуганы и дезориентированы, чтобы сопротивляться. Лила, чье обмякшее тело я чувствовала, но чей слабый пульс теплился, была передана одной из принцесс.
— Держи её! — крикнула я. — Не отпускай!
Последней протиснулась Элла. Её глаза, хоть и затуманенные, встретились с моими. В них была мольба. И вера.
— Вика… — прошептала она. — Спаси… спаси нас…
— Я спасу, — прошептала я. — Я обещаю.

Я обернулась. За нами раздался грохот: камень, открывший путь, медленно, со скрежетом, начал закрываться, словно гигантские челюсти. Кассиан прорвался. Я слышала его яростный рык, его шаги сотрясали землю.
Рей поднял руки. Его тело вспыхнуло ярким, ослепительным золотым пламенем, залившим узкий проход и заставившим тени отступить. Он направил свою силу на закрывающийся камень, замедляя его движение.
— Беги, Вика! — прорычал он. — Беги! Я… я задержу его!
Я не раздумывала. Бросилась в щель, чувствуя, как Рей толкает меня, отдавая последние силы. Протиснулась внутрь. За мной раздался оглушительный грохот – проход закрылся. На этот раз – окончательно. Я осталась одна с принцессами в самом сердце бездны. Рей… он остался там с Кассианом, один на один.

Мы оказались в огромной, сводчатой пещере. Воздух был тяжелым, спертым, пропитанным запахом древней, концентрированной магии, которая буквально давила, вызывая легкое головокружение и тошноту. Стены пещеры были покрыты сложными, мерцающими рунами, светившимися слабым, пульсирующим светом – красным, синим, зеленым. Это было «Сердце Печати» – место, где древняя Тень была запечатана и где Кассиан собирался провести финальное слияние.

В центре пещеры, на огромном, пульсирующем алтаре из чёрного, пористого камня, поверхность которого была испачкана древней кровью, стоял… нет. Не Кассиан. Это был силуэт. Темный, огромный, состоящий из чистой тени. Он пульсировал, менял форму, словно живое, дышащее существо, сотканное из чистого мрака, из самой бездны. Его очертания были расплывчатыми, но в них угадывались черты рогатого, крылатого чудовища, чье присутствие заставляло землю дрожать. Это была почти освободившаяся Тень.

И тут я увидела его. Принц Кассиан. Он предстал в своей истинной, могущественной форме. Его тело было напряжено, лицо искажено, а глаза пылали багровым светом, теперь ещё ярче, ещё интенсивнее, словно он был наполнен чистой, неразбавленной тьмой, разъедающей его изнутри и превращающей в нечто нечеловеческое, существо, старше самого времени, не принадлежащее этому миру. Его кожа была бледной, почти прозрачной, сквозь нее просвечивали темные, пульсирующие вены, наполненные чистой тьмой. Со спины выросли огромные, размашистые, кожистые крылья, словно у летучей мыши, отбрасывающие зловещие тени. На голове красовались два острых, изогнутых рога, чёрных, блестящих, словно отполированный обсидиан. Ногти, недавно чистые, теперь были тёмными, заостренными, как когти хищника. Это было ужасно, но завораживающе. Он был воплощением зла, которое я так долго искала, чудовищем, скрывавшимся за маской идеального принца.