Розовый Дом. Путешествие через кошмар

Глава 5. Генезис-Альфа

Девушек разбудил не свет — он в комнате никогда не менялся — а мягкий, шипящий звук. Дверь бесшумно съехала в стену, и в проёме возник силуэт в розовом халате. Доктор стоял, держа в руках поднос с двумя розовыми мисками, и его закрученные усы были подняты в подобии приветливой улыбке.

— Доброе утро, субъекты! — его голос прозвучал сладко и бодро, как реклама жевательной резинки. — Надеюсь, период акклиматизации прошёл продуктивно. Примите свой утренний рацион. Оптимальная смесь нутриентов для предстоящей активности.

Он вошёл и поставил поднос на розовый столик. В мисках дымилась густая, равномерно розовая каша. От неё исходил тот же полный отсутствия запах, что и от гамбургеров. Рядом лежали розовые ложки.

Алия, ещё не до конца проснувшись и оглушённая кошмарами, инстинктивно отпрянула к стене. Элла села на койке, пытаясь привести мысли в порядок. Книга Лео! Она лежала у неё под головой, в рюкзаке. Удалось ли ей прикрыть его собой? Она сделала вид, что поправляет спутанные волосы, одновременно нащупывая ткань рюкзака под одеялом. Кажется, Доктор ничего не заметил.

— Спасибо, — автоматически, скрипуче произнесла Элла, глядя на кашу с таким видом, будто изучала сложный химический состав.
— Пожалуйста, — Доктор склонил голову. Его розовые очки скользнули по лицу Алии, задержались на её напряжённой позе. — Напряжение в мышечном корсете. Фиксирую. Не волнуйтесь. Сегодняшние процедуры направлены именно на снятие таких блоков. На гармонизацию телесных и психических реакций.

— Какие... процедуры? — спросила Алия, стараясь, чтобы её голос не дрожал.
— О, сюрприз! — Доктор сделал лёгкий, театральный жест. — Это нарушило бы чистоту эксперимента. Но могу заверить, они абсолютно безболезненны. Более того, многие субъекты после них отмечают... чувство лёгкости. Освобождения от груза ненужных воспоминаний и аффектов.

Его слова прозвучали как прямая угроза. «Освобождение от груза» — именно этого они и боялись. Потерять себя. Стать пустыми, розовыми оболочками.

— Нам нужно... подготовиться, — сказала Элла, глядя на кашу. — Умыться.
— Разумеется! — Доктор великодушно указал на розовую раковину. — Диспенсер содержит всё необходимое для гигиены. У вас есть ровно двадцать минут. Затем я вернусь и сопровожу вас в модуль подготовки. Приятного аппетита.

Он повернулся и вышел. Дверь снова закрылась с тихим щелчком.

Как только он исчез, Алия схватила свою миску и швырнула её в стену. Розовая липкая масса бесшумно шлёпнулась о гладкую поверхность и медленно поползла вниз, не оставляя следа.
— Я не буду это есть! Ни за что!
— И я нет, — спокойно сказала Элла, отодвигая свою миску. — Но нам нужны силы. — Она полезла в рюкзак и достала половинку шоколадки, заветренную и немного помятую, и бутылку с водой. — Делим.

Они молча разделили шоколад и сделали по несколько глотков воды. Это казалось пиром после розовой дряни.
— Двадцать минут, — прошептала Элла, уже моя лицо безвкусной, но прохладной жидкостью из диспенсера. — Нам нужно решить, как мы будем себя вести. Сопротивляться открыто — он может нас «усмирить». Соглашаться на всё — нас «очистят». Нужен третий путь. Игра.

Алия, умываясь, кивнула, её глаза горели решимостью, смешанной со страхом.
— Симуляция. Притворяться, что мы поддаёмся. Но внутри... искать слабые места. Как с этой книгой. — Она понизила голос. — Ты думаешь, в его лаборатории могут быть такие же журналы? Архив?
— Должен быть, — уверенно сказала Элла. — Он учёный. Он всё фиксирует. Нам нужно найти его кабинет, серверную, что-то в этом роде. Но для этого нужно сначала получить хоть какую-то свободу передвижения. Или... отвлечь его.

Они переоделись в свою же одежду, которая теперь казалась им последним бастионом личности в этом розовом море. Элла тщательно спрятала книгу Лео на дно рюкзака, прикрыв её самыми незначительными вещами.

Ровно через двадцать минут дверь открылась снова. Доктор стоял на пороге, его руки были спрятаны за спиной.
— Прекрасно. Вы выглядите... свежее. Готовы к новому дню познания себя?
— Готовы, — солгала Элла, стараясь сделать своё лицо нейтральным, покорным.
Алия лишь кивнула, избегая смотреть ему в очки.

— Тогда следуйте за мной, — Доктор развернулся и пошёл по коридору. — Сегодня мы начнём с модуля «Сенсорная калибровка». Он поможет вам... переоценить значение внешних раздражителей.

Он вёл их обратно в главный лабораторный зал, но теперь их взгляды уже не были просто полны ужаса. Они сканировали пространство, ища щели в системе, взгляд Доктора, который изучал их, теперь встречал вежливую, пустую улыбку Эллы и сдержанную покорность Алии. Они вступали в фазу тихой войны. Войны за свою память, свои страхи и право не стать очередным номером в розовом архиве Дома. Первый раунд начинался сейчас.

Доктор вёл их по стерильному розовому коридору, его каблуки отстукивали безэховый ритм по идеально ровному полу. Они миновали несколько запертых дверей с непонятными пиктограммами, и с каждой секундой ощущение ловушки сжималось вокруг них туже.

Наконец, они подошли к массивным двустворчатым дверям из матового розового металла. Доктор приложил ладонь к сканеру, и двери разошлись с тихим шипением, открывая огромный, высокий зал. В центре зала стояли те самые прозрачные капсулы, которые они видели в первый раз — цилиндры из толстого стекла или пластика, заполненные мутным розовым гелем. Теперь их было шесть. Внутри одного из них тот самый человекообразный силуэт был виден чуть чётче — он казался скрюченным, замершим в неестественной позе.

В воздухе висел низкий, почти неслышный гул работающего оборудования и тот же сладковатый химический запах, но здесь он был гуще, почти осязаемым.

— Модуль «Сенсорная депривация с элементом пси-резонанса», — с гордостью объявил Доктор, указывая на капсулы. — Внутри вас ждёт полный покой. Гель нейтрализует тактильные ощущения, свет и звук изолированы. Остаётся только чистое сознание. И... отголоски сознаний предыдущих субъектов. Это поможет вашей психике начать процесс... отслоения от индивидуального опыта.

От его слов стало физически плохо. Их хотят лишить всего, что делает их ими — ощущений, мыслей, памяти, растворив в общем розовом «мы».

— Но перед началом, — Доктор вдруг повернулся к ним, и его улыбка стала чуть напряжённой, будто он вспомнил о каком-то мелком техническом моменте, — мне необходимо проверить уровень геля в рециркуляционных насосах. Подождите здесь. И, пожалуйста, не прикасайтесь к оборудованию.

Он повернулся и скрылся за одной из технических панелей, встроенных в стену зала, оставив их одних в этом жутком святилище.

Девушки переглянулись. Времени было в обрез. Их взгляд инстинктивно метнулся по залу в поисках чего-то, что могло бы помочь. И тут Элла её увидела.

В нише у входа, почти скрытая тенью от выступающей колонны, стояла знакомая тумбочка. Круглая, полированная, под стеклянным колпаком. Совершенно такая же, как на четвёртом этаже и у «плачущего камня». На ней лежал один-единственный листок.

Ещё одна подсказка от сопротивления, — мелькнуло в голове у Эллы.

Она толкнула Алию локтем и бесшумно, на цыпочках, метнулась к тумбочке. Алия встала на стреме, прикрывая её от возможного взгляда Доктора. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно во всей комнате.