Рубиновая корона 2

Глава 4.2

–Дети. – Повелительно-удовлетворительно произнесла родительница.

Как правитель, пришедший на важный совет и увидевший всех членов в сборе.

–Арэн. – Добавила уже с нотками неудовольствия. – Какая неприятная встреча.

–Вторая за неделю. – Насмешливо подсказал лорд Араэдер, не испытывая никакого смущения, стеснения или ещё чего-то.

Он чувствовал себя абсолютно комфортно в обществе моей семьи.

Чего нельзя было сказать обо мне.

У меня словно почву выбили из-под ног. Ноги стали ватными, как будто их погрузили в густое горячее облако. Перед глазами потемнело и поплыло, как на карусели на большой скорости. В ушах зашумело, мышцы заныли, губы онемели.

Мама. Я не видела её... словно всю жизнь. Несколько жизней. Мучительно долгих, бесконечных жизней.

Мы с мамой всегда были очень близки. Любили одни фильмы, обсуждали книги, делили плейлисты в приложениях. Сплетничали по вечерам за кружечкой кофе с венскими вафлями, как самые лучшие, неразлучные подружки.

И вот сейчас она здесь. Прямо передо мной. Спустя столько времени...

Восхихительно прекрасная в красном платье, с убранными наверх волосами, кокетливо выбивающимися на тонкую шею тёмными кудряшками. Ровная спина, гордая посадка головы, невозмутимо-превосходящее выражение лица.

Она смотрела прямо, уверенно, без страха – мимо меня...

Меня здесь словно не было. Как будто не было всего того времени, что мы не виделись. Словно я была совершенно чужой для неё и не заслуживала даже взгляда.

И слова Арэна: «Вторая за неделю». Вторая. Они уже второй раз только за неделю видятся, а я...

Неприятно. Обидно до боли. До слёз.

–Повидались и хватит. – Холодно рассудила мама, не сводя немигающего, сурового взгляда с лорда Араэдера. – Уходи.

Не уйдёт. Не знаю, как все остальные, но я это понимала отчётливо.

И когда, хмыкнув, лорд ленивой, неторопливой походкой пошёл вперёд, я точно знала, куда именно он пойдёт. Точнее, к кому.

Оказалось приятно убедиться в своих предположениях.

Арэн прошёл мимо моих братьев, бесцеремонно подвинул Егора, собственнически обнял меня за талию. Этакое показательное «она – моя».

Будь я местной, то, наверно, порадовалась бы. Подобное мне, без сомнений, польстило бы. Да что скрывать, мне и польстило, но лишь на крохотное мгновение, на сотую долю секунды – как короткая вспышка света.

На смену ей пришли закономерные смущение, недовольство, даже злость.

Тут моя мама. И я точно не желала показываться ей на глаза в таком виде... рядом с мужчиной. Рядом с этим мужчиной. Почему-то рядом с папой я не чувствовала такого обжигающего кожу стыда, не чувствовала себя неуютно. Но мама...

Её взгляд обжигал сильнее стыда. Впивался в кожу острыми иголками. Не был мягким, добрым, заботливым, как обычно.

Он был ледяным. Острым, осуждающим, недовольным.

В какой-то момент у меня даже появились мысли, что мама – это и не мама вовсе...

Хорошо, что я плохо контролировала свои эмоции и выражение лица. Хорошо, что Арэн Араэдер каким-то образом научился улавливать это. И хорошо, что ему было известно куда больше, чем я могла бы себе представить.

–Она под сильнейшими успокаивающими заклинаниями. – Прижав к себе сильнее, шепнул Арэн только для меня.

Но его слова, впрочем, услышали все. Как и мой нервный вопрос:

–Она теперь Снежная королева?

–Она отреагировала... эмоциональнее, чем все рассчитывали, когда узнала о последних планах его величества. – Прохладный тон лорда подсказал, что дополнительных вопросов мне лучше не задавать. По крайней мере, не сейчас и не здесь.

Не знаю, как тогда, но сейчас мама не отреагировала никак. Как смотрела на лорда Араэдера, так смотреть и продолжила. С абсолютным безразличием ко всем и холодным недовольством к нам двоим конкретно.

И зашевелились внутри меня смутные сомнения...

–Как давно она так себя ведёт? – Спросила, осторожно высвободилась из объятий Арэна и сделала крохотный шажок к маме, одновременно с этим мысленно протягивая руку к своему магическому источнику – тёплому сгустку в груди, прямо под сердцем.

–Дня четыре. – Что-то прикинув в голове, ответил Никита, оказываясь рядом со мной. – С тех пор, как сама начала накладывать на себя успокаивающие.

Значит, четыре дня.

Кивнула, принимая ответ, покрепче ухватилась за свой источник и направила тонкую, дрожащую на воздухе силовую линию к не реагирующей маме.

–А до этого кто накладывал?

–Домашний лекарь, лорд Порси. – В этот раз Никита не раздумывал.

–Саш, что происходит? – Не выдержал неизвестности Егор.

Если бы я могла объяснить, то, без сомнений, сделала бы это.

У меня было лишь необоснованное, но крепкое, как скала, убеждение: это не успокоительные так на маму действуют. Они не замораживают все сплошь эмоции, не делают безразличным к тем, кто близок и дорог. Из-за них человек не становится отстранённым и не стоит, как памятник на площади – величественно, безразлично, не реагируя ни на что вокруг.

Я была уверена. Именно поэтому, мысленно покрутив магическую линию в руке, плавно направила её в сторону мамы.

Коснулась её груди и тут же обожглась холодом. Это, впрочем, лишь подтвердило мои опасения.

Тонкой вязью на плечи, шею. Вниз, на живот, на спину. Прощупывая каждый сантиметр кожи.

Ниже и выше, одновременно во все стороны.

Чтобы замереть, перестав дышать, ощутив особенно сильную пульсацию на левом запястье, скрытом тканью платья.

–Саша. – Вновь позвал Егор беспокойно.

–Лили вела себя точно так же. – Прошептала срывающимся голосом.

Шаг к маме, поднятые руки, кружево, разорвавшееся поразительно легко и открывающее вид на мамино запястье.

И на алеющий там, словно ожог, миниатюрный магический след.

Звезда без одной из граней. Точно такой же знак, что был и на Лили.

Всё последующее слилось в одно нечёткое пятно.