Рождество по чужому рецепту

Глава 1

Каждый уважающий себя психолог сказал бы, что десять лет — это достаточный срок, чтобы забыть детские обиды. Но никто из них не встречал Итана Хансена.

Иногда мне казалось, что он — моё проклятье. У нас совпадали почти все занятия, и единственным местом, где я могла отгородиться и от него, и от своей семьи, был художественный класс. Это моя территория, пропитанная запахом дешевого кофе и акрила, где я переставала быть дочерью, которая должна унаследовать ресторан, и становилась просто Хлоей.

По крайней мере, до сегодняшнего дня.

Я, как всегда, опаздывала. Толкнула тяжелую дверь спиной, протискиваясь внутрь со стаканом кофе из автомата в одной руке и огромной папкой для эскизов в другой. Учителя внутри ещё не было, и я облегчённо выдохнула, но сразу застыла на месте.

За моим мольбертом сидел он.

Итан в белоснежной рубашке выглядел абсолютно чужеродно среди заляпанных краской мольбертов и хаоса художественного класса. Перед ним на столике уже был разложен набор карандашей, которые лежали параллельно друг другу.

Наверняка ещё и отсортировал их по твердости. Маньяк.

Я пересекла класс и с грохотом опустила папку на соседний стол, игнорируя удивленные взгляды одноклассников. Итан даже не вздрогнул, продолжая затачивать карандаш канцелярским ножом.

— Ошибся дверью, Хансен?

Он даже голову не повернул, будто меня тут и не было, и из-за этого я стала закипать ещё сильнее.

— Ты занял мой мольберт.

Итан наконец соизволил поднять голову. Его светло-голубые глаза лениво скользнули по моему лицу, задержались на растрепавшемся пучке волос с торчащим в нём карандашом и вернулись к ножу.

— Я не видел таблички «трон её величества Моретти».

— Все знают, что это моё место. Я сижу здесь три года.

— Значит, у тебя было три года, чтобы выучить расписание и приходить вовремя, — Итан сдул графитовую пыль с острия и отвернулся.

Дверь класса распахнулась, и вошёл мистер Грейвс. Мне пришлось сесть за соседний стул, но внутри всё кипело.

— Сегодня работаем с натурой, — объявил мистер Грейвс и кивнул на подиум, где уже стоял кувшин и ваза с подвядшими яблоками. — Сначала ищем форму, потом работаем с цветом. И не зацикливаемся на деталях.

Последнее он сказал, глядя на меня, ведь это как раз было моей проблемой. Я отвела взгляд и взялась за карандаш. Такие занятия казались мне скучными, ведь точно передать форму может и фотография, но это было моим слабым местом, поэтому уйти я не могла.

Рядом раздавался мерный, раздражающий шорох. Я не выдержала и покосилась на мольберт Итана. Его эскиз выглядел настолько симметричным и выверенным, словно он перенёс его на бумагу с помощью кальки.

— Будто схему сборки мебели чертит, — фыркнула я, и это прозвучало громче, чем я планировала.

— Тебе тоже стоит попробовать. У твоего кувшина нет дна.

Я сжала карандаш, представляя, как воткну его в руку Итану. Хотелось ответить, но Грейвс уже шёл в нашу сторону.

Следующие полчаса превратились в пытку. Между нашими локтями было не больше полуметра, и эта близость мешала сосредоточиться. Я чувствовала его присутствие каждой клеточкой тела — каждое его движение, скрип стула, шуршание идеально заточенного карандаша, даже его спокойное дыхание.

Когда наконец прозвенел звонок, я первой подскочила к раковине, мечтая скорее убраться отсюда. Я схватила стакан с грязной водой и кистями, недопитый кофе и зажала под мышкой папку с эскизами.

Итан, разумеется, оказался у раковины рядом со мной. Заметив, что я пытаюсь одной рукой открыть кран, удерживая все вещи в другой, он сам включил воду.

— Давай помогу, — его голос прозвучал неожиданно мягко. — Ты сейчас всё разольёшь.

Он потянулся к моей руке, чтобы забрать кисти, и коснулся моей ладони. Его пальцы были горячими, и кожа под ними отозвалась мелкой дрожью.

— Не лезь! — рявкнула я, отшатываясь.

Я выставила вперёд руку, чтобы отгородиться от Итана, и это было ошибкой. Папка с рисунками выскользнула из-под локтя и полетела вниз. Она упала в раковину прямо под струю воды, и картонная обложка тут же намокла, а вода хлынула внутрь, заливая листы.

Итан выключил воду и схватил папку.

— Хлоя, прости, я… — его голос дрогнул.

— Не утруждайся.

Я развернулась и пошла к выходу. Уже в дверях остановилась, разжала пальцы, и стаканчик кофе с глухим стуком упал в мусорное ведро. Я обернулась к Итану, который всё ещё стоял с мокрой папкой в руках.

— Выкинь и это, Хансен. Всё равно это просто мусор.