Рубиновая корона

Глава девятнадцатая

До конца дня на занятиях пришлось сидеть в гордом одиночестве.

Лили унесли к лекарям с магическим истощением, хотя вообще непонятно, откуда оно взялось, если она в три глотка поглотила всю высвобожденную Яромирой энергию.

Саму Яру вместе с магистром Сильвианом ректор заставил незамедлительно явиться в его кабинет.

Кстати говоря, именно благодаря лорду Араэдеру и его своевременному появлению вокруг нашей четвёрки очень вовремя засиял полог, из-за которого вся остальная высыпавшая на улицу Академия ничего не увидела и не поняла.

Им сказали, что у Яры случился неконтролируемый всплеск энергии, и у Лили вслед за ней, потому что та за подругу испугалась.

Но всё было совсем не так.

Это профессор Сильвиан. Не знаю, что он сделал, как и зачем, но причиной неадекватного поведения Яры был точно он. Иначе зачем бы ректору их двоих в свой кабинет вызывать?

К этим же выводам пришла и остальная моя группа. Мы все знали, что профессор Сильвиан должен был заменять сегодня нашего преподавателя на основах Некромантии, но на этом всеобщие знания заканчивались.

Одна моя подруга у лекарей, вторая вместе с магистром у ректора, я на парах – угадайте, к кому прикопались одногруппники с требованиями рассказать им всё, что мне известно.

Естественно, я их послала, заявив, что ничего не знаю.

Именно за это расплачивалась во время практических занятий.

На отработке изученного по Боевой магии все двадцать пять парней целились не друг в друга, а в меня. На тренировке меня то и дело толкали, задевали локтями и плечами, пытаясь уронить, да побольнее.

На фехтовании, когда широколобый Ли Яхонт оставил глубокий порез на моей руке от локтя до запястья, а тренер показательно этого не заметил, я отшвырнула меч, с которым выглядела до безобразия смешно, очень внимательно посмотрела на жёстко усмехающегося парня и прямо спросила:

–Ты же знаешь, что от такого ранения и умереть можно?

Рану болезненно жгло, ручейки противной липкой крови стекали вниз по ладони, капали на землю, явно собираясь образовать подо мной кровавую лужу.

Вообще на фехтовании если кого и ранили, то по чистой случайности. Магистр каждое занятие повторяет, что убивать никого нельзя, даже калечить строго не рекомендуется, а тут тебе нате, пожалуйста.

–Я случайно. – Врал Яхонт просто ужасно.

Он даже виноватым не выглядел, но когда на мою окровавленную руку начали коситься остальные, скривился, подошёл и нехотя велел:

–Покажи.

–Обойдусь, – огрызнулась гордость во мне.

Парень рывком воткнул острие меча в землю, тем самым освободив обе свои ладони, схватил меня за руку так сильно, что я зашипела от боли, и рывком дорвал рукав спортивной кофты, пропитанный кровью.

Увиденное заставило парня испуганно отшатнуться, с изумлением глядя вначале на мою руку, а после с ужасом на меня.

К несчастью, испортив мою кофту, он открыл руку для всеобщего обозрения. Так что все, кто стоял рядом, почти с одинаковым непониманием и тревогой посмотрели на глубокую рану, края которой, сверкая золотым, стремительно затягивались прямо на глазах.

Десять секунд, и поток крови значительно уменьшился, а после остановился вовсе.

Минута, и от глубокого ранения остался лишь алый бугристый шрам.

Ещё через минуту не осталось и его...

И тишина такая, я бы сказала мёртвая... только ветер угрожающе завывает.

–Ты ведьма, да? – Нервный вопрос кого-то из одногруппников прозвучал очень громко.

–У меня в роду были лекари, – соврала я, не моргнув и глазом.

И запоздало спрятала здоровую уже руку за спину. Зря. Теперь парни смотрели не на неё, а прямо мне в глаза, и смотрели с явным подозрением и даже страхом.

–Это не магия лекарей. – Убеждённо заявил мужской голос.

–В моём роду особенные лекари, – я сама себе удивилась, с какой лёгкостью получалось врать, – вперемешку с некромантами. Убойная вещь, скажу я вам.

На меня продолжили смотреть с недоверием и подозрением.

Ровно до окрика тренера:

–Чего застыли? Мечи в руки и на позиции!

В общем, жуткий выдался денёк.

После, когда наступило время ужина, после которого мне нужно было ещё на дополнительные занятия топать, я поспешила не в столовую, а к лекарям.

И была остановлена уже на входе в их корпус знакомым тихим писком.

Остановилась, прислушиваясь, оглядела пустое тёмное крыльцо и едва не закричала от ужаса, когда сверху мне прямо на плечо спрыгнуло что-то большое и жуткое, издавшее радостное:

–И-и!

Я застыла, напряженно соображая, кричать или всё же не стоит, а умертвие пугающе большого паука радостный писк сменил на тревожный, прозвучавший около самого моего уха:

–И-и-и?

Нет, я даже не сомневалась в том, что это паук Карли, но всё равно было очень-очень жутко.

В итоге я, стараясь не делать никаких лишних движений и даже дыша через раз, потянулась, пересадила паука с плеча на ладонь и внимательно на него посмотрела. Это было не сложно, в стремительно сгущающихся сумерках его глаза горели двумя изумрудными огоньками.

–Йорг, – имя паука я вспомнила с трудом, но он после этого весь радостно подобрался и замер в ожидании дальнейших слов. – Не делай так больше. Серьёзно. Я не хочу умереть от остановки сердца.

–И? – Он, кажется, очень удивился, но по ограниченной мимике понять сложно.

И тут откуда-то снизу раздалось пробивающее до костей:

–Хасш-ш-ш-ша...

Я дышать перестала! Слишком уж характерным было шипение и слишком узнаваемым тихий шорох – такой, какой бывает от гибкого чешуйчатого тела, скользящего по камням!

Опускать голову и смотреть вниз не хотелось, хотелось убежать и подальше, но проблема в том, что, если у меня под ногами действительно змея, а я в этом даже не сомневалась почему-то, то любой шаг будет опасным – я же не знаю, насколько она большая и где именно находится...