Рубиновая корона

Глава двадцать восьмая

–Не все Высшие перекидываются в птиц. – Вставил очередное замечание лорд Араэдер.

–Я знаю как минимум двоих, – шепнула, чуть наклонившись к его плечу.

И честно восхитилась, когда ректор даже не вздрогнул, даже головы в мою сторону не повернул.

Но уже через мгновением движением пальца он возвёл вокруг себя личину, скрывающую действительность от тех, кто вернулся к бурному обсуждению чего-то, ме-е-едленно повернул голову в мою сторону и снизу вверх посмотрел на меня так, что откуда-то пришло неожиданное желание рассказать всё, что мне известно. Вообще всё, что когда-либо мелькало в моей голове.

Однако, как появилось, так и прошло, а я же, чувствуя лёгкий хмель от полученной информации, осмелела настолько, что присела на подлокотник ректорского кресла, с которого он любезно убрал руку, освобождая место, посмотрела на него и даже улыбнулась.

И вот так, с милой улыбкой, я ему и сказала:

–У вас крайне ненадёжная защита дома. Сам дом, кстати, мне понравился.

–Дарю, – сухо и безразлично бросил лорд Араэдер и фактически потребовал: – Высшие?

–Один, – я склонила голову, признавая его правоту.

Замечание о доме комментировать никак не стала. Просто я точно знала, что не приму такой щедрый подарок. А вот погостить в нём... хоть один разочек ещё...

–Влетел в окно? – Предположил лорд Араэдер и немного откинулся на спинку кресла, уже оттуда продолжив на меня смотреть.

–М-м-м, – замялась я с ответом, втянула в рот нижнюю губу и перевела взгляд на пространство перед собой. – Вылетел точно в окно, а вот вошёл... это сложно объяснить. Он был похож на безликую незаметную тень, но я почувствовала его, едва он появился в доме.

Лорд Араэдер кивнул, явно пообещав себе переварить эту информацию позже, и задал следующий интересующий его вопрос:

–Пытался переманить тебя на их сторону? – В его голосе ожидаемо проскользнула злая ирония.

Никак не отреагировала на её присутствие. В конце концов, Арэн имел полное право злиться: дважды за день вражеские шпионы проникли на территорию его Академии и в его дом. Я бы тоже злилась.

С ответом пришлось замяться. Я просто не могла подобрать слов, не могла понять, что я могу говорить, а о чём разумнее будет промолчать.

Мне вдруг отчётливо вспомнился разговор в этом самом кабинете, куда меня позвал лорд Араэдер и где он разговаривал с улыбчивым вежливым магом. Его опознание во мне мага Жизни, его же слова об особенностях моей магии и прозвучавшее от ректора: «И которую убьют в тот же миг, едва появится хоть намёк на связь с врагами».

Мы говорили обо мне, но кто сказал, что решение будет иным, если дело коснётся Лили или Яры?

Какова вероятность того, что у Яромиры будут огромные проблемы как минимум с ректором, как максимум с императором, если вдруг выяснится, что она переметнулась на сторону врага?

Как она вообще это сделала? Когда? Какими словами Высшие заманили подругу в свои сети? Они угрожали ей? Угрожали её родным? Что такого они сказали и сделали, что Яра перешла на сторону условно «Зла»?

А, может, именно в этом всё и дело? Яромира всегда отличалась особой сообразительностью, догадливостью и проницательностью. Может быть, головы дурят именно всем нам, и это Высшие – светлая сторона в этой войне?

Мы же, если подумать, ничего об этом не знаем, кроме самого факта: между империей и Высшими война.

За что они воюют? Кто напал первым? Кто побеждает, а кто сдаёт позиции?

–Саша, – напряжённый голос лорда Араэдера сообщил о том, что все раздумья написаны на моём лице. – Если ты хочешь что-то сказать, то лучше скажи.

Я... промолчала, удручённо прикусив губу и разглядывая лицо старательно сдерживающего свою злость мужчины, пытаясь отыскать там ответы на интересующие меня вопросы.

Может, мне всё же следует?..

–Высший сказал, что наши родители здесь. – Начала я с наиболее меня интересующего и наименее опасного в данной ситуации, пока я не решу, могу ли безоговорочно доверять этому человеку.

Возможно, он действительно был готов защищать меня... и он уже продемонстрировал это ни раз, но девочки? Если я попрошу, он сохранит этот страшный секрет? Позволит мне хотя бы поговорить с Ярой?

А что, если я ошибаюсь? Если Высший сорвал подвеску с её шеи после, например, отказа моей подруги с ними сотрудничать?

Мне точно следует поговорить с ней перед тем, как совершать какие-то непоправимые действия.

–Что он сказал? – Не поверил лорд Араэдер, рывком подаваясь ближе ко мне.

Так, что теперь моё бедро касалось его груди, и сам он был близко настолько, что у меня кожу покалывало в тех местах, к которым он прижимался.

У меня перехватило дыхание от подобной близости и сердце забилось быстро и очень громко.

–Саша, – поторопил с ответом Арэн Араэдер.

Попытавшись сглотнуть, я сморщилась от неприятных ощущений в пересохшем горле и, стараясь, чтобы голос не дрожал, передала слова Высшего:

–Он сказал, что наши родные здесь, в этом мире. И что отец Лилиан и... мой отец сейчас прямо здесь.

Я, не сводя взгляда с внимательно меня слушающего мужчины, кивнула на людей, которых всё ещё видела лишь размытыми пятнами.

–Кто? – Его голос прозвучал неожиданно глухо.

Нервный смешок сам собой с выдохом слетел с сухих губ.

–Я их не вижу, – призналась с сожалением и внутренней дрожью. – Лишь размытые пятна.

–Одно мгновение, – сосредоточенно попросил лорд Араэдер и перевёл взгляд на обитателей своего кабинета.

А что, если Высший просто наврал?

Надежда во мне сидела столь сильная, такая горячая, почти обжигающая, и если сейчас папы не окажется среди присутствующих... это будет как минимум больно. Очень больно.

Всегда больно чувствовать, как тяжёлые камни реальности без жалости и сострадания разбивают в крошку хрустальные замки твоих надежд.

–Когда увидишь его, просто скажи, – предупредил Арэн Араэдер.