Рубиновая Капля

Глава 10. Пульс, дыхание и питание

Уже через полчаса после отъезда Валентины Владислав вышел из дома и сел в припаркованную в крытой части двора тонированную машину. Первые лучи рассвета царапнули крышу дома, но не могли зацепить бледного блондина. Ульяна хотела что-то возражать из серии «куда вы меня тащите? Не смейте так со мной обращаться!» А, собственно говоря, как не сметь обращаться?

Помощник Владислава, всегда хмурый и недовольный вампир из клана Рубиновой Капли, невысокий и плотный Дамир, сообщил, что княгиня срочно вызывает сына и его будущего дуумвира Валентину. Того самого дуумвира, след которого буквально успел простыть.

— Понеслось! — коротко бросил Владислав.

Почти на ходу сменил прожженную разрядом и залитую кровью рубашку, надел рубиновую серьгу — вперед. Помощник Владислава буквально вытеснил Ульяну из дома к машине, открыл дверцу с выражением лица «садись и не трать наше время». Кто бы мог придумать, что в вампирском логове (а как еще назвать?) время является ценностью. А вот в вампирских сагах они вечны. Ладно-ладно, не совсем вечны. То, что произошло этой ночью, показало, что уязвимы. ***

*** За полчаса до этого.

Ульяна не могла бы ничего рассказать об этой самой ночи, когда Владислав посоветовал немедленный отъезд Валентины. Не могла не потому, что забыла под гипнозом или потому, что ничего не видела и ничего не знала. Ульяна не могла бы ничего рассказать, потому что события были столь странными и нелогичными, что лучше ничего и не рассказывать. Могут принять просто за сумасшедшую. Кто скажет, что это не бредни: удар молнией при соприкосновении, запах сгоревших животных тканей, острые крупные клыки, глубокие укусы?

Несколько приехавших девушек Владислав практически сразу отправил в путешествие с Валентиной, обещая им двойную оплату за «работу в сопровождении». Он говорил надтреснутым голосом, и было очевидно, что слова даются ему с трудом. Ульяна предположила, что ситуация, когда предлагали неожиданное путешествие, возникала у этой группки не в первый раз, поскольку, несмотря на ранее утро (ну кто же любит в такое время просыпаться, вставать и нестись через город?), девушки, не раздумывая, не споря, закивали головой. Но не это удивило Ульяну.

Заметив, что парень, которого Валентина почему-то называла то князем, то княжичем, сидит в кресле, не поднимаясь и не встречая вошедших, что сквозь светлую рубашку просвечивает большое черное пятно, одна из гостей рванула к Владу. Она села на подлокотник и подалась к лицу Влада так, чтобы ее шея была на уровне его рта. Именно в этот момент Ульяна увидела, что если Влад и целует своих гостий в шею, то это в полной мере поцелуй кровавый.

Влад в мгновение ощетинился, как хищный зверь, и... укусил. Резко. Жадно. Совсем как хищный зверь кусок мяса. Хлебнул кровь. Даже громкий глоток был слышен. Словно помпой вытянули большое количество жидкости. Вторая девушка метнулась вырывать первую, а третья уже подставляла горло. Влад даже не сразу залечил рану первой, и зажатая ладонью рана залила руку и грудь укушенной. Ульяна, воображающая себя почти медиком, напугалась — такие кровопускания ей видеть не доводилось. Владислав после второго укуса (чистого укуса) обнял первую кормилицу и склонился над горлом. Ульяна, одновременно испытывая страх, удивление, отвращение, замерла, растерялась. Она в моменте не могла и взгляд отвести, и рассматривать. Она что, с ума сошла и отсматривает сейчас галлюцинации?

В каждом действии кусающего и кусаемых было какое-то условное единство, согласованность, наличие общих целей и тайны. Именно тайны. Такой тайны, о которой даже в закрытом сообществе не принято много говорить или говорить открыто и громко.

Владислав поднял взгляд на Ульяну.

— Тебе придётся остаться и пожить в этом доме. Мы обсудим всё детально. Твои обязанности и последствия их несоблюдения тоже обсудим.

Кормилицы и вампир обменивались взглядами, показывали друг другу, что всё в порядке, движением глаз и жестами. Владислав руками вытирал кровь после неаккуратного укуса, и Ульяна с удивлением видела, что кровь впитывается напрямую в его руки.

— Отдыхать, девочки, отдыхать, если я пил слишком много. Вы меня спасли.

Чёрное пятно на коже Владислава в области печени «растворялось», но прожжённая от электрической вспышки ткань была безнадёжно испорчена. Один из самых неприятных моментов для клана Рубиновой Капли «княжеского разлива» — находиться перед теми, кто называет тебя хозяином, в неопрятном виде.

— Валя, не передумала? Планы не отменяешь? — Влад подошел близко к ней.

— Не передумала. Еду. Спасибо за всё.

Владислав осторожно взял в руки прядь ее темных волос. Оба крайне сдержаны в жестах — не повторить бы злосчастную ошибку.

— Езжай. Я отпускаю тебя сейчас, но помни, о чем мы договорились.

— Помню. Обещаю. Мы не выйдем на солнце, Влад. Мы не сгорим. Я тебе твердо обещаю. Я не допущу, чтобы нас сожгли.

— И ты остаешься моим Ножом в любом случае?

— В любом, мой князь.

Владислав отпустил прядь и отвернулся. Пусть идет. Сейчас пусть идет, может быть, она права. Не стоит бороться со всем миром, если ты часть этого мира. Да и что можно сделать? Подлинное число ни Сов, ни Бродяг никто не знает. Подлинное число Рубиновых Капель стремительно уменьшается. А значит, и риск клану исчезнуть, сорвать Равновесие всё повышается.