Рождественский подарок

Глава 3 Трудности

Глава 3

Трудности

Так прошло две недели. Две недели нашего с Евой общения. Мы были просто счастливы. На всех парах мы сидели только вдвоём. После занятий она частенько задерживалась и помогала мне догонять пропущенное. С каждым днём я всё больше и больше привязывался к ней. Мне казалось, что и она тоже.

Несколько раз за это время видел, как её привозил тот мужчина. Но я старался об этом не думать. Я как страус, прятал голову в песок. И вот в один из дней мне пришлось эту самую голову всё же вытащить из «песка». И ждал меня пренеприятный сюрприз.

В тот день Евы на занятиях не было. Когда я весь день просидел на занятиях один, окончательно понял, насколько серьёзно я увяз в этой девушке.

Последней парой у нас была философия. Когда пара закончилась и все студенты вышли из аудитории, я решил подойти к Евгению Петровичу и узнать, почему сегодня на занятиях не было его дочери.

Когда я задал ему этот вопрос, он долго ничего не отвечал. Он пристально меня изучал своим проницательным взглядом. И только после этого ответил:

- Радмир, я давно хотел с тобой поговорить.

- И о чём?

- О моей дочери.

- Мы с ней общаемся. И она мне очень нравится.

- Я знаю это. Но вы не можете быть вместе.

- Но почему? Чем я вас не устраиваю?

- Ты меня устраиваешь всем.

- Тогда почему вы так говорите?! – я начал выходить из себя.

- Я не могу тебе сейчас всего объяснить. Но быть вместе вы не можете. И более того: не сиди с ней рядом.

- Это всё?!

- Всё, Радмир.

Я выскочил в коридор, не забыв со всей дури шарахнуть дверью. Во мне бушевал гнев и обида.

 Я не знал почему.

Не знал.

А ещё я не знал, что мне теперь делать.

Начиная со следующего дня, мы с Евой перестали общаться. Я стал сидеть с Эдиком. А она сидела теперь с девушкой из нашей группы. Но они не общались между собой. Было очень заметно, что Ева грустит. Но она даже не смотрела в мою сторону.

Я ничего не мог понять.

Сначала я злился.

На Евгения Петровича.

На неё.

На себя.

На обстоятельства.

ЗНАТЬ БЫ ЕЩЁ ПРИЧИНЫ!!!

В тот день я следил за ними. Когда я увидел дом, в котором жили Косарёвы, я спокойно отправился домой.

Вечером же я вернулся сюда. Что я рассчитывал здесь увидеть? На что я мог надеяться? Я и сам не знал ответа на эти вопросы. Но меня тянуло к ней безудержно. Было такое чувство, что если я не буду к ней хоть чуть-чуть ближе, то просто не смогу дышать. Поэтому когда стемнело, я подъехал к их дому, остановившись за несколько кварталов. Припарковал машину на стоянке возле соседнего дома и отправился к ним во двор. Я стоял под сенью большого дерева. На улице уже стемнело, поэтому я мог так стоять спокойно, не боясь, что меня увидят.

Дом, в котором жила Ева был двухэтажный, как и большинство домов в этом районе. Это был солидный район для состоятельных людей. Сам я жил в похожем районе, только в другой части города.

Свет горел в окнах на первом этаже, но ничего не было видно. Я набрался смелости и подошёл ближе. Когда заглянул в окно дома, увидел, что Ева сидят с отцом в гостиной и о чём-то разговаривают. Я не мог слышать их слов, но по тому, как она вели себя в это время, нетрудно было догадаться, что они о чём-то спорили.

Профессор был не в духе. Он разговаривал с дочерью очень резко, от чего она не выдержала и стала подниматься наверх. У меня было почти непреодолимое желание броситься к ней.

Чтобы успокоить.

Чтобы прижать её к себе.

Но я не мог этого сделать. Ведь я хорошо знал, что её отец не желает меня видеть с ней рядом. 

Но меня всё это не останавливало. Я стал смотреть по сторонам и заметил рядом с домом большое дерево, крона которого уходила вверх, выше крыши.

Мне хватило нескольких минут для того, чтобы забраться на него. Когда я оказался вровень с окнами второго этажа, то едва не упал вниз, так как в окнах загорелся свет. Я испугался, что она меня увидит. Но нет.

Я стал наблюдать за Евой, потому что на моё счастье это оказались окна её комнаты!

Что же я ожидал увидеть? В моих потаённых мыслях тут же пронеслись шальные мысли о том, как она будет раздеваться. И едва я об этом подумал, как она и правда стала раздеваться!

Словно я тот самый Емеля и волшебная щука задолжала мне три желания.

Я только крепче ухватился за ветки дерева, чтобы не упасть.

Ева раздевалась быстро и нервно. Но и от этой картины у меня дух захватило! Вот она наконец-то сняла с себя это длиннющее платье. Я уже думал не раз, что она его носит лишь потому, что у неё какие-то проблемы с ногами.

Но меня поджидал приятный сюрприз: её ноги были прекрасны – без малейшего изъяна.  А ещё её кожа отливала молочной белизной.

Когда она сняла с себя платье, то осталась в одном нижнем белье. Мне стоило большого труда оставаться на месте. Когда же она стала снимать с себя и бельё, то я не выдержал и застонал.

Нет, идея с подглядыванием была не самой лучшей.

Ева сняла с себя всё. Единственное, что на ней в это время оставалось – был какой-то медальон.

После этого она подошла к большому зеркалу и остановилась возле него. Так она стояла и смотрела на своё отражение в зеркале какое-то время. Она распустила косу и стала расчёсывать волосы. Ко мне она стояла спиной, поэтому какое-то время я не мог видеть её наготы из-за копны белоснежных волос, которые окутали её с головы до ног.

Я едва держал себя в руках. На меня с такой силой нахлынуло желание к этой девушке, что я со всей силы ухватился за сук, да так, что костяшки пальцев занемели.

Мой разум подсказывал мне, чтобы я прекратил всё это. Чтобы я убирался отсюда и прекращал заниматься мазохизмом.

Но мои чувства к этой девушке не позволили мне этого сделать. И я продолжил своё наблюдение.