Рубиновое кольцо

Рубиновое кольцо

– Это то самое? С аукциона?

– Да, баба Нюра! – с гордостью пропела Полинка, сжимая в ладошке громадных размеров кольцо с бордово-красным рубином. – То самое, что принёс Боря.

– У меня странное чувство, когда эта штука рядом. Живо убери его обратно в коробку! – поторопила бабуля внучку, будто отряхиваясь от невидимой грязи.

– Вот чего удумал! Кто ж со старыми кольцами сватается! Тем более, неизвестно кому принадлежало сие добро! Тьфу. Беду с чужого плеча накликает! Бесовое творенье. Тьфу. Тьфу. Тьфу – переплюнула баба Нюра через плечо, и, кряхтя, поплелась в сторону кухни. – Что я сыну на кольца не наскребу?! Вот приедет отец вечером! Всё решим! Чего удумал. Не позволю! – роптала женщина, гремя кастрюлями и плошками, в желании хоть чем-то занять руки и беснующиеся мысли.

– Борька у нас не старьевщик! – крикнула вслед бабуле Полина – Он, наверное, мне его принес, а вам просто не сказал, знал, что заругаете – пытаясь оправдать родного дядьку, добавила Полька.

Вместо того чтобы убрать завораживающий «лот» в коробку, Полина тайком от бабушки припрятала кольцо в карман цветастого сарафана, и почти бесшумно выскользнула на улицу.

Ей было чуть больше семи, но чувствовать себя взрослой это не мешало. Борька приходился ей родным дядей, но она любила его, как родного отца. Наверняка, потому, что в таком раннем возрасте, ей, увы, не довелось познакомиться с таким словом, как «папа» и она, как ребенок не умела по-другому.

Материнской любви ей доставалось мало, потому как мать активно пыталась строить свою личную жизнь и карьеру вдали от дочери. А Полька, как сорняк, росла сама по себе, выживая, как полынь на кладбище.

Полина очень любила бывать у дедушки и бабушки во время каникул, вдали от матери и ее ухажеров. Ей нравилось проводить время с дядькой и забывать о детских больших проблемах.
 

Борька – высокий статный хлопец и первый парень на деревне, который мог опьянить лишь одним взглядом светло-голубых глаз любую девчонку. Трудолюбивый, способный не по годам. Работать он начал около двенадцати лет, чтобы хоть как-то помочь родителям. В свои двадцать с небольшим был большим умельцем на все руки и постоянно что-то мастерил.

Этим летом, сговорившись с Полинкой, они выстроили на старом клёне убежище для Польки. Домик был выполнен из старой кабины Камаза, а дно его заменили надежные доски из лиственницы. Полька самостоятельно умыкнула у бабушки из комода старый ажурный тюль и покромсала его на мелкие занавески с завязками, чтобы развесить по миниатюрным окнам «кабины».

Полинка взобралась по узкой лестнице в уютный, неподступный для взрослых дом и достала большую коробку из-под обуви. Здесь были и бусинки, и сережки, для которых в бабушкиной шкатулке не нашлось пары, и игрушки, и цепочки, и еще множество всего, что обычный ребенок не смог бы приобрести где-то самостоятельно.

Никто и не мог знать, что это милое создание в своем возрасте уже не хило плетет интриги и сказывает сказки. Ворует, что плохо лежит, а вечерами, когда уже все спят – разглядывает горы своих «сокровищ».

Полька напоминала маленькую сороку, которая тащила в свой крохотный рай всё блестящее.

– Моя прелесть – шептала она новой добыче, жадно бегая взглядом по кольцу, которое размером подошло бы разве, что крупному мужчине, но никак не хрупкой девчушке.

Борька хотел схитрить и перепродать почти даром доставшуюся ему вещь – в ломбард, чтобы купить обручальное кольцо для Верки. Его Верки. Но мать обнаружила кольцо раньше, и, Борьке пришлось сказать первое, что пришло в голову, чтобы мать не надумала себе лишнего о происхождении кольца.

– Я принцесса – вторила Полина, надевая на палец кольцо, но внезапно оцарапалась тем выступом, что держал крупный бордово-красный камень.

На деревянный незастеленный пол упала капля крови, а камень резко и неожиданно побелел. Польку это ничуть не смутило, но именно в этот момент она заметила едва различимую надпись по внутреннему краю кольца.

Достав из детского пластикового комодика, лупу, которую выудила у деда, она принялась разглядывать загадочную находку.

Когда, наконец, удалось различить буквы, Полька, медленно растягивая слово на буквы и кряхтя от напряжения, пробурчала что-то несвязное.

– Слова убивают – прочла она вслух – Глупости какие – сказала она, повязывая кольцо на остатки веревки из тюли себе на шею.

В этот день был выходной. Вся молодежь роилась у местного клуба, чтобы отметить день молодежи и значительно погудеть. Борька собирался ко всем присоединиться, как раз после того, как забежит в ломбард, а затем и ювелирный. Потому что у клуба его ждала Верка. Пышногрудая темноволосая «непара для Бори»(как ее называла Полькина бабушка).

Он бы все успел, если бы вовремя нашел кольцо, но не вышло. Борька вслух сокрушался о сорвавшихся планах, к исполнению которых он так долго готовился.

Потому, когда он заметил причину своего гнева на шее у Полины, он не просто разозлился, Борька был в бешенстве!

Таком бешенстве, что, не сдержавшись, он резко дернул веревку с кольцом на себя, оцарапав нежную кожу шеи Польки ажурной тканью.

Полинка взвыла сиреной и оскалила зубки.

– Уходи!! Уходи к своей Верке! Я справлюсь сама! Как всегда сама! – кричала она.

– Не зли меня, Полька! – пытался урезонить ее Борька.

– Мне все равно! На всех! Как вам на меня! Пусть тебя убьют! Убьют! – вопила она так, будто ее режут.

Камень в перстне внезапно вновь окрасился в бордово-красный оттенок и выпал у Бориса из рук, а Полька, почему-то хрипло засмеявшись, с нечеловеческой силой вытолкнула Борьку за дверь и закрыла засов.

Он решил, что лучше оставить все, как есть и поспешил на встречу с Веркой и друзьями.



Настя Бонс

Отредактировано: 11.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться