Розовый лотос

Глава 1

«Жила-была девочка...» – так, наверное, должна начаться история о любой хорошей девочке, которую непременно ждала судьба юной и избалованной вниманием принцессы, затем головокружительные и страстные приключения с прекрасным принцем и, конечно же, семейное счастье с любимым в уютном гнездышке. Но эта история пошла совсем по иному пути...

Хотя бы потому, что девочка была вовсе и не человеческой девочкой, а самой настоящей фейри. Это такие лесные феи – подвид эльфов, которым приписывают множество забавных (и не очень) фокусов. Якобы с помощью волшебства они способны запутать человека, пришедшего в лес, да запутать так, что несчастный никогда уже не выйдет к людям. Уснет на какой-нибудь полянке, упав от бессилия, ибо ходить кругами по зачарованному лесу в течение нескольких дней, согласитесь, утомительно. Почему фэйри так поступали, никто толком не знал. Разве что сами лесные проказницы...

– Люди совсем обнаглели, – пыхтела пышнотелая Лярва, изо всех сил пытаясь игнорировать мужчину, лежавшего без чувств под юной осинкой. Однако ее взгляд возвращался к запрещенному объекту, несмотря на усилие воли. – Напиваются до невменяемости, а потом всё на фей сваливают. Вон, посмотри на него, Хмель! Ну и рожа...

Хмель присела на корточки, разглядывая спящего человека. Вид у него, действительно, был не самый опрятный. Лицо, заросшее темной щетиной, выглядело смертельно бледным и уставшим, да и косая кровавая ссадина на скуле свидетельствовала о дурном характере мужчины.

«Видимо, подрался с кем-то накануне, пьянь позорная», – пришла к выводу Хмель и, поморщив аккуратненький носик, брезгливо убрала длинную черную челку со лба спящего «красавчика». Впрочем, «позорная пьянь» и впрямь оказался ничего: на вид ему было не больше двадцати пяти – двадцати семи; точеный профиль, темные, плавно изогнутые брови, густые ресницы, подрагивающие во сне, и красивые губы, полные сладострастного нектара. Взгляд девушки невольно скользнул ниже по шелковистой коже его шеи, где красовалась замысловатая татуировка, уползающая куда-то дальше, но Хмель застеснялась туда смотреть и вовремя отвела свои сиреневые глаза, так как мужчина перевернулся и пробормотал что-то невнятное.

Хмель насторожилась, принюхиваясь.

– Лярва, а ты уверена, что он пьяный? От него же не пахнет алкоголем. Совсем.

– Тогда что с ним?

– Хм, – пожала плечами Хмель, – может, он отравлен наркотиками или избит? Давай поглядим, нет ли у него синяков.

Она едва успела распахнуть мужскую легкую куртку, как руки Лярвы преградили ей путь.

– Ты что?! – вытаращилась на нее подруга. – Нам нельзя его трогать! Лучше сообщить лесной охране.

– Но... – Хмель с сожалением оглянулась на спящего, невольно подмечая стройное тело и накачанный торс, выглядывающий из-под разорванной футболки. – Посмотри на него, его кто-то поцарапал. Да еще такими когтищами...

Лярва призадумалась и решила пойти на попятную, всё равно спорить с Хмель было делом абсолютно бесполезным. Подруга отличалась упорством, достойным бобра, что точит и точит все деревья подряд, пока не соорудит свою плотину.

– Ну да, когти. И что? – насупилась Лярва.

– Это не от медвежьих лап, – осторожно приподняв окровавленный лоскут футболки, определила Хмель, – это похоже на...

– Оборотня!!! – двухголосьем завопили девушки и мигом отскочили от очнувшегося мужчины.

– Эй, – привстав, слабо позвал он, – эй… – после чего моментально упал на траву, вновь отключившись.

Хмель застыла в нерешительности, где-то на задворках сознания отметив бархатную интонацию и пряный голос мужчины. Он очаровывал, окутывал нежностью и выводил на еще более значимые чувства, о которых приличная девушка возраста Хмель не должна была даже помышлять. Но не думать в заданном направлении она уже просто не могла: незнакомец согнул одну ногу в колене и развалился в самой непристойной позе, демонстрируя бедра, туго обтянутые кожаными брюками, и то, что было между этими длинными и манящими взгляд ногами.

– Куда ты смотришь?! – возмутилась Лярва. – Пойдем, нам надо возвращаться, а то в академию не пустят. Уже закат. Ты слышишь меня?

Хмель кивнула в знак согласия, затем нахмурилась и подошла к мужчине. Сорвав со своего пояска маленькую склянку, она посыпала на раны розовым порошком. Пришлось потратить весь запас, так как раны оказались хоть и неглубокими, но длинными – царапины прочертили весь торс мужчины и даже задели один бок.

– Ну вот! – заметила Лярва. – Теперь ты не сможешь работать на занятиях. Весь Мутнодел на него потратила.

– Подумаешь, – отмахнулась Хмель, – еще изготовлю.

– Ага, а мадам Кнотье так тебе ингредиенты и выдаст. Ты уже израсходовала весь свой месячный лимит на белку, потом на птицу, а теперь еще и на этого... человека. Пойдем, пока он не очнулся. Вдруг его не только поранил оборотень, но еще и укусил. Оборотническое бешенство – смертельно оп…

– …опасное заболевание, – хором с ней, заключила Хмель, – знаю, знаю! Пошли.

Вздохнув, Хмель неохотно поднялась с колен и собралась уходить, как «пациент» схватил ее за щиколотку.