Рубиновая Капля

Глава 3. Обещанное Валентине

Владу правильное обращение к нему его кормилиц, Хозяин, за время поездки уже поперёк горла. Того самого горла, которое чешется, саднит и горит. Ну Валька, ну зараза клыкастая! Из затонированного лимузина — в самолёт. «Девчонки» несли зонт, прикрывали на подобии телохранителей открытые участки его кожи от солнца своими телами.

Валька, хоть и известная мозговыносительница, всё же лучше, чем ее бабка. Как ушедший в мир иной Изослав Рубиновая Капля бабку терпел, для Владислава тайна, покрытая запёкшейся кровью. В семье шутили, что дед даже был влюблён. Чушь. Какое влюблён?! Огромное количество лет вместе обязывают привязаться. Но Владу бабка совсем не в радость. Валя, например, не додумалась бы проверять число кормилец, которых княжич себе завел, вынюхивать все ли они живы, не позволяет ли он себе живой крови больше, чем установлено лимитами. Её вполне устраивало, что во внешнем мире Влад ведёт себя по правилам. Правда и Владислав был глух и слеп к ее нарушениям. А уж сейчас что будет твориться лучше в слух не произносить.

В самолете «девчонки» успели подремать. Прилетели на родную землю, когда солнце село, чему он и рад. На эмоциях кормилиц расцеловал каждую в обе щеки, уж больно хорошо добраться домой и окунуться в привычный уклад и освоенный ритм жизни. Ну, если это жизнь. Усадил обеих в машину, приехавшую его встречать, но сам не поехал. Девочкам — отдыхать, сил, точнее, крови набираться. А ему — суетиться и обещания свои перед Валентиной Cuchillo Negro/ Черный Нож выполнять. Он бы другими делами занимался в первую очередь, но избавиться от опеки дедушкиной Смерти хотелось больше, чем решать вопросы с Совами.

Частный самолёт Владислава приземлился в международном аэропорту «Брянск». Но Владиславу пришла в голову фантазия «выкинуть коленце» в здании аэропорта. Наверное, дурное влияние взбаломошной Валентины. Не иначе. Члены клана «Рубиновая капля» контролировали исполнение обязательств вампиров не выпивать людей полностью, а представители клана «Черные ножи» отслеживали саму численность вампиров, а при необходимости подключались и помогали выполнять обязанности друг друга. В старые времена, когда увлеклись вампиры своей вседозволенностью, то чуть «кормовую базу» не истребили. Тогда-то и приняли решение князья всех кланов ограничить и свою численность, и питие. Страшные были события. Свои рвали своих. Князь Сов сопротивлялся до последнего, но когда Ножи разрезали пополам трех его младших детей, он подчинился и сам разорвал под проклятия родных больше половины соплеменников. «Прямо-таки нечеловеческая жестокость», — думает Владислав. Не человеческая, а какая?

И под аккомпанемент своих мыслей он прошел в зал ожидания, присмотрел там пару молодых людей, лениво переругивающихся друг с другом. Вот вы, мои кролики! Остальное дело техники: поймал взгляд одного из них и потянул, потянул эмоции на себя. Один, а затем и второй, неосознано испытали в его адрес неприязнь, поднимающиеся из каких-то глубин неандертальского слоя сознания раздражение и агрессию. Они встали с неудобных, жестких лавок, на которых сидели до встречи взглядами с Владом, и направились к нему. Вот и замечательно. В качестве укромного места Влад выбрал затемненный пролет лестницы, ведущий в цоколь.

Его ухмылка разжигала злость людей. Раздражал костюм, подчеркнутый официоз, выпуклая статусность. В другое время они бы так себя не вели, но гипнотическая провокация поднимала, тянула, выкручивала ярость людей. Как только Влад погрузился в тень лестничного пролёта, первый из молодых людей резко двинул всем корпусом к нему. Владислав не схватил, а приобнял нападавшего, легко запрокидывая его голову назад.

Человек не успел что-либо понять, как уже почувствовал обжигающую боль и дернул руки к своему горлу. Менее секунды потребовалось, чтобы жадно проглотить значительную дозу тёплого питья, отвратительного и восхитительного по вкусу, бьющего фонтанчиком в жадный рот. Влад оттолкнул молодого человека, оценил степень растерянности и ужаса, вероятности смертельного исхода. Схватил за руку второго парня, потянул на себя, укусил, глотнул, оттолкнул.

Сидящие на полу, перепуганные, держащиеся за горло люди могли умереть быстрее, чем приедет любая самая скорая помощь.

— Жить хотим — моргаем глазками, — голос Владислава властный и насмешливый одновременно.

Моргнули оба. А другого и не ожидалось. Даже шоковое состояние не помеха желанию жить. В такие моменты нет разницы, человек ты или нежить — все перед небытием равны.

— Я вас, ребятки, подлечу. Только и вы не забывайте быть паиньками.

Залечивание ран — процесс отрепетированный и быстрый. Правда, с кормилицами более приятный. У девчонок хоть гемоглобин пониже, но в силу осознанности и привычки к самому процессу кровопускания через горло, нет этих противнючих агрессии и страха. Тех самых гормонов и чувств, которые сегодня ему пригодятся. А потом тонкая кожа шеи без этой омерзительной парфюмерии, человеческого пота и крема после бритья всё же на вкус получше.

— Зовут вас, детки, как? — спросил Владислав.

— Андрей.

— Алексей.

— Мы с вами решим так. Память подкорректируем. Но если будете мне нужны, то позову и привлеку.

Каждому из них Владислав на ухо произнес формулу: «Беру тебя себе. Где бы ты ни был, услышишь и придешь к своему Хозяину». Глупые дети, неужели вам не рассказывали родители, что нельзя ходить с незнакомцами в темные закоулки, а по сегодняшним временам и личную информацию разглашать? Владислав поднял правую руку вверх, опустил левую вниз — щелчок пальцами. Речевая формула подчинения закреплена.

Смотреть на окровавленных людей не было желания никакого. Сворачивающаяся на запыленной одежде кровь не вызывала жажды, поэтому дополнительных усилий приводить их в порядок, впитывая кожей рук сгустки крови, совершенно не хотелось. Да мало ли из-за чего у парней на груди кровь — может, носы друг другу разбили? Сойдет как версия, если какие-то вопросы возникнут.