Рука некроманта

Глава 13. Схола в которой жил лис.

Схола оруженосцев сильно напоминала форт. Квадратный по внешним стенам, без окон, если не считать ряд бойниц в самом верху. Сложен из крупных плит ноздреватого белого камня. Выглядело все так, словно кто-то готовился отражать атаку окружающих строение убористых домишек, готовый сойти с фундаментов и ринуться в атаку на коробку людского зверинца. Армия осаждающих схожу уютных домиков, с черепичными красными крышами и разными балкончиками явно ждала подходящего момента.

Чтобы попасть сюда пришлось опять перебраться через реку, разделяющую столицу на две неравных половины. Северная, с императорским дворцом, большинством гильдийных площадей, судами, дворцами и широкими улицами, и южную — где самым приметным зданием оставалась академия, все остальное тонуло в хитросплетении трущоб, мастеровых домов, борделей, постоялых дворов, казарм и мануфактур.

Питомник телохранителей оказался расположенным недалеко от храма. Черно-белая громадина, переполовиненная на оба пантеона виднелась совсем не далеко. Она вырастала из опрятных улочек как круизный лайнер из крошева мелких льдин, даже не замечая их в своей тени.

— А хуже всего, что отбирают в эти казармы чаще всего детей. И именно что отбирают. Рекрутеры колесят по всей метрополии, покупают по деревням сильных и способных детей, может где-то и воруют. Кто за этим следит? Малышам ставят клейма, не позволяющие покинуть схолу без приказа, использовать силу без приказа, направить свое оружие на кого-то без приказа. Бедных детей стаскивают по таким вот зверинцам, и дрессируют. Самых способных отправляют в столицу. Конечно, я слышала, что некоторые добровольно продаются в схолы уже в более зрелом возрасте. Отслужив какому-то вельможе, можно получить полное довольствие до конца дней своих, а иногда и мелкий дворянский титул. Но как много из бедолаг доживают до заслуженной пенсии? И могут ли отнятые у родителей дети сами выбрать подобную участь?

Оллари негодовала. Тихо и сдержанно. По дороге сюда я успела узнать все что можно и нельзя про подобные заведения. Появились они не так давно, пять десятилетий тому после того, как светлые жрецы каким-то хитрым образом создали поводки. Они и стали причиной массовости распространения схол на территории центральной провинции. Артефакт связывал хозяина и оруженосца. Телохранитель чувствовал боль подопечного, и умирал вместе с ним, если не справлялся с миссией защиты. Он не мог противиться прямому приказу и полностью зависел от хозяина. В свою очередь обладатель такой дорогой игрушки редко стремился изводить свое приобретение почем зря. Основная задача оруженосца — защищать, даже ценой своей жизни. Название свое они получили из-за изменений в законодательстве, введенным Эмилионом. Оруженосцы могли носить с собой оружие почти везде. Даже там, где дворяне сдавали клинки и подвергались досмотру. При этом любое преступление оруженосца расценивалось как преступление его хозяина, потому что дорогая игрушка полностью от него зависела и не могла ослушаться прямого приказа.

Фактически — рабы, Ола была права.

К воротам схолы мы подходили с одинаково хмурыми лицами.

Уж лучше бы в этом мире водились драконы и барлоги какие-то, чем творилось вот такое негуманное дерьмо.

— Чего надобно? — неласково гаркнуло нам зарешеченное окошечко после короткого стука в дверь.

Гарк сопровождался смрадом кислой капусты и гнилых зубов. Меня аж шатнуло от полноты впечатлений.

Сервис, конечно, на грани фантастики.

Я постучала по двери еще раз, с чувством так, заставляя окованную сталью древесину почернеть и отрухляветь, словно она лет сто под всеми ветрами-дождями и снежными бурями стояла. Где-то надрывно взвыла магическая сигнализация, извещая весь гарнизон схолы о прорыве периметра.

— Повежливей, попрошу. Герцогиня Оллари Шиер и княжна Миера Моудрэд прибыли по воле императора обзавестись оруженосцами. Или ты сейчас открываешь дверь и пропустишь нас, или я все сделаю сама, вначале открываю её, а потом уже тебя. Ничто так не бодрит как запах свежий потрохов еще до завтрака.

Привратник посерел лицом в квадратике окошка, и принял очень правильное, хоть и довольно скучное решение. Калитка в экстренно обветшавших воротах скрипнула ржавеющими петлями, пропуская нас внутрь. Ола гордо вскинула кудрявую головушку, перешагивая горку трухи, что осталась от порога. Не плохо. Кажется, когда я злюсь, использовать силу получается гораздо эффективнее. Надо запомнить.

— Сиятельные леди, прошу за мной. Сейчас вас встретит мастер… — огромный мужик, без шеи, с окладистой бородой что лишь усугубляла ситуацию и маленькими, цепкими глазами, склонился в три погибели, указывая нам на сияющий за тоннелем перехода проем лопатообразной лапищей.

Широкий коридор порождал эхо, отражая наши шаги от каменной глотки. Подняв голову, увидела в потолке зарешеченные отверстия в сводах, чтобы приветствовать незваных гостей горячим маслом или местным его аналогом. Ну точно форт. Только пушек не хватает.

Через прямоугольный двор к нам уже несся лысый как колено, кряжистый дядька, на ходу натягивая на бугристые плечи парадный камзол. Тоже здоровый, суровый и выдубленный всеми ветрами. Мне сейчас сильно не хватало Григория. В окружении таких громил как-то спокойнее себя чувствуешь с рыцарем смерти за спиной, который всегда рад любого ополовинить, или по-тихому в уголке сожрать.

— О! Благородные леди, какое счастье видеть вас в нашей скромной обители. Прошу за мной. Сочту за честь показать вам самые лучшие образцы. Смею поинтересоваться, кого предпочитают леди? Брюнеты, блондины, рыжие? У нас есть несколько чистокровных оборотней. Не сильно крупных, правда. Последнего медведя забрали, давеча.

Мы с Шиер ошарашенно переглянулись. Герцогинька покраснела до ушей, потупив взор. То ли от смущения, то ли от бешенства. В сдержанной мимике этой барышни я ориентировалась еще довольно слабо. Тут нужна практика и привычка. За то вот себе в удовольствии дать волю негодованию и пробуравить директора этого питомника тяжёлым взглядом, не смогла отказать.