Розыск малиновых ведьм

Глава 3. Треклятый хмурила, или Хуже некуда

Кэрион

Не так я представляла утро после долгожданной ведьминской инициации. Головокружение, головная боль, краткая потеря памяти — обычные симптомы, которые быстро переставали беспокоить. Только в этот раз к ним прибавилось кое-что еще.

Веки приклеились друг к другу. Звуки исчезли, словно уши заложило водой. Казалось, в моем теле болела каждая клеточка. Неужели именно так ощущалось полное раскрытие силы? Я прислушалась к магии. Очень странно. Открытых магических потоков стало больше, но далеко не все. Невозможно!

Что-то не так.

Я приоткрыла глаза, но тут же зажмурилась от болезненного жжения и яркого света. Симптомы скорее напоминали лихорадку, а не обретение силы. Повоевав с разноцветными пятнами, я сквозь слезы наконец-то осмотрелась. Деревянный потолок и стены, по углам — простая мебель. Ни сушеных трав, ни ведьминских оберегов. Место выглядело незнакомым.

Внезапно осознала, что лежу совершенно голая под грубым одеялом. Голая? С чего бы? Допустим, меня нашла бабушка и привела в только ей известное место на отсыпку. Но зачем раздела?

Слух вернулся.

Рядом со мной раздался чей-то громкий храп.

Гнилозубый бродень[1]!

Резко села и посмотрела на «исполнителя» по соседству. Одеяло сползло, обнажив мою грудь. На всякий случай быстро вернула его на место и придержала руками. Медленно повернула голову в сторону храпящего, потому что она все еще немного кружилась. Только обморока мне не хватало!

Как только сфокусировалась на объекте, по коже пробежался холодок. Нет, даже лютый мороз. Я застыла как статуя, не в силах пошевелиться. Несколько раз моргнула в надежде, что проблема исчезнет. Верховная Ведьма, пусть бы это оказалось всего лишь видением! Увы, ничего не изменилось.

Рядом со мной лежал полностью обнаженный мужчина. Демонически привлекательный мужчина! Худший из возможных в моей постели! Не просто маг.

Инквизитор.

Пепельно-фиолетовый оттенок его волос буквально кричал о том, сколько черных ведьм он уже сжег своей инквизиторской магией.

Много. Очень много.

О-о-о, нет. Спаси меня, Верховная Ведьма!

Картинка складывалась отвратнее некуда. Утро после инициации началось с пробуждения в постели с голым инквизитором. Это ли не признак надвигающейся катастрофы для дочери черной ведьмы?!

Быстро встала и постаралась бесшумно найти свою одежду. Движения выходили неуклюжие, дрожащие ноги отказывались слушаться. Лучше вести переговоры одетой, что бы между нами ни произошло этой ночью! А произошло ли? Я снова замерла, силясь вспомнить хоть самую малость. Ничего! Не ночь, а черный лист! Может, все же существовало логическое объяснение происходящему?

«О, Верховная! Зачем этот треклятый хмурила приблизился к ведьме во время инициации? Как сакральная ведьминская магия его пропустила?» — едва не застонала в голос я.

Пока гроза всех ведьм беззаботно сотрясал воздух храпом, я заметила порванное в клочья платье. Инквизитор снова всхрапнул и перевернулся на другой бок, заставив меня вздрогнуть и посмотреть на него. Не проснулся. С усилием отвела взгляд от голого тела на кровати. Мрачно оценила состояние мебели в незнакомом доме: разломанный пополам стол криво лежал без одной ножки в окружении сваленных бумаг и перьев от подушек, из дырок старого дивана выглядывала солома.

Да что здесь произошло?!

Словно наконец-то отозвавшись на мои вопросы, воспоминания начали возвращаться вспышками. Одно, второе, третье...

«Верховная Ведьма, нет-нет-нет», — мысленно застонала я, густо краснея от картинок в голове.

Мы, словно обезумевшие от жажды звери, занимались… Этого не может быть! Только не в ночь инициации! Это ведь единственная ночь, когда ведьма может забеременеть! Меня бросило в жар, и закружилась голова. Какая катастрофа! Чтобы не потерять сознание от масштаба трагедии, я оперлась о подоконник. Кто же знал, что он такой неустойчивый! Предательская доска вместе со шкатулкой оглушительно громко свалились на пол.

Инквизитор резко сел и уставился на меня. Затем серые глаза растерянно забегали по комнате. Белесые брови с каждым мгновением поднимались все выше и выше. В центре этого бедлама, к сожалению, находилась нагая я. Изумленный взгляд инквизитора прояснился, а губы превратились в тонкую линию.

Вспомнил, склизкий жмуроед[2]!

Маг дернулся. Без сомнений, планировал заковать меня в цепи, а может, и вовсе сжечь на этом самом месте. Вот уж нет, инквизиторский любовничек! Не на ту нарвался! Все внутри затопила злость с горкой примесью безнадежности от сорванной инициации.

— Эфактис поркус! — быстро выкрикнула я и щелкнула пальцами.

Магия послушно отозвалась. Мужчина превратился в огромную свинью и возмущенно запищал на своем свиняче-инквизиторском. Животное запуталось в одеяле, а потом и вовсе неуклюже упало на пол.

— Неплохо, — со злорадством произнесла я.

Сил все-таки стало больше. Надежда на лучший исход пока не покидала мои мысли. С этим я разберусь позже. Пора уносить ноги. Ведьма и инквизитор в одной постели — за гранью объяснимого. Репутация грозы ведьм могла пострадать только от одного нахождения инквизитора со мной в помещении, а тут еще этот хрюкающий инцидент…