Рубаха-парень, огонь-девица

Глава 9

Хорошо в лесу летом, воздух свежий, пахнет листьями берёз да дубов. Не жарко и не холодно – так свежо, что жить хочется, и никакая мошкара в том не помеха! И защиту лес даёт, и пропитание. И от солнца знойного спасение.

Всё это Злата поняла, едва лес, в котором она пробыла уже несколько дней, закончился, уступив место полям, за которыми виднелись высоченные горы. Так далеко от дома княжна забралась впервые. Отец оберегал её, как мог, и ни за что на свете не согласился бы отпустить дочь в такую даль. А ей всё мечталось сбежать с какими-нибудь торговцами или переходящими охотниками. Да пусть и с передвижной ярмаркой – всё равно, лишь бы мир повидать, и это было самое заветное её желание.

Что её тогда останавливало, Злата и сама не особо понимала. Может быть, страх за своё будущее, а может быть не хотела расстраивать отца. Только вот сейчас, вдали от дома, она чувствовала себя в своей стезе: по жизни в четырёх стенах она не скучала, а отец и сам подтолкнул её на этот шаг, не оставив дочери выбора.

Поэтому никаких угрызений совести Злата не испытывала. Скорее, ощущение свободы и вольной жизни. Правда о том, что ей ещё предстояло сразиться со змеем крылатым, думать она пока не хотела. Просто наслаждалась своим выбором и свободой, и шла дальше, следуя тайком за Драгомиром.

Но когда лесопосадки закончились, скрываться от богатыря стало в разы сложнее. И хоть до подножья гор оставалось всего ничего, но и это время надо было как-то суметь не попасться ему на глаза, и Злате приходилось использовать всю свою изворотливость, чтобы как можно дольше оставаться в тени.

Но вот они почти и достигли гор, каждый по раздельности и всё же вместе. Княжна не могла на них налюбоваться, ведь даже издали они уже напоминали исполинов-великанов, а уж вблизи… вблизи вызывали просто полный восторг!

Уже вечерело, и Драгомир, должно быть, собирался на ночлег. Злата видела расцветающий цветок огня, и чувствовала запах жареной пищи, исходивший от мяса, которое Драгомир жарил на том костре. Сама она ничем таким похвастаться не могла, а потому, привязав Ночку к стволу единственного найдено ей здесь сухого деревца, свернулась клубочком и улеглась прямо на земле.

Но сон на этот раз не шёл. Огромное небо, раскинувшееся над ней чёрным одеялом, мерцало жёлтыми звёздами, мешающими уснуть. Завтра предстоял трудный день, ведь она никогда не ходила раньше в горы. А уж как подниматься на них, даже не слышала, а потому немного волновалась. Лошадку, должно быть, придётся оставить. Но Ночка была смышлёной – такая не пропадёт! Интересно, Драгомир тоже своего Любима в чисто поле выпустит? А иначе ведь не получится. В горах копытные друзья – лишь обуза.

На улице всё темнело и даже далёкий огонёк костра богатыря давно умолк. Воздух стал чище, прозрачнее, от дневного зноя не осталось и следа. И звуки природы стали иными, более выраженными, более вкрадчивыми, как ночные птахи, что изредка переговаривались во тьме, также мешая спать.

Злата прислушалась: где-то неподалёку шумела вода. Тело сразу же зачесалось в предвкушении помыться: обычно княжна легко смывала с себя пот после изнуряющих тренировок в лесном ручье, но в пути ей не предоставилось такой возможности. Но так хотелось смыть себя сейчас всю ту грязь и пыль лесной дороги…

Девушка решительно поднялась на ноги. Ей и в самом деле захотелось искупаться, понежиться в воде, ведь она не знала, что ждёт её там, в горах, и есть ли там вообще вода. Злата отправилась на поиски источника шума воды, и, увлёкшись, сама не заметила, как подобралась слишком близко к спящему Драгомиру. Его боевой конь стоял рядом, без привязи, и тоже дремал.

Наверное, следовало повернуть назад, но Злата так загорелась желанием омыть своё тело, что решила рискнуть. Пройдя мимо мерно посапывающего богатыря, она нырнула в узкий проход между горами и тем самым водным потоком, оказавшимся бурной рекой, уходившей, судя по течению, вглубь горы. За отвесной природной стеной девушку было не увидеть, здесь было такое тихое и уединённое место под открытым воздухом, что в любое другое время Злата бы выбралась сюда ещё не раз, так оно ей понравилось.

Скинув с себя одежду, она на всякий случай положила поближе к воде меч и осторожно зашла в незнакомую речку. Помня наказ старших, решила не уходить далеко от берега, хотя тёмная вода, отражавшая размытые в ней звёзды, так и манила окунуться в её воды. Приятная, прохладная, освежающая… Но Злата решила быть осторожной.

Окунувшись возле берега в бурлящем потоке, она почувствовала, как ночная прохлада приятно щекочет её кожу. Распустив свои светлые волосы, густые и такие длинные, что просто не могли не быть предметом гордости девушки, Злата намочила и их, собираясь промыть, насколько это было возможно. Но едва она сделала это, как услышала из-за каменного отвеса грозный голос Драгомира:

- Сам выйдешь, мил человек, или помочь тебе мне на глаза показаться?!

Он произнёс это так спокойно, но при том в голосе богатыря прозвучало столько угрозы, что сердце девушки забилось громко и часто, словно пыталось вырваться из груди. Конечно, он не убьёт её, когда увидит, с кем имеет дело. Но вдруг Драгомир видел её прежде и, узнав, кто она такая, отправит её обратно к отцу?!

Нет, этого допустить никак было нельзя!

Натянув кое-как одежду на мокрое тело, она взяла в руки меч и приготовилась драться. Но потом неожиданно на ум ей пришли слова Лешего: «Ваша сила, Златушка, в женской мудрости… Сумеешь её на деле применить, значит, сильнее любого богатыря станешь. Нет – так… нет».

И решение проблемы возникло в её голове молниеносно!

Сжав в руке свой длинный хвост из волос, она, замешкав лишь на секунду, взмахнула мечом и отсекла волосы по самые плечи! С грустью в последний раз взглянув на то, что осталось зажатым в руке, она швырнула светлые пряди в бурлящую воду, и та понесла их, унося в тот же миг всё дальше от этого места.

- Не гневись, богатырь! – пытаясь придать голосу более грубый оттенок, ответила она, наконец, заждавшемуся Драгомиру. – Я всё сейчас тебе объясню…