Рождество в проклятых землях

Глава 14

Устроившись на краю кровати, предварительно сгрузив находки на стол, я подозревала, что всё не может быть столь просто, но…

С замиранием сердца кончиками пальцев коснулась первого слоя заклинаний, в ожидании чего-то. Наверное, фильмы про мумии и их гробницы не прошли зря. Я чувствовала, что это охранные чары, а значит, что-то может произойти, но ничего. Странным казалось завихрение на боку коробки, в которой спрятан блокнот. Оно имело своеобразную сложную форму завитушки, которую просто так никогда не нарисуешь. По наитию я пальцем проследила этот узор и вздрогнула от щелчка, слишком громко прозвучавшего в тишине комнаты.

Защитные заклинания на зайце никуда не исчезли, не померкли и не изменились, но коробка открылась, явив мне небольшую книжицу с серой мягкой и потрёпанной обложкой. Брать её в руки оказалось ещё более волнительно, чем открывать тайник. Ведь ничем иным, как тайником это быть не могло. Чей же он?

Аккуратно отставив зайчика в сторону, я открыла дневник. Надпись гласила: «Ирион Лунатрац урождённая Пуранке». Неужели, это дневник одной из жён хранителей источника? Уже с неимоверным любопытством перевернула страницу. «1187 химос от сошествия». Я так поняла, что это местное летоисчисление, но даже отдалённо не представляла какой год сейчас. Да и пусть. Читаем и не отвлекаемся. Раз меня к нему тянуло, значит, оно мне надо.

Продираясь сквозь дебри явно старых или вообще незнакомых мне слов, я не заметила, как в комнату вошла Уласта, да не одна.

— Нашла что-то интересное? — улыбалась женщина, в отличие от брата. Как же сложно воспринимать их родственниками. Теперь надо одёргивать себя по поводу их внешности. И это жутко некомфортно.

— Не знаю ещё. Там, на столе… — поднялась я, пытаясь засунуть дневник под подушку. Наивная, разве это могло скрыться от пронизывающих глаз герцога?

— Что это? Что вы прячете? — холодно спросил он.

— Нашла какую-то книгу среди тех вещей, — максимально беспечно сказала я, пожимая плечиком, хоть и сама слышала, что голос дрогнул.

— Покажите, — протянул он руку. Два удара сердца на замешательство, и я кладу дневник в его раскрытую ладонь, в которой он почти тонет. Сначала он осматривает его снаружи, затем и открывает. И его брови ползут вверх.

— Откуда он у вас? — с нотками металла в голосе спрашивает Даркмес.

— Достала из зайца, — показала на игрушку, не в силах даже попробовать возразить, — точнее из подарка в его лапках.

Даркмес тут же сунул дневник в руки Уласте, а сам стал вертеть игрушку. И мне прямо виделось, как яркость его неоновых глаз меняется при осмотре. Это пугало и завораживало. Почему этот мужчина так на меня действует? Это же неправильно.

— И вы просто взяли и достали дневник супруги первого хранителя? — вскинул он взгляд на меня.

Со вздохом сбивчиво объяснила ему, точнее им, как и каким образом я это сделала. Пришлось ещё трижды уверить, что никаких препятствий или негативных последствий не почувствовала. Но следующие его действия выбили из меня дух.

Даркмес резко поставил игрушку на стол и схватил мои руки. Холодные, но не обжигающие, сильные пальцы вертели мои ладошки в разные стороны. Он ещё и наклонился ниже, чуть ли не нюхая их. Моё сердце заходилось в бешеном ритме где-то в районе горла, не то пытаясь выскочить к нему, не то перекрыть дыхание нерадивой хозяйке, которая млела от аккуратных прикосновений мозолистых пальцев. Почему-то представлялось, как в этих руках лежит меч, а потом фантазия подкинула картинку… Ох, Света, остановись!

— Светлана! — воскликнула Уласта. — Даркмес, прекрати! Она сейчас в обморок упадёт.

Лишь слабое прикосновение к локтю вернуло меня в реальный мир. Что это было?

В голове до сих пор мелькали мутные картинки нашего с герцогом танца и поцелуя. Могу поклясться, что ощущаю холод на собственных губах, словно действительно только что соприкоснулась с…

— А почему кожа холодная? — ляпнула я, глядя в его нереальные сияющие сейчас глаза.

— Какой есть, — грубо ответил мужчина и тут же отпустил мои руки. Так обидно стало на душе, хоть плачь.

— Дарк! — воскликнула Уласта, а потом мягко добавила мне: — Не принимай на свой счёт, он у нас обделён женским вниманием, вот и не знает, как себя с девушками вести.

— Что? — почти рёв от обсуждаемого. — Ну, знаете что…

Не узнали, потому что, обдав нас праведным гневом своих глаз, он резко развернулся и вышел, почти выбежал.

— Зачем вы так? — вздохнула я.

— Потому что это правда. Скажи честно, тебе нравится Даркмес?

— Я ничего о нём не знаю. Он же только рычит и смотрит, — ушла я от ответа.

— Будем исправлять, — кивнула Уласта скорее своим мыслям, чем мне. — Так что ты нашла?

Она мастерски ушла от темы, а потом и вовсе засияла от восторга. Оказалось, что тот самый странный плоский камень, местный аналог ксерокса. Он копирует всё, что на него положат. Конечно, в зависимости от размера. Если подсунуть его под кровать, вторую такую же не получишь, а вот бабочку или для начала её крыло, чтобы отремонтировать, легко. Именно это она мне и продемонстрировала.

Сначала аккуратно не то сломала, не то как-то сняла (я не уследила), а потом положила на камень, провела по его узкой части от угла к углу пальцем и… перламутровый цвет каким-то волшебным образом стал казаться дымом внутри камня. Он клубился сизым цветом, пару раз сверкнув голубым, а потом словно вздохнул тяжело, выпустив маленький клочок тумана, и на его поверхности соткалось ещё одно, точно такое же крыло бабочки.