Рука некроманта

Глава 6. Распределяющая шля... арка!

Щит императора, что за тупой титул? Так вот, этот самый щит не только увязался за нами до самой площади, но и там не отстал. Нагло втиснул свои немалые габариты в карету, видимо решив самолично сопроводить хрупких девушек до пресловутой академии во избежание дальнейших проблем.

Предусмотрительно. Но все равно бесит.

Храмовая площадь, где мы грузились в местное средство передвижения, мне понравилась. Оживлённое, людное место. И здание великого храма впечатляет размахом. Словно ажурные кружева из камня и стекла, оно возвышались на постаменте из мраморных ступеней размером с добротную пирамиду. Люди на этих ступенях казались маленькими словно муравьи, взбираясь к громадине культового места, и спускаясь на площадь. Потом нужно будет сюда наведаться днем и все осмотреть получше. В городе у подножья замков Миритасов, где меня создали и обучали был только небольшой храм Темных. Глядя на этого монстра, отчётливо понимала, что очень-очень небольшой.

Вернусь сюда обязательно, уже без навязчивого пригляда Сайрона, который именно что приглядывался, в прямом смысле слова, поочерёдно то ко мне, то к герцогине, не особо то скрывая свое пристальное внимание. Чем явно леди Шиер, усердно изображающую живой интерес к видам города за окном, смущал. Мне то на его стрельбу глазами откровенно плевать. Отцовское заверение в том, что я из этого цирка выберусь незамужней служило отличной прививкой от лишних нервов. Тем более опыт предыдущей жизни четко говорил: удар по мужской гордости в первые полчаса знакомства снижает риск появления личных отношений с данным индивидуумом почти к нулю. Пару оставшихся жалких процентов списывались на возможность обнаружения у объекта садомазохистических наклонностей.

До академии добрались через добрых полчаса, миновав каменный мост, резной аркой из чёрного камня перешагивающий с берега на берег разделяющей столицу надвое реки, и пару площадей поменьше храмовой. Наш сопровождающий помог выбраться из кареты, пожелал удачи и наконец-то свалил, чем сильно меня лично порадовал. Громила с хмурым взглядом навевал нехорошие мысли. Его присутствие давило, лишний раз напоминая, я маленькая, миленькая, не в своей тарелке, точнее мире.

Впрочем, все посторонние мысли из головы вымело, стоило увидеть здание академии. За кованой оградой возвышался целый дворец. Как и Великий храм, наша Альма Матер была разделена на контрастные части. Но не две, а три. Центральный корпус, облицованный гладким серым камнем, встречал гостей высоким портиком с резной колоннадой и сверкающим гранями огромным куполом в центре сложной крыши. От него отходили два крыла, чёрное и белое, уходя в глубь территории, так что оценить весь размах строения сходу не получалось.

— Ого, — невольно протянула я, — А кто-то не поскупился на стройматериалы.

Оллари рядом едва уловимо улыбнулась.

— Самый старый корпус возведён ещё при жизни первого императора Арсариона. Остальное построил его сын Эомед. В землях моего отца академия гораздо скромнее, расположена по большей части в скале, и в целом напоминает крепость.

Я согласно кивнула.

— В княжестве тоже многие цитадели построены на скалах и врастают в них залами и помещениями, словно корнями, это удобно в горах. А здесь, на равнине, вдали от Заградительной Гряды, можно позволить себе сотворить нечто подобное. Да и налоги со всех провинций нужно куда-то девать.

Мы обменялись с девушкой понимающими взглядами. Конечно, я не росла в тени опоясывающих империю гор, где состояние войны почти постоянное, но мне в красках описали и показали быт обычных жителей. Сурово, действенно и продуктивно. Там никто не тратил камень на красивые столбики и отполированные до блеска статуи фантастических животных, что украшали арку центрального входа на территорию академии. Даже несмотря на то, что камня в горах полно. Архитектура приграничных провинций отражала стиль жизни местного населения: рубленые линии, простые формы, функциональность. Это в столице царил бесконечный ампир.

Втроем мы вошли в настежь распахнутые врата. Под каменной аркой с фантастическими зверями и монстрами, кованые створки выглядели ажурной, клубящейся тьмой, застывшей в движении. Перед зданием академии собралась толпа.

По мере торжественного шествия по мощеной квадратными чёрно-белыми плитами аллее стал отчётливо слышен гул голосов, над которыми властвовал один, явно усиленный магией.

— Дочь первого советника его светлейшества императора Эмилиона, леди Наэла Орхорт, нейтрал, маг земли, факультет прикладной магии, четвертый курс.

На ступенях перед входом в огромное здание облачение в разномастные одежды молодые люди взорвались овациями, приветствуя пышногрудую блондинку, шествующую к ним с видом уже коронованной царицы.

Аллея по которой, мы приближались к этому сборищу упиралась в высокую, стрельчатую арку из блестящего чёрного камня, по отполированной глади струились белесые прожилки и вырубленные в толще породы письмена. Тёмное наречие. Если бы у меня было время постоять, поступить вытряхивая из памяти все что туда затолкал Ирвин, могла бы даже почитать что там накарябали в седые века.

Артефакт размером с ворота дворца впечатлил.

Рядом с аркой состояла пара девушек. Гестия, что удивительно, я-то думала паршивка давно уже закончила испытание, и рыжеволосая эльфийка. Мы к ним присоединились.

— Матриарх дома чар Торафин, вторая хранительница и избранница паучьего трона, Гестия.

Рядом с аркой по ту сторону торчал сухонький дедок с виду похожий на ожившую мумию, которая ещё с Рамзесом ибисов по Нилу гоняла. Ископаемое читало с листочка не поднимая глаз. Гриву седых лохм развевал легкий прохладный ветерок.

Прекрасная дроу, услышав своё имя, ступила под арку. Замерла. Несколько мгновений ничего не происходило. Все ждали затаив дыхание. Я пялилась в узкую спину миниатюрной красотки. И вот, от её фигурки к каменным столбам по обе стороны потянулись тонкие, светящиеся алые нити. Их становилось всё больше. Прожилки в камне напитались багровым свечением. Письмена вспыхнули. Замершая Гестия медленно оторвалась от земли и взмыла вверх, повиснув в центре арки, окружения вспышками магии что все текла и текла, как кровь из раны. Белоснежные волосы окружили запрокинутую голову словно нимб, неторопливо шевелясь. Над девушкой из алого света выплелась ящерица, нервно дернулась, оживая, взобралась на арку, и разинув пасть, зашипела.