Рубикон

Рубикон

Я посвящаю эту книгу сыну Дамиру, ко­торый в тяжёлые минуты моих ошибок и падений всегда был рядом, поддерживал и помогал мне.

Спасибо, Сын!

--------------------

В широком море ты свой путь начни! Все твари там из малого родятся, Растут, преуспевают и плодятся, Глотая жадно меньших, чем они,

И к высшему свершению стремятся.

Гёте

--------------------

Основано на реальных событиях.

Глава 1

Я проснулся не в своей постели, а посреди широких полей. Но почему так сильно слепит дневное солнце, ведь я заснул только что. Точно помню, как обе стрелки сомкнулись на полночи. Куда-то ведёт меня протоптанная дорожка. Впереди на горизонте я вижу город. С высокой пшеницы взлетают мелкие жучки, а чуть дальше стоят исполины, наполненные мудростью, деревья. Умиротворение и гармония пронизывают меня. Мне кажется или я по-настоящему счастлив?

Почему чувство потери всего самого дорогого и так горячо любимого мной не отпускает меня? Или настоящее счастье не может существовать отдельно от страха? Наверное, чертовка матушка-природа умышленно залила противоположности в один сосуд да так перемешало их, чтобы чувство страха пресекало все попытки разрушить свое счастье своими руками? Или же моя чуйка кричит мне о надвигающейся опасности?

Всё вокруг меняется. Становится тошнотворного зелёного цвета, всё такое слизкое, липкое и до жути противное. Недавно голубое, без единого облачка, небо затягивается огненным, взятым из ада, одеялом. Мне душно, я задыхаюсь, всё плывет перед глазами. Не за что ухватиться, падаю в бездну. Рвотные массы вырываются наружу. Где же выход? Свежего воздуха мне, свежего воздуха дайте мне.

Любимая и красочная Москва. Город с вековой историей. Как же я люблю гулять по этим улицам. Как это могло произойти? Передо мной уже не она, а грязная и отвратная цитадель, в которой нет ничего, кроме хаоса и смерти. С каждым шагом всё отчётливее слышатся стенания ещё живых людей, из которых уже давно ушла жизнь. Вдоль улиц лежат обезображенные, никому не нужные, тела. Без стеснения и оглядки на площади обескровленные люди копошатся в убиенных ими когда-то своих знакомых и друзьях.

Я сжимаюсь от ужаса. Мои ноги всё ближе и ближе приближают меня к «Москва-Сити». Вот он, эпицентр чумы. Обескровленные люди стоят на коленях, словно перед ними божество. Все как один они тянут руки вверх с надеждой прикоснуться к тому, кто выкачал из них всю жизнь. У входа на корточках, как на паперти, сидит человек с кожей, натянутой на скелет. Даже в созданных адовым одеялом огненных сумерках он легко просматривается насквозь. У него вокруг мест для сердца и души огромные, ещё кровоточащие рубцы. Внутри лежит записка с надписью: «Изъято в счёт долга». А бушующая, вздымающаяся в огненное небо водяная воронка быстро осушает его некогда голубые, как океан, глаза. Вместе с водяным столбом в небе растворяются крепко взявшиеся за руки семья, дети, друзья, родители, уважение, оставляя после себя только тлен.

Вдруг странное чувство окутало меня, будто этот скелет мне знаком. Но не просто знаком, как друг или сосед, а словно между нами есть что-то общее, словно мы вместе съели не один пуд соли, прожили бок о бок вместе до сегодняшнего момента.

Секундочку... Он пытается поднять на меня свой взгляд. Как же тяжело ему это даётся! У него нет мышц, отчётливо видно, как напряглась его каждая жила, кожа вот-вот разорвётся от такого напряжения.

Так это же я.

Артём проснулся в начале шестого утра. Первый раз ему приснился такой реалистичный сон, от которого после пробуждения всё ещё было не по себе. Мужчина тихо прошёл на кухню выпить холодной воды, которая всегда будоражила и отрезвляла его от ночи. Многолетняя привычка не подвела, и он быстро пришёл в чувства. Однако до подъёма было ещё больше получаса. И чтобы не сверлить бездумным взглядом потолок, он решил немного подремать.

— Ты в порядке? — прозвучал полусонный голос жены. Она смотрела на него приоткрытыми глазами.

— Да... Сон дурацкий.

— Волнуешься перед дорогой?

— Нисколько. Сто раз по ней ездили. Полнолуние, что ли? Ты поспи ещё.

— Вроде не хочется. Ты же знаешь, что к раннему подъёму я приучена. Есть ещё немного времени поваляться.

После раннего завтрака Артём загрузил вещи в машину. Ольга помогла собраться детям. Семья уезжала в отпуск за сотни километров от Москвы. Каждый год супруги планировали совместный летний отдых. Только вместо моря предпочитали уезжать на туристическую базу и жить среди дикой природы подальше от цивилизации.

Артём любил городскую среду. Однако несколько раз в год предпочитал жить в абсолютной изоляции. Взяв палатки и необходимое снаряжение, семья уходила куда-нибудь подальше. Мужчина служил в МЧС, поэтому прекрасно ориентировался и владел необходимыми навыками для выживания. К тому же ему хотелось показать детям, что человек может жить где угодно и что с отключением электричества жизнь не заканчивается.

Ольга поддерживала мужа во всём. Да и сама она получала неподдельное удовольствие от их походов. Для неё совместный отдых служил разрядкой от утомительных рабочих будней. Она преподавала в университете прикладную физику и инженерию космических систем. Учась на физическом факультете, Ольга мечтала о том, как полетит в космос инженером. К счастью или нет, мечта осталось детской мечтой. В космос она не улетела. На Земле она обрела своей счастье, ведь здесь её окружали самые любимые и дорогие ей люди, к ногам которых она бросила бы все созвездия и светила.